Новая повесть. Старая заглохла на второй главе. Как придет вдохновение, что нибудь да появится. Ну а теперь.. Глава 1. Если все не так, как думалось. Затхлый воздух и кашель, раздирающий тишину. Стопки книг, шкафы с книгами, на столе книги, на полу… Повсюду. Все книги озаглавлены непонятными буквами, прочитать что-то существенно невозможно тому, кто даже не знает что это за язык. Этого языка нет ни в одном справочнике. К нему нет ни одного словаря. Нет, конечно, если знать где искать, то обязательно найдешь. Но обычным людям этого не узнать. Почему? Потому что это вызовет миллион непредвиденных последствий: войны, природные катаклизмы, болезни и т.д. Не стоит заострять на этом внимание. Стоит лишь знать – любое просто так произнесенное слово на этом языке влечет за собой уйму последствий, нужных и обсалютно никому ненужных. Вот так бывает. Кому тогда нужны эти книги? Если они существуют, значит, есть те, кто их написал. Значит, кто-то знает этот страшный язык. И есть те, для кого написаны эти книги. Да, такие люди случаются на Земле. Они рождаются, как и все. Живут, как и все. Учатся, как и все. И… В скором времени они обращают внимание, что им намного легче все дается. Они учатся лучше всех в классе (если не прогуливают свой талант конечно), ловят все на лету, и мыслят уж слишком не логично. И вскоре они узнают, что их в пору называть не гениями, а лишь Магами на пути к омагичиванию. Глупо? Не возможно? Ну, вот-вот, а они так не думают. Они бы думали: «Ну, при определенном стечении обстоятельств такое может случиться», другие кто попроще: «Ну да, и такое случается». А затем все они оказываются втянуты в большой круговорот событий, называемый Магия. За ними приходят. Нет-нет, их не везут в сумасшедший дом. Учиться они все едут. Куда? Нет. Не туда конечно. Начитались свеженькой литературы из Англии и несете не весть что. Ну, в общем, там куда их привозят и там они постигают тайные знания, тайны о глубинах мироздания и всю остальную чушь, которая обычно человеку не нужна ни разу. А им нужна. Там же они и учат этот причудливый язык. А выпускают их от туда только тогда, когда они научатся правильно складывать заклинания из слов Магического Языка, ничего не путать, и не создавать лишних проблем для органов магического контроля. Выйдя из Института Магии они продолжают изучать свой предмет, заинтересовавший их больше других. Их просто продолжают жить, как и жили, помогая себе магией. Другие начинают профессию мозгокомпостера, в кругах больше известную как гадалка. Ну их занимаются хиромантией. Тоже тот еще бред, требующий лишь малую толику волшебных способностей. Ну и вот. А к чему же это все? А к тому, что обладатель того самого кашля, раздирающего тишину и есть самый пренастоящий Маг. В данный момент продираясь сквозь океаны наваленных книг он шествовал к платяному шкафу. Зачем? Ну куртку там достать, одеться, на улицу, там же… Что? Какая мантия? Шляпа? Нда, вот что делает с людьми телевидение. В общем волшебник оделся очень даже не волшебно, а совершенно обыкновенно. Ну как обычный человек. Правда у него, как и у всех необычных людей, был очень… Мммм, необычный вкус в одежде. Одев совершенно белую рубашку, и совершенно черный джинсы он сунул ноги в совершенно обыкновенные ботинки. Надев красное пальто, и обмотавшись шарфом по самое неболуйся он вышел на холодные улицы, замерзающего города. Зима на дворе, дорогие мои. И такое случается. Времена года сменяют друг друга, все крутиться колесом из года в год. Века сменяют друг друга. И только одно существо бессмертно. Кто? Ммм, а вы не знаете? Нет? Хм, это никто иной, как Смерть собственной персоной. К нему навстречу и направлялся наш приволшебный знакомый. Шлеп-шлеп по заснеженным улицам города. Мимо магазинчиков с самыми разными продуктами в витринах. Мимо рекламных щитов, обещающих свежее дыхание и безлимитные тарифа. Прямо в подземный переход, с большой буквой «М» при входе. Мимо также шли люди. Но разве они обращали на него внимание? Конечно нет. Он был таким же как он. А люди обычно верят тому что видят, и это их самая большая ошибка. Не всегда видимое есть истина. Одно из первых правил разучиваемых начинающими Волшебниками. В его ушах играла музыка. Нет, это не магия, это называется плеер. Кнопочки наушников издавали звуки музыки, а слова лились параллельно с ней. Это успокаивало, развлекало, наполняло эмоциями, и скрашивало будничную поездку в метро. - Осторожно двери закрываются, следующая станция…, - звучало из динамиков вагона приятным женским голосом. Поезд катит себе и катит, станции сменяются, как и музыка в плеере. Все меняется. Только настроение Волшебника остается все тем же – он предвкушает занимательную беседу с тем, кто регулярно занимается уборкой лишних человеческих жизней с ткани мироздания. Вот наконец и нужная остановка, топ-топ из вагона, топ-топ из метро. Топ-топ по снежным улицам к зданию кофейни на углу. В тепло. В уют. Когда он вошел, его поприветствовала молодая официантка. - Там зал для курящих, - объясняла она, помогая себе руками, - а там для некурящих. - Спасибо, но меня наверное уже ждут, - прошипел Волшебник. Он всегда говорил шепотом. Не лишенном однако ноток цинизма. Пройдя в зал для курящих он сразу увидел его. Нет, что вы, не было там никакого скелета в балахоне черного цвета. В углу зала сидел лишь пожилой дядечка, пиджак которого висел на спинке стула. Он был вполне прилично одет, очень-даже-по-моде, как он сам любил выражаться. С виду ну самый обычный старичок. На деле же… В его глазах читалось Знание. Того, чего не знал самый великий Маг. Казалось он видел место, где кончается вселенная и где начинается мир. Казалось он знает какую-то великую тайну, о которой никому не положено знать. Хм, наверное естественно Смерти иметь такие глаза. Опыт обязывает так сказать. Наш Волшебник повесил пальто на вешалку, стоящую на высокой ножки у столика и сел напротив господина Смерти. - Здравствуйте, - поприветствовал знакомого Маг. - Опоздал проказник. Обычно люди всегда видятся со мной вовремя. При том, с точностью до секунда. Разве ты не мог переместить свое бренное тело прямо сюда, ну сразу ко мне, а Руфус?, - ворчал Смерть сверля Волшебника взглядом. - Прогуляться полезно для здоровья. К тому же, это прекрасное время для того, что бы послушать музыку. Хотя, ты наверное не увлекаешься этим. – отвечал Руфус бегая глазами по меню. - Хм, ну с чего же, совсем даже нет, вот мне например эти нравятся, ну что вдвоем, ну там еще песенка есть у них про армию что ли, и альбом у них «Слоник» называется, вот они мне очень нравятся, и с чего ты вообще решил что Смерть не может попросту послушать музыку отдыхая от работы? Что за предрассудки?, - Смерть видимо начал понемножку обижаться, он очень грустно как-то сверлил Волшебника глазами. - Ну, по моим расчетам, вероятность того, что у Смерти нет работы на ближайшую минуту равна нулю. По этому я не совсем понимаю, почему в данную секунду времени я беседую тут с тобой. Я не мог ошибиться, целую неделю я потратил на вычисление ежедневной смертности, самоубийственности, несчастных случаев, и всего того, что может оборвать жизнь среднестатистического человека. В общем, у меня получилось, что примерно каждую секунду времени у тебя уже новая работа. И…? - Этот Волшебник ничем не отличался от всех других Волшебников. И если вы думаете, что он просто так сказал, что считал все это, вы сильно заблуждаетесь. Так как он на самом деле все это сделал, в действительности убил неделю на расчеты сомнительной необходимости. И как и все Волшебники он был жутко любопытен. А любопытный Волшебник хуже занозы в… ну вы поняли. - Хм. Да нет, в общем ты посчитал все правильно, но наверное ты просто не знал, что я не один. – просто сказал Смерть. Сказал это так, будто это и так всем было ясно. Ну, как то, что Земля крутиться вокруг своей оси, или как то, что если наорать на начальника тебя, скорее всего уволят. Вот так вот говорил Смерть про вещи, сложные для мгновенного понимания даже Волшебнику. - Ээээ…., - сказал Руфус. - Ну вот, и «Ээээ» случается, когда узнаешь что-то необычайно новое и удивительно необычное, - подвел итог Смерть, прихлебывая недавно принесенное ему кофе. - Значит, помимо тебя есть и еще Смерти так? - Волшебник уже стал приходить в себя, пришло понимание того, что видимо Смерть это вовсе не Смерть, а всего лишь смерть, ну как любая профессия, ведь все профессии это важная штука. Как например люди не могу обходиться без всех этих пожарников, продавцов, полицейских, разделение обязанностей так сказать. И им это нравится. Каждый занят своим делом, и не сует нос в чужой вопрос. - Так, если тебе интересно, а я знаю тебе интересно, то…, - вещал смерть отрезая себе кусочек от яблочного пирога, поставленного перед ним некоторое время назад официанткой, - то смерть такая же профессия как и все остальные. Ну это просто род занятий. У тебя Волшебник. А у меня Смерть. - Хм, ну да, ты прав, наверное смерть, это все же такая необычная профессия как и Волшебник, и следует относиться к ней с уважением, - Руфус явно уже вернулся в свою тарелку и чувствовал себя уверенно, - значит, если Смерть это лишь часть рабочего населения нашей планеты, то у тебя должно быть имя, так? Не может же быть что… - Может, - прервал Волшебника Смерть, - да, это глупо, но, становясь Смертью ты лишаешься имени. Вот я Смерть 13, - пробухтел Смерть, и как бы доказывая это достал из под рубашки медальон в виде золотого круга, с цифрой 13 в середине. - И все же, мне кажется это глупым. Разве нет? Смерть должна быть одна, как я полагаю. – полагал Волшебник закуривая трубку. - Ну, это уже не мое дело, глупо это, или нет. Мое дело – хорошо выполнять свою работу. – заметил Смерть 13 допивая кофе. - Мда… - Волшебник явно перетрудился в составлении высокопарных предложений в свое время. - Ну, мне пора. У меня намечается работа. – Смерть встал, снял свой пиджак со спинки стула, одевшись он глянул на думающего Руфуса, поглощенного клубами табачного дыма. - Иди-иди, все понимаю, труба зовет… - Скорее время, - поправил труженик умерщвления. Смерть отвесил крохотульный поклон и пропал из виду, из данного помещения. Короче он своеобразно удалился. Без лишних спецефектов и шумов, но по-своему галантно. - Любопытное это явление, кучка трудящихся смерт… Извиняюсь, кучка трудящихся Смертей. – побурчал себе под нос Руфус, медитирую на дырочку в столе.