Доска почёта

Победитель конкурса - стихотворение G.K. "Не ведая, в каких краях...":

Не ведая, в каких краях

Его семья и дом,

В лохмотьях, в старых башмаках,

Идёт с повязкой на глазах

Бродяга под дождём.

 

Над головой бушует гром,

Пугая птиц ночных,

И злые молнии кругом

Стращают путника огнём,

Но он не видит их.

 

И беспощадная гроза

Вовеки не страшна,

И безысходная слеза,

Когда завязаны глаза,

Снаружи не видна.

 

И люди всюду говорят:

«Ему неведом страх».

Но страшно, много дней подряд,

Идти, куда глаза глядят,

С повязкой на глазах…

Второе место - стихотворение Фарамира "Пружина":

Я пружина эмоций, безумная нить.

Завитки оголённых, запретных желаний.

И не сжать меня больше и не раскрутить,

Я сильнее напрасных, ненужных стараний.

 

В механизме безудержных стрелок часов,

Заводных завитков, шестерёнок стальных.

В напряжении вечном, без сладостных снов.

Время тоже не спит, жаль не лечит больных.

 

Я храню свою силу в последнем витке,

Как улитка в ракушке себя бережёт.

И никто не подскажет, не выдаст тебе

Когда время раскрыться мне снова придёт.

 

И не пробуй понять, не старайся проникнуть

В середину чужих для тебя тайных мук.

Мне хватило мгновения, чтобы привыкнуть

К напряжению вечности, сжатому в круг.

 

Я пружина эмоций, я - сила часов,

Что запястье твоё окружают, как бремя.

Ты спешишь? Но куда убежать от оков?

Остановишь меня, но вот только не время.

Третье место - стихотворение Vagrant "Игроки":

Расставлены фигуры на доске.

Здесь ночь и день ведут свою игру на счёт,

И тянет время хмурый дождь в тоске,

Остановив часы пока не сделан ход.

 

Гроза ползёт неспешно с севера на юг,

Потоком мысли, заполняя неба край.

В деревьях ветер ищет временный приют,

И в громе слышится как спорят Ад и Рай.

 

Сон не смыкает глаз бессонницей томя.

Здесь мысли о тебе сбивают долгий счёт.

И если до утра не засыпаю я,

То значит в новый день я пропускаю ход.

 

На шахматной доске ведём свой давний спор,

Вес самых главных слов оценен в ноль карат,

Ты делаешь свой ход и начат разговор

В стремлении игры поставить шах и мат.

 

Тут масти не важны как в карточной игре,

Фигур всего лишь две осталось на руках,

Не затеряюсь я в шестёрочной толпе,

Но не остаться б мне с тузами в дураках.

 

На клеточной судьбе в общенье ставим крест.

Нули - всего лишь дни, когда мы вне игры,

Для самых важных слов здесь не хватает мест,

Но записи ведём бессмысленной борьбы!

__________________________________

Конкурс завершён, победители объявлены. Сейчас у нас - обсуждения работ участников, общие впечатления от конкурса, поздравления, пожелания и всё такое прочее.

 

Все вопросы можно задать здесь.

А флудить, как и везде, крайне не рекомендуется.

Отредактировано Августа 11, 200916 г от asc (см. историю изменений)

Не идет сон.

Соловьиная песня

Память тревожит...

Хочешь со мною упасть и разбиться

На миллионы прозрачных осколков?

А в щели придется Солнцу пролиться

Нежнее изысканных расписных шелков.

Хочешь со мною упасть и разбиться?

 

Хочешь со мною нырнуть не всплывая

В зеленую от тоски, мутную воду?

Чтоб стала вода от любви золотая,

Меняя пылью в корне погоду.

Хочешь со мною нырнуть не всплывая?

 

Хочешь со мною взорваться от звука,

Что растерзает сырые души?

Чтоб навсегда эта серая скука

Вышла из мира сего через уши.

Хочешь со мною взорваться от звука?

 

Отбрось все сомнения. Ведь ты не один.

Живешь не последнюю жизни страницу.

С тобой живу я между будничных льдин.

Так хочешь со мною упасть и разбиться?

Хочешь_со_мною_упасть_и_разбиться___Sophie_Sky.rtf

Отредактировано Июня 26, 200916 г от sophie_sky (см. историю изменений)

Зажмурь свои глаза как лед,

Увидишь ясный небосвод и снег равнин -

покрытый снегом горный мир,

О ангел, спящий в снежных снах!

В твоих глазах мудрость гор и грех снегов!

Чего желаешь ты, о ангел с грязною душой, глазами цвета льда озер?

Отрыла ты свои глаза, развеяв сон о рае снежном,

склонила голову до грязной в копоти земли и тихо,

словно шелесты листвы сказала холодом равнин:

На волю жажду, в небесах парить и

плакать счастьем, восхваляя Горный мир…

Зажмурь_свои_глаза_как_лед.rtf

Отредактировано Июня 27, 200916 г от Termin (см. историю изменений)

Они уходят от нас на ту сторону сна

Оставляя нам в этом мире только слова

Что не имеют смысла и не имеют дна…

Один за одним уходят другие:

Уходят бойцы, уходят больные,

Уходят свои и уходят чужие

Так словно им нет места в этом мире;

И нету цепочке этой конца,

Осталось лишь ждать когда уйду вслед и я…

 

Однажды в безлунную тихую ночь

Мой друг вдруг поднялся и двинулся прочь.

Тогда на мой глупый бездумный вопрос

Он дал мне ответ, как этот мир непрост:

"На старости лет смерть все равно придет

Так что живи и люби без забот и хлопот.

Живи и борись... Не падай камнем вниз

Иначе рискуешь так растратить всю жизнь."

В ту ночь после боя он был чуть живой,

Немного печальный, немного чужой,

Как будто безликий древний герой.

 

Павшие герои в битве против тьмы

Оставляют нам часть своей души.

Падшие герои, словно зло войны,

Оставляют лишь тень своей судьбы

 

Ни много ни мало - величие звезд,

Пустая утрата... Безумный вопрос...

И в крови нет смысла - кровь только вода,

А бренные мысли - всего лишь слова...

Сапфар._Павшие_герои..doc

Я вспоминал твои слова.

Слова о встрече. О девчонках.

Я в ГУМ пошёл. И раза два...

Скитался там, как на иголках.

 

Знакомых лиц я не увидел.

Лишь за катком тем наблюдал.

Всё это я давно предвидел.

Зато отлично погулял.

 

Мне жаль, что этот град суетный

Всё нам не может время дать.

Уйти бы нам в час предрассветный

И тихо-мирно поболтать.

 

Узнать тебя хочу. Желаю

Сказать хоть что-то о себе.

Понять, всю ль жизнь тебя я знаю...

Стать другом. Помнить о тебе.

 

Возможно, эти откровенья

Ты слышишь каждый Божий день.

Но мне не стыдно. Ведь мгновенья

Мыслей этих словно тень.

 

Я говорю это открыто.

Без задних мыслей, лести, лжи.

Смени табличку «всё закрыто».

Ты ж это можешь. Ну, скажи... :)

Из_небольшого_цикла_стихов_под_названием___Влюблённость__._Ч._1.rtf

Пружина

 

Я пружина эмоций, безумная нить.

Завитки оголённых, запретных желаний.

И не сжать меня больше и не раскрутить,

Я сильнее напрасных, ненужных стараний.

 

В механизме безудержных стрелок часов,

Заводных завитков, шестерёнок стальных.

В напряжении вечном, без сладостных снов.

Время тоже не спит, жаль не лечит больных.

 

Я храню свою силу в последнем витке,

Как улитка в ракушке себя бережёт.

И никто не подскажет, не выдаст тебе

Когда время раскрыться мне снова придёт.

 

И не пробуй понять, не старайся проникнуть

В середину чужих для тебя тайных мук.

Мне хватило мгновения, чтобы привыкнуть

К напряжению вечности, сжатому в круг.

 

Я пружина эмоций, я - сила часов,

Что запястье твоё окружают, как бремя.

Ты спешишь? Но куда убежать от оков?

Остановишь меня, но вот только не время.

 

20 октября 2008 г.

Фарамир_Пружина.rtf

-вчера будет война. –сказал я, вглядываясь в ряд повешенных мониторов.

-это противоречит законам времени. –одернул меня вошедший друг.

-именно. Это противоречит закону времени, но не закону людей.

-и как ты себе это представляешь? –спросил меня приятель, осматривая отряд экранов.

