Троллейбусом Стукнутая

Мне вот припомнился сериал Stratos. Я его, правда, не смотрел, но слышал, что есть там такой пожилой дяденька-механик, вокруг которого по вечерам юные лётчицы собираются, словно вокруг дедушки-Гайдара.

Вот автомобиль истинного анимешника!

Скоро выложу их свадебное фото, сам увидишь!

КпсС - Клаус переспал с Софией! Народу мозги туманят, нашли вокруг чего тайну городить - вокруг пошлых додзи!

Фы! Дио не умер, потому что когда Грандстрим исчез, то он исчез не сразу, а так, как останавливается пластинка на патефоне. То есть ещё какое-то время действовали восходящие потоки, которые не могли препятствовать падению тяжёлых предметов вроде остовов крейсеров, а вот Дио спланировал подобно пушинке в снега Дизита, как в пуховую постель. И закончилось всё замечательно. Я расскажу, как. Экзайл полетел на Землю, а когда вернулся, то в Престейле началась совсем другая жизнь, вроде той, что нам обещали Ленин, Крупская, Луначарский, Горький, Макаренко, Чапаев и писатель Носов. Гильдия перестала существовать как сила, управляющая всеми пертурбациями в жизни Престейла, но сами бывшие гильдийцы остались и принесли много пользы народу. Они, честно говоря, сами не были довольны установленным Дельфиной режимом и считали его ведущим к гибели. Только не решались ей возражать, тем более что им регулярно мозги промывали. А теперь они занялись кто обслуживанием Экзайла, кто обслуживанием и ремонтом клавдиевых установок, кто наладкой беспроводной связи по всему Престейлу. В Анатоле отгрохали роскошные города, утопающие в зелени, с плавательным бассейном в каждом квартале и в каждой школе. В Дизите инженеры - бывшие гильдийцы - начали бурение с целью найти нефть и газ. Не знаю, как с нефтью, но они обнаружили месторождения горячей воды, на которых впоследствии выросли оазисы тепла, где начали разводить огурцы, арбузы, тыквы, капусту, ананасы, помидоры, бананы, апельсины, яблони, груши, бамбук, в общем, чего душа пожелает. Так же там устроили спа-курорты. Дио женился на Аль. Он начал писать картины, а Аль стала гениальным математиком вроде Софьи Ковалевской. Моран женился на Дуне, и они занялись фермерством. Клаус женился на Лави, и они стали опылять поля Морана и Дуни табачной пылью ото вредителей. Винсент женился на Софии. Гудвин женился на Вине и изобрёл новый вид музыкального инструмента. А Вина стала преподавателем консерватории. Гейл женился на Татьяне. Они стали звёздами кинематографа. Итан женился на Алисии. Они открыли лавочку. Костави тоже на ком-то там женился. Холли Мадсейн стала знаменитой поэтессой. Или доктором. Залечила всех, так что от неё спасу не было, все на деревья залезали, а она рыскала вокруг с градусником. Уокер стал депутатом Верховного совета, работал в казначействе, иногда цеплял на спинжак орденскую колодку и шёл в какую-нибудь школу рассказывать ребятишкам о войне. И стал писать книжки не хуже Гайдара и Кассиля. Вот вам, ребята, и вся сказка!

Какой радостный рисунок! А я ещё сегодня виделся со своим ангелом! Ну и день у меня получился!

Я и так натуральный Хидеки, аригато!

Вот вспомнил: в Monster - наши Жигули-"копейка", в FMP - УАЗик.

Я уже писал в своей статье, что никакой прессинг и никакая промывка мозгов не могли окончательно уничтожить в гильдийце Личность. Может, они и становились послушными и в них работала какая-то программа на случай экстраординарной ситуации, но когда ребром вставал вопрос, касающийся такой вещи, как жизнь друга, тогда всё это оказывалось бездейственным. Просто дружба в Гильдии, скорее всего, была редкостью. До такой степени, что в неё никто не верил, за исключением некоторых детей вроде Дио. Но именно дружба Дио и Люсиолы оказалась решающим фактором. Она придала Люсиоле силу. В смерть Дио я бы поверил только тогда, когда увидел его мёртвым. Это моё железное ИМХО на гранитном фундаменте.

Правильно! Следить за какими-нибудь сложными системами и механизмами - тоже ответственное занятие. И такой человек может быть героем романа или приключенческого аниме. Дагобел Ресиус - без него Сильвана бы не летала! Я вот вспомнил Джонни Торнадо из Grand Prix - он ведь зачастую лично вносил изменения в конструкцию своего болида. И неплохие идеи у него возникали.

Паняааатно... вы бы, ребята, по-простому, без наворотов - тресь - в лепёшку. А то тут не то что Дио, эдакий нежный принц, а сам Гитлер взвоет, если его таким медленным и изощрённым способом умервщлять будут...

А за что его в ад? Что он натворил такого? Туды Цикаду надо, Дельфину, Джанкарло и капитана Нолза. Там им вместе веселее будет. А Дио, по-моему, никакой не злодей. Не царь, не вор и не разбойник, и в аду ему делать нечего.

Не, для меня машина - это всё. Я с детского сада переживал, что у нас машины нет, хотя из всей группы только за близнецами Панфиловыми папашка на машине приезжал - у него была Лада-Спутник, последняя модель. У них ещё ухваточки были блатные. В Замбию попал в 6 лет, там впервые увидел иномарки и сразу понял, что они лучше наших. Не знал чем, просто чувствовал, что лучше. Ещё понял, что заграничные игрушки лучше наших, еда вкуснее и одежда красивее. Как-то за приятелем отец приехал, а он у него был дипломат, а мой - сотрудник торгмиссии. Так вот у него была машина - стёкла без рамок, сдвоенный глушитель. Я - в слёзы. Меня утешают, а я только повторяю: "Две трубы, две трубы!.." Одна тётенька решила, что поняла, в чём дело, и говорит: "Зачем тебе две трубы? Одной ведь достаточно, чтобы дым выходил!" Я как замахнусь, как заору: "Дура!!!" Впервые нагрубил старшему. Потом-то уж не считал, но скажу, что причина была всё та же. Разве трудно понять - две круче, чем одна! На "Титаник" и то бутафорскую четвёртую трубу поставили. Дело-то не в том, как там этот грёбаный дым выходит. Потом мама стала говорить, что когда вернёмся из Замбии, купим машину. Я было обрадовался, что какую-нибудь красивую, вроде тех, что в Замбии ездят, так нет! Наша страна с капитализмом борется, так что купим нашу, советскую. Я говорю - давай купим "Волгу"! Мама как на меня накинется! Целый вечер только звон в ушах стоял: "Как ты смеешь говорить такие вещи? Ты знаешь, сколько стоит "Волга"? Пятнадцать тысяч!" Только всё это зря. Я продолжал мечтать о каждой красивой машине, которую видел. Только если в журнале была указана цена, не мечтал. Для меня что миллион, что тысяча были сумасшедшими деньгами, потому что у нас в семье не было практики выдачи карманных денег. У меня не было ни ключа от квартиры, ни часов. Просил часы, так бабушка как рявкнет: "Надо будет - я тебе время скажу!" А я просил пластмассовые часики, мне же купленные! Мне их ещё полгода назад подарили на день рождения, так бабушка берегла их на какой-то чёрный день. Как раньше в деревнях всё складывали в сундук. Так вот. Чтобы мечтать о машине, мне надо было её представлять во всех подробностях. Когда видел новую машину на улице, просил папу обогнать её, чтобы рассмотреть кругом. Только он вообще никого никогда не обгонял. А мне хотелось ехать быстрее всех... Как-то ещё в детском саду носом к поребрику подъехала БМВ. Я хотел обойти её кругом, а тут какая-то крашеная тётка завизжала, что я вышел в запретную зону. Они все были помешаны - им постоянно мерещились побеги. Как в фильме "Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещён" - помните, товарищ Дынин воображал, будто он начальник зоны: "...Не иначе, побег готовят! В идеале надо было держать перед глазами фото любимой машины. А где его взять, если в классе с тобой никто не разговаривает, а когда кто-то приносит журнал "За рулём" или "Техника - молодёжи", то тебя пинками гонят от парты, на которой его рассматривают, да ещё орут вслед: "Пошёл отсюда, жирный!" В Замбии мне подарили много проспектов, в основном по японским авто, но были по Пежо, Ауди, Фольксвагену... С собой в Москву мне их взять не разрешили. Но я думал, может, валяются где-то. Спрашиваю маму: "У нас нет чего-нибудь... такого, автомобильного?" Она посмотрела на меня с таким ужасом, словно я неожиданно покрылся чешуёй. С тех пор у нас сплошные склоки. Я целыми днями выцыганивал деньги на очередной номер "За рулём", а затем на "Автопилот", "Авто", печатавшийся на самой дрянной бумаге, но там были такие раритеты, в том числе прообраз автомобиля из мувика "Утэны"! Потом пошёл "Мотор", киевский Motor News - там вообще тачки были самые улётные. Мама почему-то считала, что не покупают все номера подряд. А у меня покупка журналов стала самоцелью. Раскопаю гденть на развале номер Hot Rod magasine, который в детстве был для меня несбыточной мечтой - и скачу от радости, мебель сшибаю. А маме несу показать - она смотрит в другую сторону. Я раз из-за этого хрустальную вазу выкинул в окошко. Мне в детстве казалось, что деньги, на которые можно было бы купить журналы, уходят на хрустальные вазы. Сейчас, конечно, понимаю, в чём дело, но неприязнь осталась. Ещё и потому, что бабушка не пускала моих товарищей в дом, боялась, что чегонть опрокинут. Представляете, говорила, что они воруют! Пропадёт чёнть, так она:"Это твой Мишка стащил!" Да надо все её вазочки покидать в окошко, пусть её инфаркт хватит, и дело с концом! За мониторм посидеть не даст, бухтит и бухтит! Я мечтаю о только самом лучшем. Жизнь слишком коротка, чтобы размениваться на дешёвку. Если бы я тогда, в 7 лет, слышал о Роллс-Ройсе, Паккарде, Испано- Сюизе, то назвал бы их. А что наша страна с чем-то там борется - пускай их борется. Я в эту паршивую политику не вмешиваюсь и не собираюсь.

От тоже агрегат прикольный.

Да, он разрабатывался для лесников. Но использовался в основном военными. Кстати, компоновка с кабиной над мотором, характерная для городских машин, впервые была опробована на армейском полноприводном Вандерере. Как кто?! А я? Чем я не котёнок? Очень даже хорошенький котёночек. Больше всего на свете люблю спать на заднем сиденье Кадиллака, такого большого и уютного, какие делали в 50-е.

Ну я, вообще-то, не первым додумался обсуждать военную технику. Вообще меня разное железо интересует, танк, правда, к автомобилям напрямую не относится, но как средство передвижения не так уж плох. Многие автомобильные журналы впоследствии расширили сферу своих интересов на мотоциклы, снегоходы, аквабайки, квадроциклы, джиггеры, парапланы с моторчиком... Так вот, бывает, люди увлекаются, а котята тем более... А гранатомётчики - это солдаты, специально обученные уничтожать технику противника гранатами. Я не знаю точно, были ли у наших в Великую Отечественную гранатомёты, у американцев они были, ещё фаустпатроны у немцев... Но я часто слышал, как называли гранатомётчиками именно тех, кто подрывал технику ручными противотанковыми гранатами.

Серия называется "Набор материала". Когда пилот треплет Клауса по волосам, как раз хорошо видно парашют. Крепится он именно так, как крепятся парашюты.

Нет, под Сталинградом. Войска Хорти в основном выполняли полицейские функции, но тогда всех бросили фронт удерживать. А тягачи эти все тогда и пожгли. Французские Рено вообще дошли только до польской границы. А вот кое-какая техника хорошо показала себя, уже когда наши войска воевали в Европе. Когда освобождали Вену, один наш взвод захватил почтовый автобус Магирус, их называли "альпийскими". Спереди у них был снежный отвал - поскольку автобусы ходили регулярно, на них возложили функцию очистки дорог от снега. Солдаты подняли этот отвал для защиты от пуль и ворвались в Вену, сметя по пути все заставы на горной дороге. Автобусы эти имели два задних моста и дизель в 230 сил.

