грустно это, друзья. печально и трагично. помню, лет пять назад, в приступе ностальгии шарился по сети в поисках всяких кимагурных ништяков. чтобы, ну знаете, if you don't mind, I'll just dance in the sweet memories because every time I think of Kimagure Orange Road, I'm missing the days и вот это всё. и, значит, наткнулся вот на этот ролик, где три главных сейю двадцать лет спустя собрались повспоминать прошлое:
на импровизированной переозвучке сцен мультфильма было заметно, как сильно с возрастом просел голос у хироми. и она сама это понимала и хвалила замеревших на месте коллег. и это было как смачный удар по зубам, которому нельзя ответить -- глубокое тянущее чувство и верный спутник столкновений с ярким проявлением жизненной необратимости. если почитать зарубежные отклики, то люди первым делом вспоминают драгонболловскую бульму. потому что это было у них в детстве, и грустят они в основном по детскими воспоминаниям. у нас было по-другому, у нас были в первую очередь капризы апельсиновых улиц, которые мы смотрели уже будучи относительно взрослыми. в год тридцатилетия экранизации лично мне хотелось бы накатать большую телегу, придаться теплым чувствам от воспоминаний о мире с проводными телефонами и отсутствием компьютеров, чмокнуть хикари в макушку, дать отцовского леща кёске и схоронить очередной обалденный арт с мадокой, но никак не горький панегирик. акеми такада, дизайнер персонажей яцуры и кора, узнав о произошедшем, написала у себя в дневнике: голос и внешность становятся едиными, и персонаж завершается. я грущу, что больше не смогу встретиться с той мадокой.