u-jinn

Казнить Jubei Причины - выше.

Значит я плохо читал газеты :huh: *пошел перечитывать*

Учитывая, что [если верить газете] к нему ни копы, ни предатели ни разу не заходили - спален падре давным давно.

Еще одна придирка: врачи не проверяют, глотают ли пациенты таблетки. А ведь даже серия была про это.

Еще в плюс первым сериям: сделали акцент на характре Хауса и его трансформациях. Если 6 сезон затронет эту тему поглубже - я только за.

Ну вот, думал сейчас приду, почитаю тему, проголосую за казнь Миачки. А тут уже ночь :lol: Шустрые вы.

sheo, ты два раза Кисаки посчитал. Все-таки предлагаю не торопиться с казнью, пока время есть.

Джубей голосовал против всех повешенных. Конечно, можно сказать, что он специально голосовал против своих. Но я больше склоняюсь к Миачке (не голосовала против Сталкера и lazycat).

Смотрел буквально на днях. Великолепный фильм великолепного режиссера. Смиту удалось гармонично соединить свой фирменный стеб с романтикой. Пожалуй, это единственный режиссер, в фильмах которого пошлый юмор не вызывает отторжения.

Надо рассматривать Pussy как коммерческий ход. Довольно попсовая - как раз для ротации по радио, провокационная - чтобы привлечь внимание, припев на английском, плюс порно-клип. Кто-то сомневается, что альбом будет хорошо продаваться? :) Относительно клипа. Как стеб над самой востребованной индустрией Германии - хорошо (их довольные физиономии до сих пор вызывают улыбку). Но хочется что-нибудь вроде Розенрота или Ohne Dich.

Это был Суперполицейский (Supersnooper) с Теренсом Хиллом. Загадывайте кто хочет.

В сети уже есть новый клип "Pussy" и песня "Rammlied". После просмотра клипа - неоднозначные чувства . С точки зрения пиара - замечательно. Но вот эстетически - сомнительное удовольствие. Хотя снято красиво :o А вот вторая песня - супер. Напоминает старые альбомы. Ностальгия. Ждем-с весь альбом.

:( Я думал на запятую после слова "наверно". Логично. Повторы пропустил, да :(Camomile, спасибо что заглянули. Очень рад, что мои рассказы понравились, это хорошо стимулирует к дальнейшему творчеству. Значит, не зря стараюсь :o

Не-не, есть еще куча вариантов. Например, простое совпадение. Или я приобщился к прекрасному и начал воспринимать поэзию =)

Казнить Сталкера Основание: записка вора.

Akihito Konnichi, твоя снисходительная надменность умиляет. :) Назвал всех говном и гордо удалился - это, несомненно, достойно уважения. Но на случай, если соизволишь прочитать этот пост, отвечу. Ты нарисовал прямо райскую картину. Живи, радуйся тому, что осталось и т.п. Однако многие неизлечимые болезни значительно снижают качество жизни. Особенно если они смертельные. Погугли картинки с поздновыявленной карциномой. Как-то плохо это сочетается с "прожить оставшееся ему время, дыша полной грудью, смотря на мир широко открытыми глазами, открыть себя для новых, ранее недоступных эмоций".Конечно, если выявили астму, то совершать самоубийство глупо. Но не думаю, что кто-то до этого додумывался. Зато отсмеявшись, можешь подумать, что значит слово "художественное". Если не додумаешься - можешь совершиться аферу по рецепту Содерберга. Ведь в кино показали - значит так и есть, нэ? Что это было?Хотя вот это заставило улыбнуться: А после его смерти печали и боли, видимо, не было. Было облегчение: "Наконец-то отмучался!".

Только я вижу здесь взаимоисключающие параграфы? Приводить в качестве примера художественные фильмы не корректно, они не отражают действительности.