-о, это очень просто, мой друг. – сказал я, сев в уютное кресло из черного латекса. –люди проглотят любую правду, даже если она не будет являться таковой.

-поясни мне, друг мой, что же ты имеешь в виду? Признаться ты меня заинтриговал. –мой друг заметно оживился, его глаза заблестели, подобно глазам игрока, предвкушавшего удачную для себя партию в покер.

-люди верят всему, что сами говорят. –начал я свое рассуждение.

-да, так как это есть правда. –согласился мой собеседник.

-а что есть правда? –спросил я.

-правда – это истина, которая известна всем и которая не требует доказательств. –мой друг поставил передо мной стул и сел на него так, что наши взгляды встретились по идеальной прямой.

-ошибаешься. Правда – это действительность, события, поступки, которые умелые личности навязывают массам, выдавая за истину.

-но это же бред! –вскрикнул мой собеседник. –это неправильно!

-правильно? Мы кто такие чтобы судить, что правильно, а что нет? Друг мой, давно прошли те времена, когда люди верили только нам. В них нет веры, нет даже банального страха перед нами. Мы – пустое место для них. Сейчас они верят тому, что пишут газеты, что говорят по телевидению, что говорят их правители.

-вынужден с тобой согласиться, веры в людях совсем не осталось, но я всё равно не понимаю, как ты сделаешь войну в канувшем вчера? –недоумевающе спросил друг.

-они сами её развяжут. Мне достаточно сделать один звонок. –сказал я и в руке у меня появился мобильный телефон.

-ну что же, давай посмотрим на этот спектакль. –мой друг потер руки предвкушая предстоящие события.

Я минуту поговорил по телефону и положил в карман своего пиджака.

-ну что же? –мой друг сгорал от нетерпения. Мне и самому уже было интересно, как моё лживое семя прорастает и укрепляется в человеческом обществе.

Собственно, долго ждать не пришлось. На одном из мониторов начались новости. Главной темой стала война начавшаяся еще вчера, но о которой никто не знал. Главы всех правящих держав сцепились друг с другом, подобно бойцовским собакам на ринге, посыпали обвинениями, ни на секунду не задумываясь о причине конфликта. Спустя день они начали глобальные военные действия, а несчастные массы подчиненных им людей свято верили в то, что они умирают за правое дело. Апофиосом бессмысленного кровопролития стало уничтожение последних храмов, где верующие люди скрывались и молились о том, чтобы хоть кто-нибудь вразумил потерявших рассудок правителей и большинство людей.

-прекрати это! –крикнул мне друг. –они уничтожат себя!

Я всего лишь пожал плечами. Я уже не мог срубить древо, проросшее из едва заметного зернышка название которому ложь.

-что же теперь делать? –спросил друг.

-то же что и всегда – яви им чудо. –ответил я.

Друг расправил свои белоснежные крылья и вылетел в открытое окно. Он в очередной раз спасёт людей и отведет их от грани самоуничтожения. Я же буду смирено ждать нового повода поспорить с ним, временами расправляя затекший хвост со стрелкой на конце.

 

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

причина изменения поста: замена doc на rtf.

666.rtf

Отредактировано Июля 2, 200916 г от 666 (см. историю изменений)

***

 

Ветер, ночь и тишина

Мир застыл, спустилась полночь,

В этом мире я одна,

И на сердце только горечь.

 

По щеке скользит слеза

Грусть окутала мне душу,

Рвется криком в небеса,

Прорывается наружу.

 

В этой жизни счастья нет,

Только боль, утраты, муки,

Гаснет в ней надежды свет,

Опускаются вновь руки.

 

Свет покинул этот мир,

Вместе с ним ушла надежда,

И царит здесь боли пир,

И не будет жизнь как прежде.

 

Вижу только темноту,

И отбросив все сомненья,

Погружаюсь в пустоту,

Подарив себе забвенье.

 

(с) esseselly 14/05/2008г.

без_названия.doc

 

***

А в сердце грусть

А в сердце грусть

"не жди меня , я не вернусь "

Сказал тебе и улетел

Оставив только в сердце грусть

 

" Я буду ждать "Шептала ты

И каждый день ждала

Но вскоре поняла

Что для него бессмысленны слова

 

Он не любил людей

Он ненавидел мир

Он был ничтожеством

В глазах для тех с кем он дружил

 

Любил лишь одиночество и мрак

И говорил что в мире никогда не будет так

Как он мечтал , как он хотел

Поэтому ведь он и улетел ...

 

Pollyanna

 

Очень короткий фанфик на 4-й фильм "Kara no kyoukai" (Void Shrine). Конкретно, на последнюю сцену.

 

(от лица Шики)

Открывая глаза,

Просыпаюсь, томясь,

Чтобы вновь увидеть тебя.

- - -

отдельного файла нет. стих выдернул из огромного экселевского файла каталога аниме.

Эта сценка была написана мной ещё год назад. Побывала на паре-тройке блогов, но отзывов не получила. Написано не по какому-то конкретному аниме, а так, из головы.

 

Рыжая Бестия

 

-А-а! Какая миленькая! - чуть ли не простонала Сузука с нескрываемым восхищением уставившись на вновь прибывшую.

 

Девушка была не просто миловидна, а без преувеличения, просто ошеломительно красива. Густые, длинные, слегка вьющиеся рыжие волосы, собранные по бокам в два тугих, плотных «конских» хвоста, огненными струями ниспадали, подчёркивая нежный, матово розовый цвет изумительно правильного, без единого признака так свойственных рыжим - веснушек, лица, рассеивались на хрупкие, на первый взгляд, плечи.

 

Из-под густой, полностью закрывающий немного высокий лоб, чёлки, то и дело норовящей покуситься и на брови, на Сузуку был устремлён удивлённо заинтересованный взгляд больших, цвета молодого леса, необыкновенно выразительных глаз, обрамлённых густыми, пушистыми, светло-рыжими ресницами. Аккуратный, с небольшой курносинкой, с нежными тонкими ноздрями носик, дополнял картину общего великолепия. А венчали это великое произведение Божественного искусства, неземной красоты изумлённо приоткрытые, немного пухленькие, нежно малиновые от природы губки, прикрывающие ровный ряд жемчужин зубов.

 

Одета она была несколько вызывающе, в стилизованную форму школьницы, включающую в себя: смело декольтированную белую, полупрозрачную, шёлковую блузку, которая только оттеняла нежность точёного девичьего стана и прекрасно демонстрировала кружевной бюстик, целомудренно прикрывающий грудь второго размера; светло-коричневую клетчатую ультракороткую мини юбочку, едва-едва прикрывающую трусики и великолепно демонстрирующую длинные, стройные ножки, убранные в полупрозрачные белые чулочки с широкими кружевами и замысловатым рисунком на голени; и маленькие бежевые туфельки на коротком каблучке с небольшими серебряными пряжками.

 

В левой, слега отведённой назад, руке она сжимала маленькую бежевую сумочку, которая могла бы быть и косметичкой, если бы на её лице угадывались следы косметики, но таковых не было. Правую руку, сжатую в кулачок она прижимала к груди...

Рыжая_Бестия.doc

Отредактировано Июля 3, 200916 г от Ichigo Takahashi (см. историю изменений)

Волчий дождь

 

Я Хиге - вольный волк в ночи,

Во мне вскипает зов природы,

И даже в пламени свеча,

В угрюмым ликах непогоды,

Могу завлечь обманом глаз

И сладкозвучием грёзных фраз.

Секретов нет среди людей,

Их души, словно на ладони,

Нет, я совсем ведь не злодей,

Но снова убегаю от погони.

Опять замечен мой обман,

Бывает и такое дело,

И снова виноват, я сам,

Сработав безрассудно смело.

И женский взгляд ловлю в пути,

Он мне понятен, зверя власть,

Способна в сердце заползти,

Разжечь неведомую страсть.

Мой ворожит безмолвный взгляд

И шерсть играет переливом,

Я, словно сладкий терпкий яд,

Нахлыну яростно приливом.

Усатый и люблю поесть,

Ошейник теребит мне шею.

Где запах Чезы, нужно сесть.

Я, лик менять давно умею.

Дорога в рай найдётся нами,

Пушистыми, зубатыми комками

Ауууууууууу

 

 

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

причина изменения поста: добавлен файл doc.

Волчий_дождь.doc

Отредактировано Июля 5, 200916 г от ЛИКАНТРОП (см. историю изменений)

Paradise of evil.

