Кровавый Фантомас

Вообще-то в 12-й что ли серии Дио говорил Аль, что знает её.

Мариус обладал большими знаниями, инженерными и военными, он умело вёл свою тактику, но главное - императору Анатоля казалось почётным, что у него в министрах бывший Маэстро Гильдии. Он и наделял его большими полномочиями, но сам же ограничил его власть и даже отправил под домашний арест, когда понял, что тот пытается контролировать ситуацию с Экзайлом и слишком активно ведёт свою политику в плане войны с Дизитом. Мне ещё кажется, что Альвис - не какой-то клон или "странная девочка" искусственного происхождения, а принцесса Гильдии. По-моему, очень похоже на то. Рессиус и Графф Гамильтон, как и Мариус - предводители своих домов. У Рессиуса не было детей, но вообще до Дельфины по закону Гильдии, по-моему, в борьбе за титул Маэстро (Испытании Агона) должны были принимать участие наследники всех четырёх домов Гильдии.

Ну первым делом бросается в глаза ярко выраженное косоглазие - правый глаз заметно выше левого и при этом ближе к переносице... Или это такой замысел?

В "Утэне" все грудастые, я имею в виду девачек ^^

Киски ^^ Ня!

Рассказывает аксакал сагу старых времён, ещё тогдашних... Коловорот.

Ученический пенал.

Я считаю, что это люди, вбившие себе в голову раз и навсегда набор стереотипов и не желающие менять свою точку зрения. Может ещё увидели краем глаза фансервисный эпизод и решили, что "всё аниме - сплошная порнуха". Вот ещё у меня был товарищ, который всё делал, как мама скажет. Я ему предлагал почитать американские детективные романы, а он в ответ: "Я это читать не буду, потому что моя мама сказала, что там один секс и мордобой!" Притом что сам он их не читал и о том, что такое секс, не имел представления. Кста, он и о сексе не желал разговаривать, потому что мамино воспитание внушило ему, что "секс - это плохо" =) Так что противники аниме - это ещё и те, кто не привык формировать собственное мнение, а полагается на чужое - мамы, бабушки, учительницы или иного авторитета.

Сам не ожидал, что Элис окажется яойщиком =) Ну, он персонаж во многом автобиографический, этим всё объясняется...

Да, эта её давняя любвь к Кадзи... Вообще-то тему я открыл в основном для того, чтобы обсудить заботу Мисато о Синдзи. Каждому из них чего-то не хватает в жизни, и оба одиноки. Ну допустим Мисато гораздо старше Синдзи, но они с ней и общаются не как парень с девушкой. В конце концов именно у Мисато Синди почувствовал себя ДОМА. И хотя для одноклассников Синдзи Мисато главным образом "шикарная девица", причина закипания их подростковых гормонов, Синдзи получает от неё то тепло и заботу, которого не получал от отца и которой не имел с тех пор, как остался без матери. А машину мы взялись обсуждать просто как один из атрибутов общей "крутизны" Мисато :lol: Я вообще увлекаюсь модельками, но эту купил потому, что синий Альпин - это машина Мисато!

Прикольный (для нашего зрителя) кадр из аниме :lol:

Я считаю, что двигатели ваншипов - творение анатольских умельцев. Всё-таки они довольно кустарные по сравнению с гильдианскими. Валяется клавдий под ногами - ну надо же его как-то использовать... Постил когда-то эту фотку, но она была уничтожена откатом. Снимал, между прочим, специально для форума. А вот это как раз фигура с ваншипа. Да не с какого-то, а с того самого, на котором летал знаменитый пилот Валерий Чкалов.

А, ну анаграммочку подпущу. TRAVAIHA IOKUY

Это на фоне глазоф мелкими кажуца, а так они у ней СТРАШНЫЕ по размеру.

В конце, когда Сита разговаривает с Муской в тронной зале.

Ну хорошо! Вот подсказка очень явная: "Не плачь, послушай, что я тебе расскажу! "Leetay Latuparita ulus Balus netoreel" Это волшебные слова, они означают "Свет, вернись и помоги мне!" "

Ну тада я загадаю. "Какими бы грозными технологиями ни владел человек, он не сможет прожить без любви!"