От! Я ж так и думал! И Миядзаки делал "Наусику" под влиянием "Улитки на склоне" и "Беспокойства" Стругацких! Лес видели?

Я ужо сказал, где я видел в Экзайле парашют! Когда двое ветеранов прилетают на Сильвану, ну, когда там Татьяна уговаривает Клауса не отказываться от своей цели, на спине одного из них виден явный парашют. Когда они улетают уже, тогда лучше всего видно. Может, они их носить начали, когда ваны вовсю стали участвовать в боевых действиях, да и на Сильвану летать было опасно, как ни крути. А вообще, зачем Дио парашют? Он же Гильдия, может он летать умеет. Просто так, как Карлсон, только ему и пропеллер не нужен.

Кажись, так она и называлась... Или Hellhounds Panzer Cop...

Носят, но не постоянно, но у Дио с собой парашют был, так как он собирался летать на ваншипе. А парашют маленький, как у шпионов. Его и не видно совсем.

Наша техника тоже могла сломаться в мороз. Только из-за простоты конструкции она была более ремонтопригодной. Немецкие же машины были очень навороченными в техническом плане и часто поступали на фронт не апробированными. Некоторые из-за большой высоты были очень удобной мишенью. А арттягачи Раба-Ботонд венгерского производства горели как спички, это можно встретить в воспоминаниях наших гранатомётчиков и тех, кто стрелял из ПТР. Ещё система пневмоподкачки шин часто выходила из строя из-за того, что снег, набившийся в колесо, замерзал. Трубочка-то была совсем тоненькая. С этой проблемой и владельцы Хаммеров сталкиваются.

Если в этот день я ожидаю что-то хорошее и радостное, то вспархиваю как птичка. Если же идти к доктАру или ещё что, то меня домкратом надо поднимать, да и с домкратом это труднёхонько сделать...