Ну вот и выкладываю "Мимолетность", как и обещал. В качестве вступления: почитал обсуждение этого рассказа в ПроЗайчиках ЛиРу. Какая-то даже ностальгия появилась. Ведь были интересные обсуждения. Вот, например, дискуссия с Trickster в комментариях к этому рассказу, даже сейчас интересно читать. Мимолетность. Я звоню в дверь. Ответ - гробовая тишина. Дергаю ручку двери – она, конечно же, оказывается открыта. "Наверно опять рисует," - думаю я. Но в квартире никого нет. Лишь на столе лежит записка. «Я устала. Там будет лучше, я знаю. Не ищите меня». Все-таки она решилась. Больше я не увижу ее, и это надо принять. Некоторые вещи не зависят от нас, и их надо принимать как можно скорее, если, конечно, рефлексия не является конечной целью. *** Случалось, за длинными разговорами обо всем на свете мы проводили целые часы. Мы не только обсуждали прочитанные книги или просмотренные фильмы. Часто мы вместе принимали решения, определяющие нашу дальнейшую судьбу. Но не в этот раз. - Все-таки ты уезжаешь? - спросила вчера Лена. Ее лицо ничего не выражало. Вопрос – как сотни других. - Да. Я твердо решил перебраться в Питер. Это возможность чего-то достичь, понимаешь? - Ну что ж, это многое решает. Но переехать – это самый простой выход, тебе так не кажется? - Простой? Ну ты скажешь! Да я… - Не спорь, как-нибудь сам поймешь. *** Куда же она исчезла? Самоубийство я отмел сразу же, но на всякий случай осмотрел квартиру и проверил окна. Они оказались закрыты, ванна – пустой. Меланхолично набрал на телефоне ее номер. «Абонент вне зоны действия сети» - равнодушно ответили мне из трубки. Уже одно то, что Лена не пришла в университет, было странно. Прежде такого не случалось, она даже по болезни не пропустила ни одного занятия. Естественно, это еще ничего не значило, но что-то не давало мне покоя. Она бы позвонила. Вот так исчезать – не в ее правилах. Да и дверь не была бы открыта. Я обвел взглядом комнату. Что-то в ней изменилось после вчерашнего. Что-то очень важное, то, что ни при каких обстоятельствах не должно меняться. *** - Опять ты не закрыла дверь. - Не ной, умоляю… - Сейчас такое время, когда осторожность не бывает лишней. - Я не маленькая девочка и могу отвечать за свои поступки. - Вот поэтому… - я не успел договорить: Лена вздыхает и возвращается в комнату. Я снял куртку, ботинки и прошел вслед за ней. Конечно же, она рисовала. Склонившись над старым, покрытым многочисленными царапинами и пятнами столом, она быстрыми движениями переносила на бумагу свои фантазии. Ее картины были повсюду: на стенах, полках, кровати и даже на полу. Неудавшиеся, законченные, брошенные на середине, но все до одной – безумно дорогие Лене. А еще, все они были нарисованы простым карандашом. Стараясь ни на одну не наступить, я подошел к столу и постарался разглядеть сквозь пелену ее волос новую работу. Там была изображена девушка. Она сидела на поляне, окруженной со всех сторон лесом. Был яркий солнечный день, свет буквально пропитывал каждую травинку на земле. Девушка наблюдала за детьми, которые бегали вокруг, играли друг с другом и словно не замечали ее. И только внимательно присмотревшись, можно было заметить, что из-под длинных волос малышей выглядывают остроконечные ушки, а из-за спины вон той девочки виден кончик крыла. - Я решила назвать ее «Мимолетность». *** Я осматриваю комнату, на этот раз медленнее. «Мимолетность». Еще какие-то пару секунд мозг отказывается принять увиденное, но, в конце концов, приходится признать: картина стала объемной. Не отрывая от нее взгляда, зачарованный, я осторожно подхожу и касаюсь ее. Рука натыкается на обыкновенный лист ватмана. Именно в это мгновение все начинает меняться. Знаете, как древняя краска облезает со старинной мебели? Вот так же окружающий меня мир высохшей краской падает к ногам, и я оказываюсь в совершенно другой комнате. Первое же ощущение в этом новом мире: холод. Пронизывающий до самых костей, сковывающий все движения; медленно, но верно убивающий. Я глубоко вздыхаю, и пар маленьким белым облачком поднимается к серому потолку. На самом деле серый не только потолок, но и стены, и пол, и даже двери. Все вещи в квартире стали либо черными, либо белыми, с небольшими