 

Страсть и страх,

Красота и боль -

Сад Зла цветет -

И рекою кровь.

И прекрасна ночь,

И желанна боль -

Сад Зла цветет -

И ручьи слез.

 

В Саду том живут

Стаи рыжих псов,

И охотники

Ждут в тени углов.

Вот взошла луна -

Скользнул луч по тьме,

Шорох - тишина,

Лишь клыков блеск...

 

В темноте стоит,

Из-под линз следит.

Кожа - белый снег,

Глаза - вихрь снов.

Холоден тот взгляд,

Словно синий лед,

Видит пред собой

Тёмной крови ток.

 

И бредёт в толпе,

Кажется живым,

Чует мысли их,

Усмехаясь вслед.

Позовя во тьму,

Обнимая крепко,

Выпьет сердца жар,

Той короткой жизни.

 

Всё.

***

Любит жертву ту,

Потому убъёт,

И согретый вновь

В тёмну ночь уйдет.

Он бредёт один,

Сквозь века летит,

С думой на душе,

Улыбкой на губах...

 

Хаэль___The_paradise_of_evil.doc

АВТОР: Night Crowf a.k.a Шинигами

БЕТА: нет, только легкая вычитка автора

ФАНДОМ: аниме и манга “Hellsing”

НАЗВАНИЕ: «Все родом из детства или По Фрейду это нехорошо»

ПЕРСОНАЖИ/ПАРЫ: Алукард, Интегра Хеллсинг, Абрахам Ван Хеллсинг

РЕЙТИНГ: PG-13

ЖАНРЫ: humour, missing scene, AU, flashback

СОДЕРЖАНИЕ: как страшных и великих носферату муштруют.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: некий намек на непристойности.

ДИСКЛАЙМЕР: Все права на «Хеллсинг» и его героев принадлежат Коте Хирано. Материальной выгоды не получаю, одно моральное удовольствие.

 

Пригород Лондона, поместье Хеллсингов, 1989 год

Новый Хозяин Алукарду достался на этот раз много лучше, чем те двое, что были до него. Носферату только довольно посмеивался, едва ли не ладошки потирая, про себя подсчитывая плюсы нового «предприятия».

Она девушка, а с девушками он всегда договорится, не умом задавит, так взглядами и бархатным голосом, что ни на одного мужчину не подействует. Это раз.

Он для нее уже принц. Не на белом коне, а на гробовой крышке, не в сверкающих доспехах, а в черной коже – но это даже по-своему стильно. Это два.

Она его побаивается и уважает, а предыдущие, если бы дотягивались, пепел бы на голову стряхивали. Это три.

У нее отличная на вкус кровь, не проспиртованная виски великолепной выдержки, как это было у Артура, и не кисельно вязкая от сахарного диабета, как у Абрахама. Это четыре.

А еще у нее красивые даже в тринадцать лет ноги, а это неплохая перспектива на будущее. Это пять.

Но и был один минус, от которого вампиру хотелось зубами скрипеть: непомерное любопытство. И ладно бы выспрашивала про фантастические способности своего нового подчиненного, его интересное прошлое, заслуги, бои и сражения! Нет! Молодая леди Хеллсинг, по-детски дергая своего слугу за полу плаща, выспрашивала… про дедушку. А вампир про себя всякий раз передергивался от смешанных, бурных и панических воспоминаний в ответ на очередное:

- Алукард, а какой был дедушка? – выдавая только безукоризненно вежливое:

- Видите ли, Госпожа, ваш дедушка был мастер выдумок и…

Пригород Лондона, поместье Хеллсингов, 1900 год

«…и это был далеко не конец, вовсе нет! Мало было этому извергу всего того, что он уже вытворил с несчастным худосочным телом долговязого вампира, о нет! Не успел только Алукард, скованный Печатью, что лишь сильнее сдерживала верного людям поневоле носферату, перевести дух, как снова запустил мучитель грубые мозолистые пальцы в волосы бывшего Графа, ныне нижайшего слуги, которого каждый повар мог отныне пользовать скалкой по своему желанию, притягивая уродливое узконосое лицо к своему, лишь с тем, чтобы смерить его глумливо с головы до ног взглядом и отшвырнуть к стенке, неторопливо расстегивая тяжелый пояс.

Пора плетки, которой нижайшего раба охаживал Благородный Муж, Глава Почтенного Семейства, по блудной бледной морде, по ребристой спине, по жалким его статям, ныне была окончена, вся рукоять хлыста была залита вязкой кровью из растерзанной плоти вампирской и отложен благородный кнут из коллекции для верховой езды в сторону, с тем, чтобы не пачкать дорогую кожу и шершавый наждак, коим была обернута рукоять, столь низкой, гадкой и отвратительной кровью! И теперь Благородный Муж, прежде чем окончательно утвердить свою власть, с удовольствием разглядывал Плоды Трудов Своих, любуясь и содранной кожей на запястьях, сломанными пальцами и истерзанным блудным местом, о которое была сломана не одна розга.

С усмешкой, которая и в сравнение не шла с кривым оскалом и уже вырванными клыками одного кровососа, подошел Благородный муж на два шага ближе к поверженному нижайшему из нижайших, пугая того внушительными размерами и благородной статью чресел своих, запустил мозолистую морщинистую руку в перепутанные сальные патлы своего слуги, подтягивая ледяную тушу к самому своему лицу одной рукой, а потом лениво выплюнул:

- Теперь ты мой шлюха! – после чего…»

Острый взгляд поблекших после долгих лет жизни глаз оторвался, наконец, от желтого листа бумаги, порыскал по подвалу в поисках вечно нагло выглядящей фигуры, а потом ехидно заблестел.

- Мне дальше читать? – потряс он внушительной стопкой листочков. – У меня там еще есть про горячий воск на срамное место, про палку из осины, про…

- Хватит! – Абрахам довольно выпрямился, обозрев забившегося в угол вампира, победоносно улыбаясь.

Да, он ожидал эффекта, но не такого же сильного! Подумать только, насколько сильны порой бывают высказывания древних: Слово сильнее Силы. А ведь лорд Хеллсинг уже не одну трость сломал о загривок вечно ржущего над ним кровососа, а тут – нате вам.

- Что – хватит? Не хочешь дальше слушать план того, что тебя ждет? Я же по-хорошему к тебе – с предупреждением, – Абрахам снял очки, убрав их в нагрудный кармашек. – У меня еще пятнадцать страниц!

- Не надо, - жалобно донеслось из темного угла. Лорд Хеллсинг в недоумении хмыкнул.

- Увидь тебя сейчас мой приятель Зиги, он сказал бы, что у тебя проблемы, причем все из детства, - многозначительно произнес Абрахам. - Точно не хочешь дальше? – спросил он на всякий случай, начиная двигаться по направлению к двери.

- Точно, - жалобно ответил вампир.

- А по ранжиру? – елейно осведомился Абрахам.

- Точно, хозяин, - обреченно произнес Алукард.

- Не будешь больше? – грозно осведомился лорд Хеллсинг, начиная копаться в листах, как будто что-то там выискивая.

- Не буду, - вампир чуть поколебался, - хозяин.

- Ну, тогда и я не буду, - довольный выигранным раундом в бесконечном поединке, возвестил Абрахам. – Совсем ничего не буду, - подчеркнул мужчина, вставая со стула.

«Он бы еще носом шмыгнул», - невольно улыбнулся Ван Хеллсинг, выходя из камеры, не чувствуя на спине глумливо-испуганно-злобного взгляда.

- Милый супруг мой, вы целы? – стоило только хлопнуть двери за спиной Абрахама, бросилась к нему молодая заплаканная девушка лет двадцати пяти, прижимая руки к сердцу.

- Я цел и прекрасно себя чувствую, - возвестил Абрахам, обозрев и по головам пересчитав десять робко мнущихся за спиной жены горничных, прачек и служанок. – Больше он приставать не будет, - торжественно возвестил Абрахам, с удовольствием слушая робкие восхищенные возгласы.

- Но как вам это удалось? – со счастливыми глазами спросила молодая супруга, которой от нагло себя ведущего мертвого Князя доставалось больше всех, что муж не был намерен терпеть.

Абрахам невольно приосанился, зная, как в особняке боятся вампира, гордо обвел всех присутствующих взглядом и возвестил:

- Я его приструнил.

 

Пригород Лондона, поместье Хеллсингов, 1989 год

- … мастер выдумок и эпистолярного жанра, - выпалил вампир, спешно и куртуазно раскланиваясь, - я, пожалуй, удалюсь, прошу меня простить, юная Госпожа, моя Хозяйка.