Это у неё-то не 5-й? Да у неё прям мячи баскетбольные =)

А вот когда в мувике "Утэны" Вакаба наклоняется к Утэне и как нарочно встряхивает своими прелестями 5 размера - разве это не фансервис? А когда София в "Изгнаннике" наклоняется и целует Клауса, а на ней придворное платье с декольте и корсажем, приподнимающим бюст? Классический фансервис присутствует во многих комедийных аниме вроде Лав Хины или Ранмы =)

С чего это вдруг бани жуткие? Вполне себе чистые и комфортабельные =) А духи, которые в них купаются - это духи полей, лесов и источников, вполне тоже добрые и полезные. Поезд, как я здесь уже постил, взят прямо из рассказа Акутагава Рюноскэ - в этом рассказе красочно описывается, как кондуктор останавливает вагон на остановках и ждёт, пока выйдут и войдут призрачные тени... Мельтешащие комочки сажи нам уже встречались в истории про доброго лесовика Тотторо. Безликий - это тема! Его все гонят, он же не понимает, почему его не принимают, пытается расположить к себе, швыряя золото. Опять же и в мире этом никто его не понимает. А Тихиро сразу прониклась к нему сочувствием: "У тебя нет дома? Нет папы с мамой?" Всё-таки она очень чуткая девочка, и сразу понимает, из-за чего страдает сказочное существо - при всём своём причудливом облике чудища хотят того же, что и люди. Ведь и в истории, которую рассказывал Хана в "Токийских крёстных", красный демон мечтал подружиться с людьми...

В очередной раз напоминаю о своей точке зрения насчёт происхождения Грандстрема. Когда в Гильдии произошёл раскол, системы Экзайла встали на код. Вообще, как вы знаете, любая управляемая компьютером система время от времени запрашивает пароль. В данном случае пароль (мистериумы) был нужен, чтобы Экзайлом не завладел один-единственный дом Гильдии. И то, что все мистериумы оказались в итоге в руках Алекса, было результатом того, что дома Гильдии всё же объединились - против узурпировавшей власть Дельфины. Даже Дио пошёл против неё, передав мистериум Алексу. Грандстрем же был образован, чтобы скрыть Экзайл от посторонних глаз. Впрочем, у Гильдии остались крейсера, по-видимому приспособленные для полётов в Грандстреме.

Палочковый домик (такие себе личинки майских жуков строят)