вариациями между этими крайностями. Бесцветный до боли в глазах мир. Живыми в этом мертвом мире остались только картины. Рисунки, еще пару минут назад передающие красоту и неповторимость природы через оттенки серого, в этом безумном мире обрели цвет, но стали аляповатыми кляксами на фоне всего остального. Я подхожу к окну. И здесь меня ждет новое потрясение. Небо. Ярко-голубое, высокое и необычайно чистое, без единого облака. И солнце, щедро льющее свое тепло на замерзший город. Это потрясающе. Но внизу дело обстоит совершенно по-другому: неясные тени, плывущие над тротуарами, напротив через дорогу - грязно-желтые каменные коробки; железные чудовища, проносящиеся внизу. Это ужасно. Я отхожу подальше от окна и вспоминаю, что еще не был на кухне. Там меня ждет сюрприз: прислонившись спиной к стене, на полу сидит Лена. Когда я вхожу на кухню, она устало поднимает глаза, но не произносит ни слова. Я беру ее за руку. - Идем. - Нет. Она вырывает свою руку и еще сильнее забивается в угол. - Зачем ты пришел сюда? – спрашивает она с горечью в голосе. – Я же написала: не ищите меня. - Неужели ты думала, что я оставлю тебя? - Чего тебе надо? Уходи… - Только вместе с тобой. Она не отвечает. - Тут холодно, - говорю я. Лена молчит. Тогда я сажусь рядом и обнимаю ее. Она не сопротивляется. Этот день вымотал нас обоих, и небольшой отдых очень кстати. Лена кладет голову мне на грудь и замирает. Не могу сказать, сколько времени мы просидели. Но постепенно холод перестал проникать в мое сердце, тело согрелось и на душе стало спокойнее. После сна она почти пришла в себя. Грусть и недоверие в глазах остались, и не думаю, что они исчезнут в ближайшее время. Но в остальном это была та же Лена, что я знал. Я встаю и помогаю ей подняться на ноги. - Теперь мы точно возвращаемся. Возражения не принимаются, - пробую пошутить я. На ее лице промелькнуло что-то похожее на улыбку. - Идем, - добавил я, взял Лену за руку и, вернувшись в комнату, смело шагнул в картину. *** Я звоню в дверь. Ответ - гробовая тишина. Дергаю ручку двери – она, конечно же, оказывается открыта. Лена сидит за столом и рисует. - Опять ты не закрыла дверь. - Не ной, умоляю… - Сейчас такое время, когда осторожность не бывает лишней. - Я не маленькая девочка и могу отвечать за свои поступки. - Вот поэтому… - я не успеваю договорить: Лена вздыхает и возвращается в комнату. Минут пять она рисует новую картину, а я с интересом слежу за этим процессом. Наблюдение за созданием новой работы Лены - одно из тех редких удовольствий, которые я не променял бы ни на что в этом мире. Наконец она отрывается от рисования. - Не жалеешь, что не уехал? - Нет. Я твердо решил остаться. - Ну что ж. Это многое решает. Уехать - это был самый простой путь, тебе так не кажется? - Да. Ты права. - Я рада, что ты понял. Я улыбаюсь и снова смотрю на картину. Краска еще не высохла, да и сама картина пока не готова, но девочка, сидящая на поляне в окружении фей и вековых деревьев, поразительно похожа на Лену.

Я пропустил )Рассказ мне тоже понравился, действительно похоже на сочинение ребенка. Правда, содержание выдает автора с головой =) Прочтение понравилось. Ну и содержание тоже, солидарен.Пока, что удивительно, идут понятные и интересные мне стихотворения. Помню, несколько раз заходил в старую тему - там был для меня темный лес. Но у меня так с большинством стихов.

Kisaki Niji, проснулся :)

Ради газеты можно и скинуться понемногу для Шео. Спойлер:http://i021.radikal.ru/0909/1f/276ce174405f.jpg

В NFS не играл, так что не могу судить. Как я понял, ты все свел к субъективности и имху.

Пусть так, все равно граждане платят деньги, получают что-то взамен. Вот когда будет нормальной среднестатистичекой картошкой - тогда можно будет говорить о любви. А пока - уж извините. То, что Зине дали трубой по голове - это, конечно, плохо, но любить полугнилую картошку от жалости к ней не станешь. И от того, что Зина - монополистка, тоже. Кто ж плюет. Просто недолюбливают.

Все это не за спасибо делается. Граждане платят налоги, а государство фактически оказывает платные услуги. А за что любить тетю Зину из магазина, тем более если она продает гнилую картошку?

Подсказка: И главные герои: