Вы знаете, что делать.

 

Арбуз.

Извращенец в сверкающих очках (анимешное клише).

Чтобы носить очки — мало быть умным, надо ещё плохо видеть ©

Какие-то стереотипы из латиноамериканских сериалов 90х.

Богатые тоже плачут

Октябрьская революция

Броневик, матрос, пулемётная лента

Революционный матрос Макакин )

Ничего не вижу, ничего не слышу, ничего никому не скажу ©

Стихотворение Хармса "Врун"

Тайное всегда становится явным

Бессмысленная, скучная информация.

— Пациент скорее мертв, чем жив, — прошептала она и отвернула голову назад на сто восемьдесят градусов.

Жаба долго мяла влажной лапой Буратино. Раздумывая, глядела выпученными глазами сразу в разные стороны.

Прошлепала большим ртом: — Пациент скорее жив, чем мертв...

Народный лекарь Богомол сухими, как травинки, руками начал дотрагиваться до Буратино.

— Одно из двух, — прошелестел он, — или пациент жив, или он умер.

Если он жив — он останется жив или он не останется жив. Если он мертв — его можно оживить или нельзя оживить. 

Большая иллюстрированная книжка "Пиннокио" советского издания 1964 г.

Деревянный парень в гавайской рубахе

"Идол ты деревянный!" (с)

"Идолище поганое!!"

Алёша Попович и Тугарин Змей

Петя и Красная Шапочка

Виктор Гюго

 

Красная Шапочка задрожала. Она была одна. Она была одна, как иголка в пустыне, как песчинка среди звезд, как гладиатор среди ядовитых змей, как сомнабула в печке…

 

Джек Лондон

 

Но она была достойной дочерью своей расы; в ее жилах текла сильная кровь белых покорителей Севера. Поэтому, и не моргнув глазом, она бросилась на волка, нанесла ему сокрушительный удар и сразу же подкрепила его одним классическим апперкотом. Волк в страхе побежал. Она смотрела ему вслед, улыбаясь своей очаровательной женской улыбкой.

 

Оноре де Бальзак

 

Волк достиг домика бабушки и постучал в дверь. Эта дверь была сделана в середине 17 века неизвестным мастером. Он вырезал ее из модного в то время канадского дуба, придал ей классическую форму и повесил ее на железные петли, которые в свое время, может быть, и были хороши, но ужасно сейчас скрипели. На двери не было никаких орнаментов и узоров, только в правом нижнем углу виднелась одна царапина, о которой говорили, что ее сделал собственной шпорой Селестен де Шавард — фаворит Марии Антуанетты и двоюродный брат по материнской линии бабушкиного дедушки Красной Шапочки. В остальном же дверь была обыкновенной, и поэтому не следует останавливаться на ней более подробно.

Он художник - он так видит

Павленский в психушке во Франции.

Конец толерантности

Где начало того конца, которым оканчивается начало?

Заумные, непонятные философствования.