Уже настал понедельник, так что запощу произведение на обсуждение. Я считаю, что это как раз то, что не стыдно предъявить. Этюд Лави. Клыки Дракона – это простирающийся за Горизонтальной Пещерой обширный неприступный горный массив. Называют его так, потому что образующие его скалы видом напоминают зубы или огромные пилы. Это ветер, постоянно бушующий там, придал им такой хищный вид. Со дна расщелин между скал поднимаются тяжёлые испарения, оседают крупными каплями на скалах, и там постоянно стоит непроглядный туман. И напрасно дозорные на висящем над скалами крейсере «Урбанус» вглядываются в белёсую мглу, клубящуюся внизу... Там, на скалах, лежит наша «Сильвана». Вид у неё потрёпанный, броневая обшивка заметно пострадала, подъёмник покорёжен. Но корабль не мёртв – мелькают на его бортах огоньки сварщиков, взлетают с палуб ваншипы, несущие дозор и ведущие поиск пропавших без вести во время боя командора Татьяны Висла и Клауса, который для неё был навигатором, а для Лави – незаменимым человеком. Сейчас Лави лежит в тесной каютке. Чтобы ей лежалось поровней, под матрас покосившейся вместе с палубой койки Аль и Моран напихали книжек, флягу, в общем, всё оказавшееся у них имущество. Аль не отходит от Лави, протирает ей лоб мокрым платком, а та ничего не говорит, лежит неподвижно с закрытыми глазами, слёзы текут из-под век... Аль кажется, что она бредит, но Лави совершенно чётко видит себя – она, пятилетняя, сидит на плечах у отца, идущего по рынку в Норикии... «Сегодня особый день! Купим хорошей воды?» «Да? И мне можно?..» «Конечно!» Торговец аккуратно подставляет воронку и наливает в бутыль воду 3-го класса очистки. Это хорошая вода, такую пьют по большим праздникам! «У меня сегодня день рожденья!» «Правда? Тогда я добавлю ещё!» А рядом уже остановился лучший друг отца Гамилькар с сыном Клаусом, моим одногодком, на плечах. Клаус держит внушительный свёрток. Что-то там у него?.. «Клаус, какой большой кусок копчёного мяса!» Отец Клауса добродушно бросает: «Если объешься, не сможешь заснуть вечером!» Отец Клауса был удивительным человеком, приехавшим в наш город – ради полётов. Его семья поселилась рядом с нашей, и они стали лучшими друзьями с моим отцом. Вскоре они стали экипажем: один – пилот, другой – навигатор. Ваншипы непрерывно бороздили небо над моей родной Норикией... И потом мы жарим это мясо во дворе, я прошу Клауса подержать лепёшку, а сама бегу к его матери, стоящей у жаровни. Конечно, Клаус не может удержать и свою, и мою лепёшки, но это его проблемы! Мы с Клаусом с года росли вместе и не представляли себя друг без друга. Мать Клауса всегда хорошо относилась ко мне и к моему отцу. Мой день рождения – это одновременно и годовщина смерти моей матери. Она умерла сразу после того, как я родилась. Тем временем отец Клауса устанавливает автоспуск камеры и зовёт всех встать у выбеленной стены его дома. Этот снимок сохранился до сих пор... Я не знаю, как выглядела моя мать. Если б у нас была камера, осталась бы фотография. Но у нас не было фотоаппарата, и поэтому у меня ничего не осталось... У нас было много других фото. На одном из них рядом с нашими отцами стоял стройный, смуглый темноволосый молодой человек в щеголеватой пилотской куртке и при белом шарфе, а рядом на крыле ваншипа сидела худенькая рыжеватая девушка с удивительно открытой и счастливой улыбкой. Кто же эти люди? Во всяком случае, они были хорошими друзьями наших отцов. И они подарили мне плюшевого козлика с колокольчиком. Они сказали, что это талисаман. Я тогда не знала, что такое талисман, но козлика берегла, и он сохранился до сих пор. Сейчас с ним не расстаётся маленькая Аль. Когда отец давал Клаусу какое-нибудь поручение, он называл его сложность в звёздах и отмечал выполнение в особой карточке. Так принято у пилотов. У меня тоже были обязанности, но я, грешным делом, иногда норовила свалить их на Клауса, а самой взять его задание, полегче. Клаус всерьёз злился на меня за это. Но до крупной ссоры у нас ни разу не дошло, мы всегда быстро мирились... Наши отцы перед вылетом сажали нас к себе на колени в ваншипе и подолгу объясняли, что к