Надменный столяр. У далеких, покрытых синей дымкой, гор жил-был столяр с женой и маленьким сыном. Мастерство столяра славилось, и в доме всегда был достаток. Но чем быстрее рос его сын, тем все тяжелее от тревоги и грусти становился взгляд мастера, все чаще столяр стал покидать мирные стены и уходить неведомо куда. Этой переменой обеспокоилась его мудрая жена. Однажды она спросила мужа: «Мой дорогой, почему же ты как волк глядишь на своего сына?» И ответил столяр: «Не того сына ты родила мне. Не найти наследника моему ремеслу». Жена удивилась: «Но ты же совсем не учишь его!» А столяр произнес: «Только истинный мастер способен различить, где талант, а где бестолковщина!» Прошло три года, и как-то раз в мастерскую отца заглянул его сын. Мальчика поразила искусность отца, с которой тот вырезал ножку роскошного стола. И обратился сын с просьбой: «Отец, научи меня» Плотник, подумав про себя: «Я покажу этому бездарю настоящее ремесло», предложил тому смастерить простенький табурет. Набросав размеры, объяснив как пользоваться плотницким инструментом, отец стал наблюдать за работой сына, приговаривая: «Не убирай так много», «Отпиливай ровнее», «Следи за длиной», «Аккуратней!». И в итоге табурет получился настолько кривоногим, скособоченным и грубым, что мужчина в сердцах воскликнул: «Не быть тебе никогда столяром! Какой позор иметь такого глупого сына!» Лицо мальчика исказилось в глубокой печали, и он, не сказав никому ни слова, собрал пожитки и покинул отчий дом. Узнав об уходе сына, столяр был в ярости. Жена днем и ночью корила его за жестокость, а совесть нещадно терзала его душу. Мужчина не мог найти себе места, и предупредив жену, отправился в густой лес, что рос у подножия гор. Столяр долго шел по лесной тропе, слушая пение птиц, и вдруг услышал знакомые звуки: «Вжик-вжик! Тук-тук!». Свернув с дороги, мужчина вышел на поляну и не поверил своим глазам, увидев двух зайцев, распиливающих хворостинку крошечной пилой. Он подходил все ближе, чтобы поглядеть на их работу, а зайцы были так увлечены, что не заметили приближения человека. И вот, закончив с одной хворостинкой, ушастые принялись за другую. Затем, приготовив достаточно досок, они начали сколачивать их колючка шиповника. И постепенно мужчина стал понимать, что зайцы мастерят маленький стол. Но какой же нелепый он у них выходил – вместо четырех ножек – три, крышка стола крива и безвкусна. И неожиданно для самого себя, столяр произнес: «Что же вы, неумехи, делаете! За всю жизнь не видал такой пакостной работы! Вам бы морковь все таскать, а не ремеслом заниматься!» Услышав голос человеческий, зайцы в тот же миг исчезли в лесной глуши. А столяр, раздосадованный, продолжил свой путь. И шел он час, другой, как где-то в лесу раздалось: «Бум! Бум! Тук! Тук!». Плотник замер, а затем, качнув головой, свернул с дороги. И вышел он на поляну, посреди которой высился древний дуб. А на ветви дуба того две синицы что-то колотили из крошечных досточек. Присмотрелся столяр и понял, что птички мастерят кровать. Но какая же странная была кровать – без спинок, без ножек. Глядел мужчина, как неловко и неумело прибивают синички доски, и закричал: «Что же вы, бестолочи, делаете! Кто так гадко работает с деревом! Уж лучше бы семена клевали да жуков ловили, чем столярным делом заниматься!» Синицы испугались, и исчезли в тот же миг в небесах. А столяр, огорченный, продолжил свой путь. И шел он все по лесной тропе и думал: «Как много бездарей и болванов, которые все норовят испортить истинное искусство! Как же мне найти достойного ученика?». И додумав последнюю мысль, столяр вдруг понял, что дорога закончилась, и стоит он посреди темной лесной чащи. «Неужели я потерялся?» - стало учащенно биться сердце мастера. «Эгей!» - закричал он и вдруг увидел знакомых двух зайцев. Столяр обратился к ним: «От всего сердца прошу вас, лесные звери, покажите мне путь домой» А зайцы переглянулись – и скрылись в чаще. Запечалился столяр. «Эгей!» - вновь крикнул он, подняв голову к небу. И увидел он кружащих над ним двух синиц. «От всего сердца прошу вас, лесные птицы, покажите мне путь домой» А синицы сделав еще один круг, разлетелись. Тяжело стало на душе у мужчины. «Неужто моя могила будет посреди темного леса?» И вдруг услышал он звуки «Вжик-вжик! Тук-тук!». Обезумев от радости, столяр помчался на встречу к ним и выбежал на поляну, где увидел белого, словно снег, волчонка, мастерящего стул. Но что то было за творенье! Ножки, тонкие и изящные, радугой переливались на солнечном свете. Спинка его была высока и покрыта бесчисленным множеством узоров, столь талантливо выполненных, что у столяра перехватило дух. И обратился мужчина к зверьку: «От всего сердца прошу, выведи меня отсюда. А за эту услугу я возьму тебя своим учеником, станешь мне роднее сына» Волчонок взглянул на столяра и, пошевелив белоснежным ухом, промолвил: «Коль в ученики меня брать собрался, покажи свое искусство» Столяр широко улыбнулся и ответил: «С радостью!» Решил тогда мужчина сделать шкаф – столь прекрасно продуманный, что раньше мастер даже не осмеливался воплотить свою мечту. Набрав бревен и одолжив у волчонка инструмент, столяр взялся за работу. Закончился день, наступила ночь, которая сменилась утром, и шкаф был готов. Мужчина стоял в стороне и все не мог наглядеться созданной им красотой. А волчонок, придирчиво подернув хвостом, произнес: «Вот здесь одна дверца от другой на волосок отстает. А здесь одна петлица на травинку ниже другой. Резьба на дверцах груба и безвкусна, спил местами неровный. Нет, не пойду я к такому ужасному столяру в ученики» На мужчину было страшно смотреть – такое глубокое горе овладело его душой. Не помня себя от позора, столяр ринулся прочь от поляны с волчонком, и сам того не заметив, вдруг вышел к своему дому. Но его ли то был дом? Вместо деревянной хижины высился особняк из белого камня, окруженный покрытой вьюном стеной. У ворот выстроилась длинную-предлинную очередь, но не из простых людей, нет – их богатые, расшитые драгоценными камнями одежды, слуги, разносившие дорогие напитки – говорили столяру, что здесь собралась знать со всей страны. Мужчина скромно пристроился в конце очереди, спросил у своего соседа: «Куда стоят все эти люди?» А тот ответил ему: «Мы ждем, чтобы сделать заказ у самого искусного в этой стране столяра» В голове у мужчины пронеслась мысль: «Да это же я!», и, расталкивая купцов и благородных, он добрался до ворот и вошел в дом. А там, на покрытых золотой нитью коврах, на сотканных из нежнейшего шелка подушках сидел молодой парень, в котором столяр узнал своего сына. И, не постеснявшись гостей, упал мужчина на колени, и слезно умолял сына простить отцовскую надменность. И доброе сердце сына, скучавшее за родителем, без колебаний сжалилось.