Весь тот злосчастный день вампир отсиживался в своем гробу, проклиная Фрейда, с которым был знаком лично, и всю его безжалостно правильную концепцию. А еще то, что сами вампиры, пусть никто этого и не видит – чуткие и ранимые меланхолики с отличной памятью и чересчур богатым воображением.

Night_Crow.Все_родом_из_детства__или__По_Фрейду_это_нехорошо_.doc

Лазурью липкой разливается закат,

И паутиной трещин на безликих стенах…

Златым убранством белокаменных палат,

Преподнесет душе напев о переменах…

 

На простыне пожухлых листьев сентября,

Тоской укутанная, словно одеялом…

Слезами тщетно о спасении моля,

Твоя судьба, что ветром крылья наделяла…

 

Последний вздох обезображенной груди,

Морщины грусти – безысходности дорога,

Мираж наивного всесилья позади,

Забытый шепот обессиленного Бога…

 

Свечой оплавленною близится рассвет,

Руины жизни опустевшего капкана…

Глупцу любви, не воспринявшего совет –

Посмертный герб – незаживающая рана…

 

грустный_день.txt

«Сказка для себя»

 

- Почитай мне сказку! – попросил Ребёнок. – Только не слишком страшную, а то я испугаюсь и не засну. И не слишком смешную, а то я развеселюсь и не засну.

- Хорошо –сказал Циник – Слушай.

Циник открыл книжку и начал читать:

 

«Однажды две лягушки нечаянно свалились в горшок со сметаной……»

 

- А как лягушки попали в холодильник? – удивился Ребёнок.

- Ну… Это ведь довольно старая сказка, раньше холодильников не было и люди хранили молочные продукты в погребе. Под землёй всегда холоднее.

Циник улыбнулся, вспоминая.

- А иногда даже специально клали живых лягушек в кувшин с молоком чтобы оно дольше оставалось свежим.

- Фууу! Гадость! – Ребёнка передёрнуло. – Читай дальше!

«Однажды две лягушки нечаянно свалились в горшок со сметаной.

И стали тонуть.

А тонуть им, конечно, не хочется.

Тогда они стали барахтаться, стали плавать. Но у этого глиняного горшка

были очень высокие скользкие стенки. И лягушкам оттуда никак не выбраться.

Первая лягушка поплавала немножко, побултыхалась и

думает:

"Все равно мне отсюда не вылезти. Что ж я буду напрасно барахтаться.

Только нервы даром трепать. Уж лучше я сразу утону".

Подумала она так, перестала барахтаться - и утонула.

А вторая лягушка - та была не такая. Та думает:

"Нет, братцы, утонуть я всегда успею. Это от меня не уйдет. А лучше я

еще побарахтаюсь, еще поплаваю. Кто его знает, может быть, у меня что-нибудь

и выйдет".

Но только - нет, ничего не выходит. Как ни плавай - далеко не уплывешь.

Горшок узенький, стенки скользкие, - не вылезти лягушке из сметаны.

Но все-таки она не сдается, не унывает.

"Ничего, - думает, - пока силы есть, буду барахтаться. Я ведь еще живая

- значит, надо жить. А там - что будет".

И вот - из последних сил борется наша храбрая лягушка со своей

лягушачьей смертью. Уж вот она и сознание стала терять. Уж вот захлебнулась.

Уж вот ее ко дну тянет. А она и тут не сдается. Знай себе лапками работает.

Дрыгает лапками и думает:

"Нет. Не сдамся!"

И вдруг - что такое? Вдруг чувствует наша лягушка, что под ногами у нее

уже не сметана, а что-то твердое, что-то такое крепкое, надежное, вроде

земли. Удивилась лягушка, посмотрела и видит: никакой сметаны в горшке уже

нет, а стоит она на комке масла.

"Что такое? - думает лягушка. - Откуда здесь взялось масло?"

Удивилась она, а потом догадалась: ведь это она сама лапками своими из

жидкой сметаны твердое масло сбила.

"Ну вот, - думает лягушка, - значит, я хорошо сделала, что сразу не

утонула".

Подумала она так, выпрыгнула из горшка, отдохнула и поскакала к себе

домой - в лес.

А первая лягушка осталась лежать в горшке.

Ну что ж. Если говорить правду, так сама она и виновата. Не

падай духом! Не умирай раньше смерти...»Циник замолчал…

А какая в этой сказке мораль? – требовательно спросил Ребёнок.

- Мораль? Да нет здесь никакой морали! Глупая сказка! Чтобы сбить масло требуется гораздо больше усилий, чем может приложить одна лягушка. Наверное комок на который оперлась лягушка чтобы выбраться из горшка – это мертвое тело её подружки. Вот тебе и мораль – из любой неприятности можно выбраться по трупам товарищей! Спасти себя – значит утопить друга….

Ребёнок молчал, пристально глядя на Циника. Потом отвернулся к стене и сказал: «Спокойной ночи!»

- Приятных снов! – ответил Циник и вышел из спальни. Подойдя к окну, он прислонился лбом к холодному стеклу и с тоской уставился на освещённые фонарем лужи во дворе.

«Да! - говорил он себе. – Бороться в той ситуации означало бы, что я думаю только о себе. Сделало бы меня эгоистом. Других вариантов не было.»

. Эту сказку он рассказывал себе уже много лет......

 

(с) oven666

04.07.2009г.

(В рассказе использован текст из сказки А.И.Пантелеева «Две лягушки» 1937 год)

skazka_dlya_sebya___oven666.rtf

ПОТОМ

 

 

Они

 

подарили мне

 

жизнь

 

кормили

 

своим молоком

 

они

 

смотрели

 

мне в след

 

и долго ждали

 

потом

 

они

 

так смешно

 

убегают

 

чтоб спрятать

 

своих детей

 

во мне же

 

амфетомин

 

гашиш

 

и рев лопастей

 

когда я приду

 

сумасшедшим

 

они

 

вернут разум

 

теплом

 

они

 

ведь даже

 

не спросят

 

о том

 

что будет потом

 

а будет

 

амфетамин

 

гашиш

 

и рев лопастей

 

их худенькие

 

спинки

 

и ужас

 

в глазах их детей

 

и снова

 

амфетамин

 

и снова

 

рев лопастей

 

и ящики из цинка

 

и этот вой

 

матерей

 

а дальше

 

была вода

 

нам очень хотелось

 

пить

 

но через их

 

тела

 

я не мог

 

преступить

 

они ж

 

подарили

 

мне жизнь

 

кормили

 

своим молоком

 

они

 

быть может

 

не знали

 

кем я стану

 

потом

Зависимость

 

Зависимость жить,

Зависимость ждать,

Зависимость падать вниз,

Зависеть от этого мира -

Зависимость главная.

Не разорвать,

Не вырвать с концами, с мясом.

Зависима. От

Свободы. Зависима от

Сути своей.

Бесчисленно разны, неповторяемы -

Здесь нет одного лишь сорта людей:

Здесь нет независимых.

Нет свободных.

Диктуем условия, ограничения

Сами. Здесь

Не будет свободных.

И глупое только желанье свободы

Останется неприкаянным.

 

А мы будем зависимо,

Будем невольно жить,

Случайно привыкнув к жизни,

По воле в зависимость впав.

Зависимость.rtf

Место для…

 

Был магазин. Он действительно был совсем обычный, обшарпанный магазинчик, в котором продавали стеклянную посуду, да засушенные цветы. Этот полутемный магазин выделялся лишь своим владельцем. Карие, совершенно круглые глаза, но при этом тяжелый взгляд. Рыжие волосы, прибывавшие в постоянном беспорядке. Совершенно не выносимый, но замечательный человек. Аж волосы дыбом на затылке. Самое интересное, что он действительно любил свое маленькое и, по сути, совершенно бесполезное пристанище. Хотя дохода особого и не было. Бывало, зайдет старая леди, с седыми волосами и детской улыбкой, купит цветов, и подарит пирожное. Или даже целых два. Порой заходил вечно ворчащий мужчина в очках, который покупал лишь хрустальные бокалы. По одному и всегда разные. Все бы хорошо, но эти его шишки… Позолоченные шишки. Он их всегда оставлял. Девать даже не куда. Но самым приятным был приход кудрявой зеленоглазки, с волосами цвета крыла ворона. Она приносила в турке домашний кофе. Эх… Такого кофе даже он сам не варил. Ведь обидно. Даже почти завидно. Ну а почти – не считается. Так что ничего и не было. А вообще, в магазине была традиция. Если что-то покупаешь, оставляешь еще что-то взамен. Цены этому не мешали. Они были настолько смехотворны, что помешать не могли. Вообще никому. Посетителей конечно не так уж много, как хотелось бы, но… Удовольствия это не уменьшало. Тут даже камин был. Старый, каменный, и никогда не горящий. А еще огромные деревянные часы, со сломанным маятником. Но они работали, как ни странно. Тут вообще происходило много странного. Каждое слово тут – не просто слово, но почти заклинание. Для кого-то в большей степени, для кого-то в меньшей. Только не для хозяина. Он сам решил быть наблюдателем в этом довольно забавном, но немного опасном месте.