чему. Я запоминала, где датчик давления клавдии, когда включить контакт и дать полную тягу для взлёта. Клаус постигал тонкости высотометра и спидометра. И мы были уверены, что можно лететь – ввысь, а там простора хоть отбавляй! Наши отцы радовались нашей уверенности, а мы открывали ворота ангара и радостно махали вслед, когда ваншип устремлялся к горизонту. В тот день отец был странно молчалив и серьёзен. Наконец он просто и прямо объяснил, что они летят через Грандстрем в Дизит. Он сказал об этом, как о самом простом деле, но мы-то с Клаусом слышали о Грандстреме не одну жуткую легенду! «Никому это не под силу, только вашим папам!» - и дал нам подержать металлическую тубу с пломбой. На пломбе выбивают звёзды, показывающие сложность задания. Здесь их было очень много! Клаус насчитал целых 10! А он считает до 10 без ошибок. «Клаус! Ты станешь лучшим пилотом, я в этом уверен. Позаботься о матери! Обещаешь?» - Клаус кивнул. «Но навигатором у Клауса обязательно должна быть Лави!» - сказал мой отец, поднял меня, крепко стиснул и поцеловал. Я поёжилась – его усы сильно кололись. Он смущённо попросил прощения... Два ваншипа одновременно поднялись в воздух, а мы бежали за ними до самого обрыва на краю луга перед домом и кричали: «Пока, пап! Покатаешь меня, когда вернёшься?» И не было границ нашему восторгу, когда ваншип наших отцов сделал иммельман – конечно же, специально для нас! Мы не знали, что видели своих отцов в последний раз... Когда я узнала, что наши отцы погибли, небо было высоким и пронзительно синим... Человек, принесший горестную весть, был один и тихо ушёл. Больше мы его никогда не видели. Лицо его наполовину было скрыто пропитанной кровью повязкой. Он оставил нам ваншип, но мы поставили его в сарай и долгое время не прикасались к нему. На что он нам был нужен в нашем немудрящем хозяйстве? А не продали мы его потому, что у матери Клауса больше ни на что не было сил. Спустя полгода она ушла вслед за отцом, и мы остались одни. Стоя над могилой, в которую опустили тело матери соседи, я не могла вымолвить ни слова от рыданий. Клаус же стоял молча, по лицу его тоже текли слёзы. А потом он сказал, глядя в свинцовое небо над нами: «Когда-нибудь мы непременно полетим туда вместе!» Он уже тогда был такой упрямый!.. Аль улучила минутку, чтобы сходить на камбуз и попросить чашку горячего супа для Лави. Кок Бериан не замедлил выполнить просьбу, и Аль поскорей понесла подносик с чашкой в каюту. Она осторожно поднесла чашку к пересохшим губам Лави... Прошло несколько лет, мы привыкли сами вести хозяйство, но в один прекрасный день я увидала, как Клаус выкатывает ваншип из сарая. «Что ты хочешь делать?» - спросила я. «Хочу поскорей научиться летать, чтобы пересечь Грандстрем!» «Тогда я буду твоим навигатором!» - сказала я, вспомнив слова отца. Трудно давались нам первые полёты... В первый раз мы на разгоне зарылись носом в землю. Во второй Клаус побоялся брать старт с обрыва, и мы едва успели затормозить на краю. А внизу, футах в пятистах, огромным муравейником раскинулся город. И, наконец, в третий раз мы постарались сделать всё как надо. И накачали нужное давление в системе подачи клавдии, и наклеили возле трубок рампы метку, указывающую необходимые при старте давление и обороты. Мы ухнули в отцовском ваншипе с обрыва, и у нас захватило дух. Я решила, что Клаус растерялся от затяжного падения и мы сейчас разобьёмся. Но Клаус не реагировал на мои крики, а потом резко двинул ручку управления и сектор газа над самой крышей какого-то дома, и мы взлетели, снеся, правда, при этом дымовую трубу. Не сразу мы осознали, чего, собственно, сделали. «Мы летим!» - наконец до меня дошло, что ЭТО наконец свершилось. Мы летели, САМИ, лично управляя НАШИМ ваншипом. Чтобы сохранить ваншип, мы отдали за долги дом моего отца. Но с ваншипом расстаться было выше наших сил. И мы не сильно горевали, пролетая над когда-то принадлежавшим нам домом... Клаус в эти дни попытался подняться в Грандстрем. Но хотя он жал газ до отказа, ваншипу не хватило сил на такой затяжной подъём, и нам пришлось спускаться. Сердца наши колотились от разреженного