Перейти к содержимому
Открыть в приложении

Лучший способ просмотра. Узнать больше.
АнимеФорум

Полноэкранное приложение на домашнем экране с push-уведомлениями, значками и другими функциями.

Чтобы установить это приложение на iOS и iPados
  1. Нажмите на иконку «Поделиться» в Safari
  2. Прокрутите меню и нажмите Добавить на домашний экран.
  3. Нажмите Добавить в правом верхнем углу.
Чтобы установить это приложение на Android
  1. Нажмите на меню из трёх точек (⋮) в правом верхнем углу браузера.
  2. Нажмите Добавить на домашний экран или Установить приложение.
  3. Подтвердите, нажав Установить.

Фан-фики по хеллсингу

  •

Я ничего не имею против обсуждений, мнений, восхищений и критики по тому или иному фанфику, но вынуждена вас предупредить что все они будут удаляться из темы, так как если вы пришли сюда обсудить чье-либо творчество, для этого предназначен целый

раздел.

А данный подраздел отнесен все-таки к "Обсуждению отдельных аниме и манги", а не фан-творчеству по ним.

совет: Выражайте симпатии кавайностью, и автору приятно и мнение выскажите!

 

Яой и Хентай строго запрещены !!!

Uola

 

 

Хм...Ну вставляйте фан-фики своего сочинение.Или не своего

post-68853-1146213374.jpg

Отредактировано от Uola (см. историю изменений)

  • Цитата
    • Ответы 79
    • Просмотры 42,1тыс
    • Создано
    • Последний ответ

    Лучшие авторы в этой теме

    Популярные дни

    Опубликованные изображения

    Рекомендуемые ответы

    «Хеллсинг VS Гарри Поттер»

    Автор: (4ert)

    Действующие лица: Хеллсинг, Шред, Андерсон, ГП и Ко...

    Предупреждения: Ярым фанам ГП лучше не читать

    Описание: Как перевести всех учеников, преподавателей и прочая из Хогвартса в психушку.

    От автора: Надеюсь моё произведение продлит вашу жизнь...

     

     

     

     

    - Сэр Интегра.

    - Да, Уолтер.

    - Некая школа просит у нашей организации помощи.

    - Школа?

    - Да, у них творятся странные происшествия, они считают, что это вампиры.

    - Как называется эта школа?

    - Хогвартс, сэр.

     

    Глава первая \\\"Начало (ой чё будет)\\\"

     

    - Алукард.

    - Да, хозяин.

    - Ты направляешься в школу! - припечатала Интегра, представив реакцию вампира. Она не заставила ждать.

    - Чегоооооооо?!!!

    Алукард подпрыгнул на месте. От прыжка из кармана выпал Шакал и всеми пятнадцатью килограммами шлёпнулся с немалой высоты на ногу. На это Алу выдал немеренную цитату из Евангелие от Гоблина, за что получил пепельницей промеж глаз.

    - На задание, кретин! - поспешила успокоить его Интегра.

    Вампир мигом успокоился, представив обилие вкусненьких детишек. Он очень любил свежую закуску 10 - 15 летней выдержки.

    - Возьмёшь с собой полицейскую! И среди мирного населения потерь быть не должно! Детей не трогать!

    - А что я есть буду?

    - Не мои проблемы!

    Грустно вздохнув, вампироубивец отправился искать Викторию. Белобрысая и красноглазая занималась тем, что ... О боже, читала. Алукард решил, что сегодня явно не его день: такого от полицейской он не ожидал. Приглядевшись, он прочёл: \\\" 100 способов очаровать мужчину\\\". Предчувствуя ужасное, сказал:

    - У нас новое задание!

    Вика быстро заглянула в книжку, спрятала её за спину и выдала:

    - Замечательно, маста! А вы знаете, ммм...

    - Чего?

    - Вы сегодня такой очаровательный...

    Успевший прочесть мысли полицейской вампир сумел сохранить спокойствие. Однако его не сумел сохранить Пип. Такого ржача мир ещё не знал. Пип на полном серьёзе валялся на полу и бился об него головой. Алукард нежно помог, тем самым успокоив наёмника на ближайшую пару часов. Затем он невозмутимо достал Кассул и выстрелом разорвал несчастную книжку.

    - Беллетристика - зло! Почитай энциклопедию.

    - Какую?

    - Блин, советскую!

    - Yes, маста!

    2 часа спустя...

    - Вы поедете под видом учителя защиты от темных искусств и его экспоната. Они у них там дохнут часто.

    - Кто, экспонаты?

    - Учителя, шутник! Вы отправляетесь с платформы... чё за хрень?! 9 и 3/4?! Ладно, не мои проблемы... Вот билеты, вперёд! Аминь!

    ***

    -Ура, Гарри, скоро школа!

    - Да, здорово!

    - Интересно, кто новый учитель?

    - Нуууу....

    - Мальчики, у меня плохое предчувствие...

    - Почему?

    - Хрен знает, но оно плохое...

     

     

    Глава вторая \\\"Хеллсинг экспресс\\\"

     

    - Маста, мы пришли.

    - Сам вижу! И где эта платформа?

    - Может, посередине?