 

 

Близнецы

 

Да что же это такое! Вот уже и одного посетителя 3-ий день. Как же это утомительно… Не люблю ожидание. Скучно это. Даже Марина не заходила. Маринушка... Со своими рассказами... Такова ее плата, и клянусь своим магазином, она является чуть ли не чуть ли не самой замечательной! Но вот скрипит дверь. Похоже кто-то пришел! Но… Это ветер. Черт! Хотя… Нет, это все-таки посетитель. Подросток, мальчишка лет 15-16. Интересно, что его сюда занесло? Хм… Оглядывается… Да, тут немного пыльно, но… Да, красиво. И похоже, мой гость тоже так думает.

- Извините, у вас нет ваз? Хрустальных ваз с узором из цветов?..

- У нас много чего есть – улыбаюсь про себя, похоже мальчик забавный, - Если бы вы сказали поконкретнее, я смог бы вам помочь.

- Наверное, к вам часто приходят за подарками. Вот и я тоже.

- И кому же вы хотите сделать Подарок?

- Ну, - мнется мальчик, - сестре. Мы с ней близнецы. Вот я и ищу… Я знаю, что хотел бы подарить, но нигде не могу найти…

- Знаете, похоже у меня есть то что вам нужно…

 

 

 

Примерно через час зашла девушка. Такая же прекрасная, как и мальчик до этого. Та же искорка в глазах.

- Извините…

- Прошу прощения, вы случайно не за этим пришли?

Достаю небольшую хрустальную вазочку, с узором из лютиков и лилий.

Она удивленно смотрит на меня.

- Да, примерно это я и хотела купить, но откуда вы знаете?..

- Это секрет.

Похоже мое предложение и улыбка её обескуражили, но ей все это нравится.

- Знаете… Пожалуй я ёё возьму. И еще. Полагаю это вам. Печенье, которое я сегодня сама сделала.

И ушла.

Да, это замечательное дополнение к его чаю. Даже интересно, как они на это прореагируют? Замечательный сюрприз, не правда ли?

 

 

***

Маринушка все-таки зашла. Взяла пару сухоцветов. И новая порция историй порадовала меня. А близняшки, оказывается, ее племянники. Сюрприз. Правда, обо мне они еще рассказать не успели. Я надеюсь. А то что это за тайна, если они разболтают все? Но похоже они были настолько удивлены, что я уже неважен. Ну, это и хорошо. А вот Марина уже обо всем похоже догадалась. Вон как лукаво поглядывает. Почти смеется.

 

Ушла. А я все перевариваю информацию. Вроде бы не много ее, но все же. Мысли же о Судьбе. Именно с большой буквы. Смеется она, смеется. Мол, не забывай, что я есть, и решаю всё я, а совсем не ты. Старый спор. И похоже нескончаемый. Ну и пусть. У меня вот Марк пришел.

 

И ветер в месте с ним. На этот раз, похоже, опять Западный.

 

 

 

Потерянный

 

И почему этот мир такой упрямый? Знает же, что я не часть его, но не отпускает. Я ведь иссохну. В собственных снах и желаньях. Мясо в собственном соку. Никогда не думал, что именно вот такая оказия меня ждет. И ведь дождался. А я то – ненужность. Такая вещь, которой не дорожат, но выбросить не пытаются. Жалко.

Так. Вот она – темно-красная дверь. А там этот рыжий шутник. Зайти? Или… Отдохнуть от чудес? Хотя отдохнуть – это отказаться. И дадут ли мне второй шанс – неизвестно. Идем, господа, идем.

 

***

-Марк! Не стоит на меня так смотреть. Я еще ничего не сделал. И даже не сказал. Ну да, сказал, но все же… Ты снова не один. Но даже так я рад тебя видеть. Будешь чай?

Его раздражает моя суетливость. А что поделать? Мне еще и подумать надо. Ну вот что с ним, таким прекрасным, делать? Сделать вид, что все в порядке, так и надо? Помочь? Ему ведь тут больше не место. Западный ветер зря не приходит. А если так часто, то… Помогу. Точнее подтолкну, а там посмотрим. Он у нас способный, да, Западный?..

- У меня тут к чаю еще и печенье есть. Просто объедение. Да–да, попробуй. А вот курить тут не надо. Вес аромат испортишь. Испортишь, и не спорь со мной!

 

 

***

Как же он меня в такие моменты раздражает! Но мы просто похожи. Мы даже могли бы быть друзьями, если бы, если… Но это не важно. Важно то, что он говорит.

- Знаешь что, сегодня я тебя кое с кем познакомлю. Она с минуты на минуты должна прийти… А, вот и она! Вот это пунктуальность! Не чета тебе. Пришел намного раньше.

Ничего не произошло. Никто не пришел. Ничего даже не шелохнулось. Только напряжение повисло в воздухе.

- Ты заметил? Это Сила. Или Судьба. Как тебе больше нравится. Это не принципиально. Главное вот что. У тебя есть желание. Да-да, можешь даже не пересказывать. Она мне уже рассказала. И ты должен его осуществить. Или все. Конец. Для этого сия леди нас и посетила. Покажи ей, что достоин. Что ты можешь. Что это твое. Иди.

И я пошел. А что мне еще оставалось?

 

***

Палочки. О боже, палочки! Еще пойми, за чем они нужны. Но, наверно, так надо. Ведь это Марк, а не я, раздолбай. Буду ждать. Интересно, это будет Маринушка? Или Сила сама не поленится зайти?

 

 

Забавная ситуация. Они обе решили, что мне что-то от них нужно. Правда, немного по-разному. Сила лишь послала Западный, и он сообщил, что Марк, собственно, справился. А Маринушка… Она рассказала о странном молодом человеке, даже скорее безумном, чем странном. Он поймал мальчика, который упал с крыши 12-и этажного дома. Самое интересное, что мальчик в порядке. А спасителя никто больше не видел. Будь-то не было его. Раз – и испарился.

 

Марк, ты все сделал как надо. Перед этим, правда, немного напакостил, но это не так уж и важно. Главное – что ты сделал то, что было нужно. Так что – ура, товарищи, ура! Только тебе, Западный, будет немного скучно, да? Только это… За чем тебе эта янтарная ложка? А может не надо?..

Место_для.doc

Кот

Сценарий для комикса

 

Обложка:

Чёрная страница. Название «Кот», и внизу в углу маленький набросок - Кот спит свернувшись калачиком.

 

Человек вставляет ключ в замочную скважину. Поворачивает. Открывает дверь. Заходит в квартиру.

Женщина: Дорогой, отнеси пакеты на кухню.

Женщина передаёт мужчине пакеты.

Мужчина: Да, конечно.

Он разувается, поворачивает в коридор на кухню, проходит на кухню. Ставит пакеты на стол. Ставит кипятиться чайник. Смотрит на форточку видит там сидит Кот.

Мужчина (Коту): Жарко? Решил свежим воздухом подышать?

Мужчина подходит к пакетам достаёт из них хлеб, молоко. Берет коробку (или пакет) с молоком, открывает подходит к месту где стоит миска для кота. Наливает молоко в миску.

Мужчина: Иди, попей.

Кот спрыгивает на стул, который стоит рядом с форточкой, потом на пол, идёт к миске. Начинает пить.

Человек уходит по коридору.

Кот стоит пьёт.

Потом идёт по коридору, проходит в комнату, прыгает на диван, сворачивается калачиком. Спит.

(Кадр обозначающий что прошло какое-то время)

Чирик-чирик.

Кот открывает глаза, зевает, смотрит в окно. Видит птиц (ласточки, или что-то схожее по размеру). Они летают туда-сюда, чирикуют. Кот спрыгнул с дивана, подошёл к окну, запрыгнул на стол (стоит рядом с окном).