Вот что я накатал про инженеров. Уважаю я их очень... Инженер - от слова ingenium. Инженер. Скромный сутулый человек в очках и потёртом шевиотовом костюме, старающийся уберечь в троллейбусной давке обшарпанный тубус с кальками. Пусть. Но он за копеечную зарплату трудится над, может быть, абсолютно нерентабельным проектом и искренне огорчается, когда ему сообщают, что он уволен по сокращению штатов. Ведь свою профессию он выбрал ещё в детстве, и вовсе не из-за славы и денег. Инженер. Это слово так часто встречается в томиках «Библиотеки приключений» с потёртой позолотой на коленкоровых переплётах. Инженер Сайрес Смит, оказавшийся со своими товарищами на абсолютно отрезанном от мира островке, но не только не упавший духом, а основавший крепкую, первоклассно оснащённую колонию – там было электричество, лифты, плавильные печи, собственное производство шерстяных тканей, гвоздей и проволоки, изделий из стекла, коптильня, пекарня... И товарищи храбро защищали созданное своими руками от пиратов. И юный Ричард ловил каждое слово своего наставника и кумира и тоже мечтал стать инженером. Или инженер Саразэн, употребивший доставшееся ему многомиллионное наследство от индийской бегумы на то, чтобы воздвигнуть город, где все могут быть здоровыми и счастливыми. И этот город устоял перед всей сокрушительной военной мощью другого города, воздвигнутого профессором Шульце – настоящим фашистом, какого в то время мало кто мого себе представить. Инженер Робур, создавший удивительный воздушный корабль «Альбатрос». Он не боялся никаких соперников. И пусть страшно безумие его гордыни, когда он решил бросить вызов всем стихиям, но разве не впечатляет дерзость, с которой он появлялся перед многочисленными толпами на другом своём творении – «Грозном», аппарате, способном одинаково быстро передвигаться по земле, в воздушных просторах и толщах океанских вод? Инженер Гарин. Человек низких помыслов, жаждавший богатства и власти. Можно представить, как ужасно, когда огромный талант и удивительная трудоспособность на пределе человеческих возможностей употребляются на служение человеконенавистническим помыслам – под угрозой оказывается вся мудрость, всё добро, накопленное и выстраданное человечеством. Всё это может быть дотла выжжено каким-нибудь гиперболоидом или чем-то ещё более страшным. Тема могущества инженеров затронута и в японских мультфильмах. Инженер Эдвард Стим (steam – пар (англ.)) создаёт устройство, заключающее в себе неслыханный энергетический потенциал. Вся эта энергия употребляется для приведения в движение чудовищной летающей цитадели. И, несмотря на весь производимый этим творением безумного гения ужас, сын инженера Стима, талантливый юный Рэй, до последнего остаётся на стороне отца – ведь наука, как он беззаветно верит, служит прежде всего людскому счастью. Согнутый годами и невзгодами Ресиус Дагобел, добровольно забывший своё прошлое, все оставшиеся силы употребляет на обеспечение независимости «Сильваны» - ведь кроме этого корабля, которым командует отважный Алекс Роу, ничто не может противостоять мощи Гильдии, сжимающей в стальном кулаке маленький и хрупкий мир Престейр. Фантастика всё же происходит из реальности. В конце концов, многие фантасты не могли предвидеть нынешний уровень развития инновационых технологий, потенциал современной электроники. И мало кто мог поверить, что огоромные воздушные корабли станут реальностью, а сейчас в воздушное пространство выходят воздушные гиганты вроде мегааэробуса А-610. Не пройдет и 20 лет, как подобные монстры выйдут на уровень сверзвуковых скоростей. Такой электроники, как на рядовом современном автомобиле, не было на «Хиусе» и «Тахмасибе», на которых герои произведений братьев Стругацких «Страна Багровых Туч» и «Путь на Амальтею» бросали вызов открытому космосу. Капитан Быков крутил верньеры, штурман Крутиков следил за курсом по примитивным приборам, отмечающим показания на бумажной ленте. Им бы борткомпьютер с «Лексуса»! Инженеры всегда были готовы обеспечить фантастов и вообще писателей темами и яркими деталями. Никола Тесла, приехав в Америку без гроша в кармане, создал огромный радиотехнический концерн. Всё, что ему оставляли ненасытные акционеры, он вкладывал в свои удивительные научные изыскания. Однажды он продемонстрировал журналистам лимузин Pierce Arrow, штатная рядная «восьмёрка» которого была заменена электродвигателем постоянного тока. Те восприняли это скептически – перспективы электротранспорта тогда уже признавались нулевыми – малый запас хода, низкие скоростные качества... Но большой лимузин ездил и ездил, достаточно быстро и не требуя подзарядки батарей. Да и батарей на нём не было, а только небольшая чёрная коробка с двумя штырьками. На вопросы, откуда берётся энергия, Тесла загадочно отвечал: «Её так много в окружающем нас пространстве...» Тесла начал строительство циклопической антенны на Лонг-Айленде – он надеялся установить контакт с внеземными цивилизациями. Но здоровье его было подорвано, вскоре он скончался, после войны гигантское ажурное сооружение пустили на слом, а огромный архив инженера-самоучки бесследно пропал вплоть до