    - Это легко проверить.

    Алукард прошёл сквозь стену. Виктория осталась снаружи. Даже на этой чумовой платформе на неё оглядывались. Согласитесь, людей, постоянно уходящих в стену с совами и чемоданами ещё можно принять за челноков, но девушку с длинным ящиком и двумя гробами трудно не заметить. Из стены неожиданно высунулась рука и за воротник втянула Вику за собой.

    - Ой, какой поровозик! Красненький!

    - Угу, он очень гармонирует с твоим цветом глаз, полицейская.

    Виктория в шутку не врубилась и пошла искать свободное купе.

    - Полицейская!

    - Ась?

    - Что это за рюкзак?

    - Энциклопедия...

    - Какая энциклопедия?

    - Советская... Большая...

    \\\"Ой дура, ой и дура\\\" подумал вампир, вспомнив свою шутку. \\\" Её даже приколоть нормально не получается, ни фига не смешная девочка...\\\" Зайдя в купе он сел и положил ноги на противоположное сиденье. Не понимающая шуток девочка украсила декорацию гробами и Харконенном. Сев рядышком, она с умным видом погрузилась в один из томов бессмертного произведения. \\\" Надо было ей чего попроще сказать... «Войну и мир», например... Или «Каренину»... Хотя нет, ещё под поезд бросится...\\\"

    Внутрь купе бочком протиснулись трое детишек. Подавив недостойную мысль о еде, Алукард уставился на них ОЧЕНЬ пристально. Дети негромко переговаривались. Одна девчонка без умолку трещала, пацаны, рыжий и чернявый, внимали. \\\" Похожа на Инту в детстве\\\" с теплотой подумал Алукард, \\\"та тоже любила грузить всех, кто под руку попадался.\\\"

    Чилдрены приумолкли и уставились на вампира.

    - А вы новый учитель, да?

    - Ну, допустим...

    - А меня зовут Гермиона Грейнджер. Я очень хорошо учусь, я уже выучила...

    Дальше, в течение четверти часа, лился непрерывный поток информации о каких-то палочках и заклинаниях.

    Совешенно неожиданно Виктория подняла голову от книг и мрачно посмотрела на трещавшую, как отбойный молоток, ботаниху. Тут вампирша произнесла ровно одно слово, убившее наповал даже Алукарда.

    - Синхрофазотрон, - и уткнулась в книгу.

    Через полчаса ступора черноволосый решился:

    - Как Вас зовут?

    - Алукард...

    - А меня Поттер. Гарри Поттер.

    - Поздравляю, - равнодушно ответил вампир.

    Троица удивлённо переглянулась.

    Тут дверь купе открылась. За ней стоял белобрысый сопляк с надменным лицом. Рука Алукарда непроизвольно дёрнулась к Шакалу: лицо было один в один отца Андерсона и Максвелла. Два в одном, короче.

    - Кто это?- спросил белобрысый остальных с презрением.

    - Это профессор Алукард!

    Со слов \\\"профессор Алукард\\\" Виктория грохнулась на пол и взвыла. От смеха. Алукард тоже взвыл. От ужаса. Отвесив полицейской подзатыльник, он за шкирку повыкидывал всех из купе.

    - Если меня так ещё кто-нибудь так назовет, я снесу ему башку! - прорычал Алу Вике.

    - Yes, маста!

    Похоже, что чтение интеллектуальной литературы прибавило ей юмора.

     

    В двух купе от них, спрятавшись под сиденья, ехали Валлентайны. Зачем? а хрен его знает... Зачем-то...

     

    ***

    - Великий тёмный Лорд. В Хогвартс прибывает новый учитель. Говорят, он очень силён.

    - Ничего, Крыса, я уже нанял людей, что бы его убить...

    - Кто они?

    - О-о-о, профессионалы...

     

    (вот идиот, а?)

     

     

    Глава третья \\\"Распределение\\\"

     

    - Большой, однако, замок. Круче моего в Трансильвании... - сказал бывший князь грустно.

    - Да ладно, маста, может этот при-ва-ти-зи-руем, - ответила Церас, уткнувшись в книгу. \\\" Нет, она положительно умнеет! По крайней мере, появилось чувство юмора. И это за 6 часов\\\". Алукард начинал смутно догадываться, что совершил крупную ошибку.

    По инструкциям они должны были направиться в замок, что, собственно, и сделали. Алу, которого уже запарило смотреть на пыхтящую полицейскую, применил древний метод. О нём слышал только Уолтер. Большой чёрный гроб, резво перебирая ручонками, нес всё снаряжение (включая саму полицейскую). Быстро, как гигантский таракан, он летел вперёд, обгоняя кареты, запряжённые какими-то лошадьми с крыльями летучих мышей. \\\"Надо себе завести, для декору, - подумал Алукард, - \\\"такие милые зверушки\\\".

    Замок был действительно не маленький. Приехавших встретил хмырь с чёрными сальными волосами. Мина у него была крайне мрачная. Правда, после того, как он увидел гроб ( на ручках), сразу отбросил небольшой косяк. \\\" Неее, нахрен, нахрен... Тоже мне, волшебная трава! Ходят тут японцы, продают дрянь всякую,» - подумал профессор Снейп, глядя на новоприбывших.