Кот следит за ними взглядом, а птички всё летают.

Птицы улетели куда-то в сторону, Кот проследил за ними, пока они не скрылись из виду. Спрыгнул со стола, побежал по коридору на кухню. Запрыгнул на стул, и в форточку.

Сидит смотрит. Рядом летают туда-сюда птицы. Они чирикуют. Кот следит за ними взглядом.

Кот: Птицы, а почему вы летаете?

Птицы: Не знаем. Мы такими родились.

Кот: А почему я не летаю?

Птицы: Не знаем. Ты таким родился.

Птицы полетали ещё немного.

Птицы: Прощай, Кот, нам пора.

Кот: Пока…

Птицы улетели. Кот проследил за их удаляющимися фигурами. Зевнул.

Свесил голову вниз. Внизу на улице, играют дети.

Девочка: Миша, лови мяч! (Кидает мячик мальчику)

Кот опять втянул голову, посидел, опять выглянул. Опять играют дети.

Камера съехал назад. Теперь вид из центра кухни. Видно кухню, форточку с Котом, и большое окно.

Кот сел на форточку (до этого лежал). Вильнул пару раз хвостом. Приготовился к прыжку. Прыгнул.

(Камера стоит на том же месте)

Девочка: Миша, смотри Кот!

Мальчик: Ух ты! Кот!

Видно сквозь большое окно, как у Кота появились небольшие крылья и он потихоньку летит вперёд.

Теперь камера словно смотрит из форточки. Кот летит дальше.

Камера рядом с ним, он поднимается в высь.

 

Чёрная страница. Конец.

Raikov_Kot.doc

Смотрю аниме

В квартире холод и лед

Стану отаку.

 

lightness.rtf

"Один день, из жизни Аюми".

 

 

Ночью спала плохо, опухшие глаза и растрепанные волосы после вчерашней вечеринки дали о себе знать. А по расписанию сегодняшнего дня, мне предстояло выступить в клубе «Охиру» в 21:00, с 18:00 начиналась генеральная репетиция. Который сейчас час? Настенные часы в ванной показали 8:30, пол часа на то, что бы принять душ, и пол часа, что бы быть готовой ко встрече со своим тренером по аэробике Тидусом.

Мое тело было немаловажным фактором моего успеха, для этого собственно говоря я и наняла тренера. И конечно-же моя харизма. А голос... Что же, до моего голоса, то это скорее второстепенное а возможно третьестепенное. Если бы, не было первых двух факторов, то и голос бы не значил ровным счетом ничего. Многие люди, с великолепными голосами подпевают за кулисами и это горькая правда, которую я видела своими глазами.

А с 16:00 до 17:00, мне предстояло принять интервью, с представителем модного законодательно журнала «Ультра», причина была в том, что звание «мисс Весна» принадлежало мне, так как, я имела тенденцию самой модной персоны без стилиста.

Сама удивляюсь, за что только не признают человека. Стоит тебе стать известным, и люди находят в тебе самые великолепные качества, но в тоже время самые ценные и не ординарные, по их мнению. Что же до остального времени, то оно было свободным и я могла делать, все что захочу. С учетом обеда и посещения в одном из самых «компетентных Салонов Красоты» Токио, составляло ровно 5 часов, плюс минус дорога и возможно, маленькие изменения в планах. Если ты всегда на виду, и у тебя тысячи фанатов и сотни тысяч поклонников. То тебе всегда надо распределять свое время так, что бы оно хватило для тебя и для тех кто живет тобой. В противном случае, тебя ждет фиаско.

Зазвонил домофон, я пропустила Тидуса в дом, моя квартира находится на самом верху здания. И по площади включала в себя три квартиры с этого дома, этого места мне было предостаточно, для того, что бы установить маленькую записывающую студию и установить тренажеры. Кабина лифта открылась, и оттуда вышел Тидус. Я всегда восхищалась им, строиный но не высокий Ямаец с Азиатским разрезом глаз. Внешне был очень красив, возможно только из за этого, он стал одним из самых высокооплачиваемых тренеров Японии, но не только это позволяло ему быть одним из лучших, он умел стать другом и при чем таким, который не выдавал секретов. Я всегда спрашивала совета, и всегда могла рассказать ему о тех вещах... которые я не могла поведать даже своим родным.

Как то, он сказал мне по секрету, что он хотел стать моделью. Но его рост, не позволил ему этого добиться. Возможно это явилось тем фактором, что заставило его быть скромным и очень вежливым. Его не испортила жизнь, а возможно его скромное поведение, результат Японских традиций и строгого воспитания. Он никогда не говорил мне о своих родных, возможно придет время и он расскажет мне о них.

После легкой тренировки, даже можно сказать гимнастики. Мне пришлось снова принять душ, себя чувствовала бодро, и той, кто готов покорить вершины самой «Фудзи». Пока я прикидывала свой наряд, время прошло незаметно и быстро, что естественно могло повлиять на мой график. Время близилось к полудню. На улице, как всегда было очень много народу. Но подойдя к машине, с секунду легкий ветерок уходящей весны, заставил меня насладится, запахом поздней «Сакурой», чьи расцветшие лепестки разлетались по ветру такими красивыми снежинками. И в этот же момент, было знакомое чувство «Де.жавю», где то возможно в прошлой жизни или в другом мире, со мной было тоже самое. Порой такие моменты, позволяли мне найти свое вдохновение. И причем такое, что у меня получалось передать это в своих песнях. Возможно со мной играло воображение, но на этот момент я была уверенна в том, что происходило со мной. Дверь в машину мне открыл Шинга (водитель и в тоже время телохранитель), Японец, среднего телосложения, но о котором ходили легенды как о Великом мастере восточных единоборств, кажется трех-кратный Чемпион Мира или что то в этом роде. Не помню, но в кругах мужских, он имел огромнейший авторитет, а посему я и платила ему то, что он заслуживал. Как то я спросила Тидуса о нем, он сказал что восхищается Шингой за его стиль борьбы в поединках, но на меня это, не произвело особого впечатления, скорее всего потому, что меня не интересовали Восточные единоборства. И вскоре, я отказалась от контракта с фирмой, что предоставляла для меня телохранителей, вместо этого, я взяла Шингу, он заменил мне пятерых предыдущих, хотя жалование его составляло за троих, в учет шло то, что он является еще и водителем так же работает бессменно, то есть спит он примерно по четыре часа в сутки, а то и три (спал ли он вообще?). Это было удобно для меня. Не люблю когда очень много народу, тем более у себя в квартире. Шинга, как и Тидус не страдал манией величия, очень скромный и сдержанный человек, готовый вскоре поменять четвертый десяток лет, и у которого есть двое детей, которых надо содержать, но на зарплату тренера, очень тяжело содержать семью.

Мы ехали через бурный поток машин, но даже и в этом бурном потоке, не было слышно запаха выхлопных токсинов, наши инженера умели строить машины. Столько людей, куда то идущих, о чем то мыслящих, и о чем то поющих. Для кого то, музыка возможно является тем самым, что отвлекает их от мира сего. От этих забот, от этих маленьких комнат, где они живут, от этой офисной работы, которая стала рутиной, и только музыка уносит их далеко-далеко за облака, и возможно музыка помогает держатся в этом бушующем океане жизни. И если моя муза, один из этих маяков в океане, то я буду работать не-покладая сил. На часах было 12:10... (продолжение следует)

САМОПОЖИРАНИЕ

Раздался тонкий и пронизывающий звон колокольчика, но пелена мрака вокруг мешала увидеть вошедшего. Темнота поглотила мою маленькую вселенную.

Я спал. Сон сковал моё тело параличным покоем, и я не мог вырваться из ловушки собственных грёз. Сквозь полиэтиленовую плёнку сна я слышал тихие, мерные, как будто бы ползущие, шаги... и они становились всё ближе и ближе. Моё сердце застыло, онемевшее от нагнетающего ужаса перед неведомым злом, вступившего в конфликт с моим Миром.

Пространство вокруг сжимало моё сердце в своих тисках. Стены, потолок, и пол стремились соединиться в одной точке сознания, и я почувствовал, как моя грудь сдавливается в железных и ржавых тисках тяжёлой апатии гнетущего забвения. Я проваливался в пустоту и вдруг почувствовал её присутствие рядом с собой.