последнего листка. Но через некоторое время подросток Майк Джадж, ещё не знавший, что ему доведётся осчастливить человечество Бивисом и Батхедом, сидел над самодельным прибором, в который вставил старую индукционную катушку производства «Тесла». Он подставлял руку под её зеленоватое свечение, будучи уверен, что это самая настоящая радиоактивная эманация. Инженеры мечтали о зданиях до небес, о поселениях в космосе и в океанских глубинах. Они стремились летать выше и дальше. Игорь Сикорский, будучи отчислен из Киевского политехнического института, нашёл поддержку у графа Михаила Владимировича Шидловского и на мощностях Русско-Балтийского вагонного завода организовал производство крупнейшего по тем временам самолёта «Русский Витязь», а затем и ещё более грандиозного «Ильи Муромца». Граф Шидловский свёл эти уникальные машины в первое в истории подразделение дальней боевой авиации. После эмиграции Сикорский строил в США самолёты-амфибии, совершавшие дальние рейсы над бассейном Карибского моря и достаточно успешно выполнявшие тактические задачи в годы 2-й мировой войны. А потом, как всем известно, создал первый годный к применению вертолёт. Его вертолёты-контейнеровозы стали прообразами известных советских машин ОКБ им. Камова. Инженеры Рэд Рэйлтон и Джон Парри Томас были связаны неразрывной дружбой и непримиримым соперничеством в борьбе за мировой рекорд скорости на суше. Томас прославился созданием Leyland Eight – первой на Альбионе машины с рядным восьмицилиндровым мотором. Именно на эту машину взял равнение инженер Август Хорьх во всех своих последующих разработках*. Eight мог бы сокрушить Phantom инженера Генри Ройса, но руководство Leyland отдало приоритет тяжёлым грузовикам. После этого марка Leyland появилась на легковой машине только в 60-е – на большом седане для австралийского рынка, который эту машину не принял. Eight при солидных размерах был весьма лёгок, отличался великолепными скоростными показателями, но был крайне сложным и дорогим в производстве. Томас лично стартовал на своём детище во всех крупных гонках, триалах, хилл-климбах. Впоследствии все эти машины пошли на слом, и ни одна не дошла до наших дней. Затем Томас приобрёл у графа Луи Зборовски его рекордный болид Higham Special (Хайэм – поместье графа Зборовски) – авиационный мотор, установленный на шасси грузовика. Модифицировав это ужасающее сооружение, Томас нарёк его Babes. 600 сил позволили при тяжёлой примитивной раме и неразрезных мостах на рессорах достичь результата 268,9 км/ч, перекрыв предыдущий мировой рекорд на 27 км/ч. На следующий год, в 1927-м, инженер Томас предпринял новый старт на Пендинской отмели, где был установлен и предыдущий его рекорд. Он снова разогнался до неимоверной скорости на сыром и плотном после отлива песке, но неожиданно лопнувшая цепь привода ведущих колёс стегнула его по голове, убив наповал. Потрясённые этим событием механики зарыли машину здесь же, на отмели. А Рэд Рэйлтон, получив известие о смерти друга, ликвидировал только что созданную им автомобилестроительную компанию Arab и нашёл работу на фирме Napier, вовсю развернувшей производство авиационных моторов. Один из этих моторов он установил на рекордный болид и несколько раз стартовал на нём. Машина принимала участие даже в шоссейно-кольцевых заездах. Не так давно английская дорожная полиция остановила этот самый болид на обычной дороге местного значения за превышение скорости. Сидевший за рулём джентльмен, примерно одного возраста с машиной, пояснил, что хотел проучить молодого наглеца, подрезавшего его на новеньком Ягуаре. Надо полагать, парень в Ягуаре горько раскаялся в своей самонадеянности. Рекордные болиды тех героических лет вдохновили японского художника, аниматора и дизайнера одежды Рэндзи Мурату на создание ваншипов – удивительных летательных аппаратов из аниме-сериала «Изгнанник». Махиро Маэда, взяв за основу несколько набросков Мураты, не только создал множество моделей ваншипов, в которых угадываются черты рекордных Graham-Paige, Stutz, Duesenberg, Cattaneo, Hotchkiss, Gobron-Brillie, Thomas Babes, Napier Railton, гоночных Zust, S.C.A.T., Kissel, Miller, 300-сильного F.I.A.T. князя Бориса Суханова, стильного спортивного Auburn Speedster, но и показал неповторимую технику их полёта, с «штопорами», молниеносными ускорениями и свободным падением на сотни метров, и конечно, с иммельманами, столь любимыми юным отчаянным Клаусом Баркой. Представьте увенчанный стильной фигуркой капот антикварного гоночного авто, рассекающий воздушные потоки Грандстрима, перемалывающего всё, что имело несчастье в нём оказаться. Не всякий найдёт мужество признаться в том, что его отец – инженер. Легче тем, у кого отцы – банкиры, директора компаний, менеджеры модельных агентств, продюсеры, содержатели ночных клубов, пускай хоть киллеры. Но не стоит забывать, что слово «инженер» всё-таки происходит от латинского слова ingenium... *Тут я дал маху - к тому времени Август Хорьх уже не работал на фирме своего имени, так что идеи Томаса были взяты на вооружение Паулем Даймлером, Фрицем Фидлером и поставщиком двигателей - берлинской фирмой Аргус.