воздуха... «Нам ещё надо поучиться летать, чтобы быть не хуже отцов» - устало вымолвил Клаус. «Что ж, будем учиться!» - ответствовала я, ткнув его кулаком в плечо. Даже когда не стало второго дома, мы не унывали – ведь мы могли летать! Нам казалось, что вместе мы сможем всё. Да так оно и было! И мы подталкивали наш ваншип, хвост которого был взвален на фермерские дроги, по пыльной дороге средь чахлых полей по направлению к городу. А в небе на фоне заката воздух прочерчивали курьерские ваншипы... Мы решили выполнять заказы на доставку срочных донесений, как все пилоты. В первый раз я очень волновалась, кода мы подлетали к навигационной вышке, твердила Клаусу, чтобы взял выше, и в результате мы едва не снесли шесты, на которых спускают тубы с заказами, а дежурившие на площадке отставные пилоты вынуждены были проявить прыть не по возрасту, бросившись на настил, и бранились нам вслед на чём свет стоял! Мы начали тренироваться по нашей собственной системе. Я надевала лётную рукавицу, садилась на самодельную тележку с подшипниками вместо колёс, на каких ездят инвалиды, а Клаус разгонял меня, таща за верёвку. Пытаясь ухватить подвешенную на кусте тубу, я порядком поотбила бока, но всё же неплохо наловчилась. И вот мы летим к вышке, я не отрываю взгляда от уже спущенной для нас тубы, и не могла я после долгих тренировок взять и оскандалиться, и я схватила тубу и не уронила! Старики на площадке удовлетворённо крякнули хором, а вскоре мы уже делали над их головами самый настоящий иммельман, что приводило их в восторг. Поскольку мы стали полноправными членами лётного братства (и действительными членами Союза Авиаторов Норикии!), пилоты всем миром помогали нам при постройке нашего дома. Прославленные Харрикэйн Хоук, Фат Чикен и Санни Бой сколотили крепкий каркас из дубовых балок, а нам осталось обшить его вагонкой. И мы с гордостью прикололи кнопокй к одной из балок наше семейное фото! К стене НАШЕГО дома! И мы летали. Когда-то Клаус гордо выполнял отцовское поручение «на две звезды». Наши отцы погибли, выполняя десятизвёздную миссию – равных ей не было отродясь. Нам доставало нахальства брать трёхзвёздные задания, словно опытным пилотам. И мы справлялись – а как же, если взялся за работу? Система заказов для пилотов ваншипов не допускает сачкования. Там всё на доверии. Повстречавшийся нам истекающий кровью пилот Ральф Венсдэй передал Клаусу своё задание на СЕМЬ звёзд. Ну и натерпелись мы тогда страху! А к тому времени, как мы попали на «Сильвану», мы уже не боялись штурмовиков Гильдии, тем более что Гудвин и его ребята щёлкали их, как тараканов. Хотя поначалу я не допускала эту публику к НАШЕМУ ваншипу! А уж потом твёрдо решила САМА привести его в состояние, годное для пересечения Грандстрема. А свой первый бой с Гильдией мы получили, сразу как только оказались на «Сильване». Тогда я от страха потеряла сознание... Кубок Норикии мы не взяли, потому что нужно было помочь Ральфу. А потом смогли одержать победу в восьмичасовой гонке на выносливвось в Горизонтальной Пещере! В нашу честь даже дали фейерверк. Мы о многом поговорили, любуясь его отблесками... Клаус, на самом деле я не хотела оставаться на боевом судне... Просто я хочу и дальше работать с твоим ваншипом. Но только в роли механика! Прости, Клаус! А ты помнишь наше обещание о Грандстреме?.. Клаус?.. Насчёт секундантов я уже обратился кое к кому на форуме, но пока не получил ответа.

Аниме по любой книге из цикла про Великий Кристалл вышло бы покруче многих. Будем надеятся, что доживём до такого события - чем хрен не шутит?..

Во всяком случае то кино было снято больше 30 лет назад, а Лемони Сникет начал публиковаться уже в нашем веке, хотя его книги и фильм по ним под 60-е стилизованы. Кста, в фильме мистер По ездит на чешской Татре-603, они продавались в Англии, но в крайне небольшом количестве. А у Графа Олафа Крайслер 59 года выпуска, видимо заказная модель, барахольного вида, но в нём работают и сигнализация, и магнитофон, и вентилятор, и телефон (с него Бодлеры дозваниваются мистеру По, когда Граф Олаф оставляет машину с ними на железнодорожном переезде).