Это дыхание… Оно так знакомо, так не навящево… и до боли душит сердце колючей проволокой тоски, чего-то прошедшего, но когда-то родного и любимого. На какое-то мгновение я даже успокоился и перестал волноваться, но что-то здесь было не так. Сомнения сверлили искусно сотканное из нитей иллюзии чувства безмятежности. Ответ плавным движением лезвия по оголённым нервам отразился в моём сознании. В этом дыхании отсутствовала мелодия жизни.

 

Не знаю, как, но понимание этого возникло во мне откуда-то из глубины безысходности и отчаянья. Но я не могу, ни чего с этим поделать. Я да же не могу пошевелить веками своих глаз. Время покинуло меня. Я в ловушке собственных страстей. Наверное, моё несчастное воображение просто напросто играет со мной.

 

Но это была не игра. Не глупое бездарно-поставленное театральное представление на фанерной сцене жизни. Всё было по настоящему, как нечаянная сумбурная мысль, воплощающаяся в материи. Пришло время собирать камни.

 

Я чувствую, как её ледяные губы прикасаются к моему лбу. Этот пронизывающий холод, вызывает в моей голове целые меридианы воспоминаний из прошлого. Серия, картинка… помехи… боль, злость и ненависть… предательство и убийство. Когда то моей жертвой, стал я сам.

 

Но прикосновение чего-то мягкого, сырого и липкого к коже пробудило моё сознание от эйфории памяти, агонии ностальгии. Это был её разложившийся язык. Я почувствовал, как она слизывает с моего лица холодный пот, как ласкает мои волосы своими мокрыми костями пальцев. Пахнет смертью и трупным смрадом, но я по-прежнему не могу проснуться. Морфий сна не даёт мне возможности спастись и прогнать её. Скоро я проснусь, и всёго этого не будет, не будет меня, а мой Мир заснёт. Всё исчезнет и станет ненужным и глупым.

 

Её зубы вонзались в мою полоть, когти рвали мышцы и нервы, но я не чувствовал боли. Я, как будто бы наблюдаю, своё тело со стороны, смотря на своё истерзанное мукой и страданием лицо, но я по-прежнему не вижу её. Я чувствую, как она рвёт меня по кускам, и она не уйдёт пока не насытит мной свой волчий бездонный голод.

 

Лоскуток за лоскутком, лаптами она пожирает мясо моего лица, обгладывая мои щёки своими гнилыми зубами. Кровь стекает по искорёженной голове на подушку и впитывается в её материю, как будто бы она пьёт чужую кровь, проникаясь моей бездомной сущностью, расползаясь большим алым пятном под моей жизнью.

 

И вдруг я проснулся, открыл глаза, встал, включил свет и понял, что всего этого не было. Посмотрев в окно, я понял, что всё изменилось. Тот Мир, в котором я раньше существовал, исчез.

НАЗВАНИЕ: Новый рассвет(отрывок).

Фэндом: "Хеллсинг"

Автор: Гиппократ ака Chemist ака Regis.

Бета-ридер(отрывка): Night Crowd, Аннатари.

Редактор: Night Crowd, Аннатари.

Жанр: AU(альтернативная вселенная).

РЕЙТИНГ: R.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ: Ругань. Кровопускание.

СТАТУС: Кусок, вырванный из контекста.

ОТ АВТОРА: Вселенная принадлежит товарищу Херано(или Хирано, это кому как больше нравится). Также надеюсь на понимание жюри и модераторов относительно рейтинга и жёсткости текста и некоторых диалогов. Уповаю на пункт 3.1

 

Сознание просыпалось медленно. Сначала вернулось осязание. Интегра ощутила, что лежит на жёстком и остром. Потом слух. До неё донёсся хриплый стон человека недалеко от неё. Она попыталась пошевелиться, но мускулы точно налились свинцом. Постепенно возвращалось зрение. Интегра лежала, глядя в чистое ночное небо, и наслаждалась звездным светом, дарящим какое-то неописуемое наслаждение. Внезапно что-то привлекло её внимание. Скосив глаза, она устремила взгляд на яркий диск полной луны. Голова повернулась вслед за глазами как будто сама собой. Луна завораживала, притягивала, заставляла погрузиться в её созерцание, рассматривая любую мельчайшую деталь видимого рельефа. Интеграл поняла, почему в полнолуние в Алукарде просыпался ностальгирующий философ. Луна была не просто ночным Солнцем вампиров, она олицетворяла собой всё их существование. Видимая только ночью, днём скрывающаяся в свете Солнца, убивающего слабых вампиров, так же как и Луну. Использующая свет дневного светила, чтобы породить свет собственный. Вампиры стоят вне вероисповеданий, даже если остаются в нежизни верующими. Для них существует один Бог – Луна, ночной паразит языческого людского Бога.

«Солнечный свет не вредит мне, я его просто НЕНАВИЖУ!»

«Ты солгал, Алукард. – думала Интегра, постигая истину. – Ты ненавидишь Солнце, напоминающее тебе о том, что ты был человеком, а не его свет. Ты боялся показать, что проявил слабость, влившись в ряды ночного народа. Нет. Лунного народа, так будет вернее.»

«И, как всегда, вы правы, хозяйка. – вампир возник у неё в голове как всегда без предупреждения. – Достаточно проявить слабость один раз и будешь сожалеть об этом столетиями. У тебя был шанс закончить всё здесь и сейчас. Печать не выпустила бы меня из уз. Я ушёл бы вместе с последним Хеллсингом. А теперь мы в равном положении. Я буду исполнять твои приказы, но и ты починишься моим. Мы подробно обсудим это потом. А сейчас… ВСТАВАЙ!»

Одеревенелость тела как рукой сняло. Интегра рывком вскочила на ноги. Очки слетели с носа, но леди больше в них не нуждалась. Глаза видели всё и даже больше. Она уловила, как чуть дрожит рука лежащего метрах в ста от неё, на груде камней, человека. Она видела, как из пулевого отверстия вытекает кровь в такт биению его сердца, которое она отчётливо слышала. Внутри словно что-то щёлкнуло. Интегра чувствовала нестерпимую жажду и понимала, что только одно может её заглушить. Отныне это была её судьба, её проклятие.

-- Он не для тебя. – граф неслышно оказался у неё за спиной, но Интегра чувствовала его присутствие и его волю, его власть над ней. – Она скоро сможет выбраться, и забирать у неё еду изо рта крайне не советую. С Волтером во всей его силе мог справиться далеко не каждый высший вампир. Полицейская делает поразительные успехи для своего возраста. Посмотри.

И Интегра увидела. Из-под камней выбирались тонкие струйки абсолютно чёрного дыма, собирались вместе и сгущались вокруг рыцаря, зашептавшего молитву. С каждой секундой дыма становилось всё больше, он начал формировать фигуру, сначала расплывчатую, потом всё более очерченную. Понимая, что сейчас произойдёт, Интегра с трудом оторвала взгляд от умирающего и отвернулась. И увидела графа, с тусклой улыбкой шагнувшего в сторону. Ток пробежал по телу Интегры, глаза налились кровью, руки сжались в кулаки, на виске запульсировала жилка. Губы ощерились в яростном оскале, зубы сжались, и кровь побежала по подбородку, стекая из проколотой клыками губы. Интеграл было на это наплевать. Она увидела Хайнкель.

Наёмница прижималась к земле изо всех сил, стараясь не оказаться на пути свистящей пули. На лице лежала печать презрения и боли. Вокруг ног растекалось кровавое пятно. На большом куске железобетонной стены рядом с искариоткой сидела ван Винкль, с лучезарной улыбкой выслушивающей ругань, потоком изрыгаемую Вольф.

-- Ух, ты! Какие слова-то мы нехорошие знаем. Тебя что, девочка, в детстве не учили, как надо со старшими разговаривать? Я то тебя как минимум в три раза старше. – Ван Винкль откровенно издевалась. – Знаешь, я тебя, может, даже убивать не стану. Будешь сидеть где-нибудь в камере, а по вечерам я тебе песни петь буду.

-- Пошла к чёрту, фашистская гнида! Я тебя на куски порежу, вампир-недоносок. – Хайнкель всё ещё сохраняла остатки самообладания, хотя ясно понимала, что её жизнь стремительно приближается к финалу. – Давай, добивай. Я готова обратиться в прах. Amen!

-- Ну нет, дорогуша, так легко ты не отделаешься. Ты думаешь, это я сейчас развлекалась? Я тебе время скрасила, пока вон леди не очухалась. – Рип кивком указала на Интегру, всё ещё пребывавшую в некотором оцепенении. – Судя по её лицу, то, что она сделает с тобой, могло бы привести в восторг Дока.

Хайнкель повернула голову и распахнула от шока глаза, увидев Интегру, всё больше щерящую яростный оскал. На лице Вольф теперь можно было видеть лишь ненависть.

-- И кто ты теперь, английская свинья? Предатель Веры. Ты…

Договорить ей не дала изящная рука Интегры, поднявшая Хайнкель над землёй за горло. Леди чуть сжала шею искариотки, и Хайнкель захрипела, задыхаясь. Глаза начали выкатываться из орбит. Интеграл ослабила хватку.

-- Месть – это блюдо, которое следует подавать холодным. К несчастью для тебя, у меня теперь есть на это уйма времени. Мы вернёмся к этому вопросу лет через триста. – Интеграл посмотрела в глаза Хайнкель, расширившиеся от ужаса. До наёмницы наконец дошло, что её ожидает. Инстинкт помог Интегре нащупать нужную ей ниточку поведения. Леди приблизила своё лицо к голове Вольф и мягко прошептала ей на ухо. – Твоя душа принадлежит мне.

С этими словами она впилась искариотке в сонную артерию. Хлынувшая кровь дарила неописуемое наслаждение, заглушая Жажду. Скоро всё было кончено. Бездыханное тело рухнуло на землю. Интегра смотрела на труп, краешком сознания ощущая своего первого пленника. Мертвец начал дёргаться и вдруг попытался подняться, но из за разбитых суставов не смог это сделать. Интегра сама поставила на ноги упыря, с собачьей преданностью смотревшего на хозяина пустыми глазами. Изо рта стекала слюна. Немёртвый покачивался, не падая только благодаря тому, что леди держала его за плечо.

-- И что вы будете с ней делать, леди? Это всё-таки слишком неудобно – оставлять её бодрствовать. – Граф стоял рядом с Интегрой, также разглядывая упыря. – Они слишком обременительны и не эффективны. Лучше не оставлять упырей, к тому же это теперь не вполне Хайнкель.

-- Ну, что ж. Прощай, ватиканская свинья. – с этими словами Интегра, размахнувшись, проломила упырю череп, и труп повалился на землю, конвульсивно дёрнулся и затих, теперь уже навсегда.

Сзади раздался хруст. Интегра обернулась и увидела, что Алукард был абсолютно прав в отношении Виктории. «Успехи» были потрясающими. На девушке была исполосованная алая форма, заметны были и глубокие кровоточащие порезы, покрывавшие всё тело. Правда, они стремительно затягивались. Причиной этого, видимо, являлось то, что вампирша увлечённо поедала труп рыцаря, избавив его от доспехов, обломки которых валялись тут же.

-- Это… это… -- у Интегры просто не было слов, на это был способен Алукард, она могла ожидать подобного от Ван Винкль, но чтобы Серас?!

-- Это закончится, когда жажда уйдет. Секунд через тридцать, судя по всему. Я, кажется, несколько поторопился с похвалой. – граф был невозмутим.

Серас вдруг перестала жевать и резко вскочила на ноги, огляделась, увидела месиво из тел искариотов и позеленела. Потом опустила взгляд вниз, выдавила из себя хриплый возглас: «Боже», – закатила глаза и хлопнулась в обморок.

-- Сильно поторопился, – на лице у графа сверкнуло лёгкое неудовольствие. – Скоро привыкнет. Немка, приведи полицейскую в чувство. А теперь, Интегра, скажи, что мне делать? Майор высаживает последние резервы, и дирижабли остаются без обслуги. Они стали лёгкой добычей, а оставшиеся солдаты – мусор. Отдай мне приказ, моя хозяйка.

-- Найти и уничтожить. – граф низко поклонился и растворился в воздухе. Интегра наблюдала как начали взрываться и огненными факелами падать на землю дирижабли, и как полыхнул флагман. Сфера ярчайшего света и огня накрыла город, выжигая «Миллениум», уничтожая здания. Взрывная волна ударила Интегру, протащила её по земле. Острые камни и куски железа рвали одежду леди на клочки и оставляли глубокие порезы. Она закричала… и проснулась.

Chemist_Новый_рассвет.rtf

Снежный саван

 

Он медленно брел по почти пустому парку. Огни вечерних улиц остались позади, впереди только багровая листва и нарастающий рокот грома. Он не торопился домой. Слишком уж хорош был вечер с холодным ароматом приближающейся зимы, чтобы менять его на одинокое время, тоскливо ждущее его у пульта от телевизора на продавленном диване. Миновав скамьи у замершего фонтана, он увидел прелестную юную девушку, собирающую хрустящие листья, которые так красиво алели, оттеняя белоснежные руки. Не в силах побороть интерес, он направился к ней, чуть прикусив от волнения нижнюю губу и стиснув в кармане связку ключей, которая негромко звякнула и умолкла.

- Добрый вечер.

Он, наконец, приблизился к ней. Хотел, чтобы приветствие прозвучало уверено. Получилось немного резко.

- Добрый,- со светлой улыбкой она откинула со лба волосы и взглянула на него из под густых черных ресниц. Он был покорен ее взглядом. Таких глаз ему еще не доводилось видеть. Бездонные и ясные как небо в летний полдень.

Она еще раз улыбнулась.

- Могу я узнать ваше имя?

Он замер, ожидая ответа. Ветер всколыхнул ее золотистые волосы и у него перехватило дыхание. Он точно знал, что ангелы на землю не спускаются. Однако сегодня ему повезло - один из ангелов что-то позабыл в мире людей и сейчас стоял перед ним.

- Мира,- звонко ответила девушка,- а как вас зовут?

Мира...Голос девушки эхом отдавался в его голове. Какое необычное и прекрасное имя...

- Саша,- тихо произнес он, не сводя с нее глаз. Вокруг кружили листья, потревоженные ветром. Они что-то шептали, шуршали, исчезали...Волосы девушки взметнулись и рассыпались по хрупким плечам золотой волной.

- Не хотите прогуляться?

Мира молча кивнула, улыбаясь ему своими большими глазами. Она выпустила из рук букет из алых листьев и их забрал ветер, унося с собой к бархатным небесам.Они гуляли долго, пока улицы совсем не опустели. Саша проводил ее до дому и на прощание сжал ее теплую руку.

- А можно попросить у вас номер телефона? - он сказал это не подумав. Мира достала из сумки блокнот, остро заточенный карандаш и быстро написала ему свой номер мобильного телефона и приписала ниже свое имя. Саша взял листок и взглянул на почерк. Мелкий и плавный.

- Я позвоню?

- Надеюсь на это.

Мира загадочно улыбнулась и убрала блокнот с карандашом обратно в сумку. Она ждала, он позвонил в тот же вечер. Их разговор плавно перетек в ночь, Мира положила трубку только утром. Оба были уверены, что нашли кого-то особенного. Оба не могла ждать следующей встречи. Когда они встретились еще раз, Саша подарил ей букет из белых роз, чьи лепестки на ощупь напоминали шелк. Еще несколько встреч - и он влюбился. Еще несколько месяцев - и он понял, что не может без нее жить. Еще год - и ее не стало. Она не говорила ему про свое сердце, он старался ее защитить. Только как известно нельзя защитить от неизвестного.

Он часто приходил к ней. Приносил цветы. Смахивал снег и листья с фотографии на черном камне. А на ее могиле росли прекрасные белые цветы. Маленькие, душистые. Казалось, это были жемчужины.

Такая особенная, так далеко...Он приходил к ней каждый месяц с букетом белых роз.

Однажды он пришел и увидел, что рядом с ее могилой стоит девушка, со спины очень похожая на нее. Такая же прелестная, загадочная и...особенная. На ее длинных золотистых волосах был снег. Она повернулась и Саша увидел. Это была она.

- Обещай мне, что не будешь тосковать по мне,- тихо сказала она,- я вижу, что в твоем сердце не осталось ничего, кроме боли.

Мира подошла к нему и взяла его за руку.

- Я никуда не денусь, я все равно присматриваю за тобой.

Он ощутил горячие слезы на своих щеках.

- Если ты не будешь счастлив, то мне тоже будет плохо. Обещаешь, что отныне ты заживешь полной жизнью?

Он кивнул, не в силах что-либо сказать. Мира растаяла в воздухе, оставив после себя лишь тепло своей руки. Саша положил букет на могилу и впервые за несколько месяцев улыбнулся.

Снежный_саван.rtf