    \\\"Кретин, голову ещё мыть можно\\\", подумал вампир.

    - Я профессор Северус Снейп, я вас провожу.

    - Ну пошли, красавчик, - пропела Виктория.

    Две совершенно ошалевших пары глаз уставились на неё. Одна пара медленно поползла вниз, разглядывая всё прилагавшееся к лицу. Другая говорила:\\\" Я сошёл с ума! Бедный Пип, она его забьёт мозгами! Ой, что будет...\\\"

    - Аааа, ээээ.... Вещи здесь оставьте...

     

    in that time....

     

    - Ян... Ян, вылезай!

    - Люк, чувак, какого $#@ мы сюда попёрлись?

    - Один мистер решил нам заплатить за разорение одного замка...

    - Е%$#ь!

    - Именно!

    - Ох, #@$%, и повеселимся!

     

    several minutes later in Hogvarts...

     

    - Это пиршественный зал. Вот ваши места...

    - А как на счёт еды?

    - ЭЭЭ, не понял...

    - Дорогуша, мы кровью питаемся. Гемоглобином, так сказать,- состроила глазки Викуся.

    - Вы вампиры?!

    - Маста, по-моему он совсем плох... Может, леди Интегра ничего им не сказала...

    - Возможно...

    Сев за стол, Алукард положил на него ноги и стал оглядываться по сторонам. Какой-то тип с длинной бородой бухтел неопределённую чушь. Через некоторое время ввели толпу детишек, поставили табуретку. На табуретку положили древнюю шляпу. Та запела. \\\" Е$%аааааааать. Нет, надо прекращать пить чай Уолтера. Говорящая шапка...\\\" подумал интеллигентный вампир. Шапочка была в мгновении от смерти: от неожиданности он её чуть не пристрелил.

    - Позвольте представить нашего нового преподавателя, - проговорил старик, - профессор Алукард!

    Далее события шли по следующему сценарию ( каждое действие через 1-4 секунды)

    1. Аплодисменты

    2. Достаётся Кассул

    3. Крик Виктории: \\\"Ложись, старый пердун!\\\"

    4. Звук передёргиваемого затвора.

    5. Фирменная улыбка

    6. Выстрел

    7. Падает простреленная вверху шляпа.

    Вся сцена заняла примерно столько времени, сколько требуется, что бы сказать: \\\"Лорд Алукард невероятно меток, а 13 миллиметровые пули крайне опасны для здоровья\\\".

    - В следующий раз первый, кто назовёт меня профессором, огребёт по полной программе! Всем понятно?- рявкнул вампирюга.

    Несколько человек вылезло из-под столов и закивало, но тут же спряталось. Ну, пир удался.

    ***

    - Нет, вы это видели?!

    - Суууупер мужик! Да он просто монстр!

    - Дааа, такое отмочить...

    - А что будет дальше....

    - Придурки, вы лучше красотку вместе с ним зацените!

     

    (Наивные...)

     

    Глава четвёртая \\\"Первое занятие\\\" (Да ну тебя! Ведь без жертв!)

     

     

     

    - Маста, это было слишком!

    - Да откуда я знал, что он получил эту хрень от Интегры! Хорошо, старикан добрый попался: всего один раз поперёк хребта крестом съездил...

    За полчаса до этого...

    После событий пира профессор Дамблдор решил провести небольшое разъяснение. Он достал красный конверт и проводил Алукарда к себе в кабинет. Обстановка кабинета не понравилась тому наличием осинового распятия метр на полтора и связки чеснока на нём. Дедушка открыл конверт. Тут Алу получил дикий стресс: со всех сторон раздался громкий крик Интегры:

    - Подчиняться! Вести себя хорошо! Никого не убивать!..

    И ещё несколько важных предупреждений. В конце профессору Дамблдору давались санкции и функции хозяина вампира до конца операции. Профессор грустно вздохнул и сказал:

    - Леди Интегра снабдила меня подробным списком на случай нарушения чего-либо. Ну, ты понял...

     

    В течении следующих двух дней вампир таки нарушил одно правило. Правда, несколько раз. Оно заключалось в стрельбе в присутствии мирного населения. Дело было так: оказалось, что картины тут говорящие. Началось всё из-за полицейской. Когда какой-то граф решил восхититься её фигурой, она с перепугу шандарахнула в стену из Харрконена. Картины загалдели. Алукард на глазах у всех расстрелял с десяток картин в лоб. Потом он сказал:

    - Картина - искусство стационарное. Так что молчать и не рыпаться.

    Так картины узнали, что лучше при нём молчать и не рыпаться. Многие сделали вывод похожего рода.

    Другое происшествие заключалось в следующем. Оказалось, в замке обитали призраки.

    - Бааа, граф Эрик!

    - АААААААААААА,- возопил призрак по имени Кровавый Барон.

    - Ну что, ничего не болит? После кола-то?

    - Ты, ты...

    - Я уже пятьсот лет, как я! На глаза не показывайся, а то доприбью.

    - Не сможешь! Я призрак!

    Вампир расхохотался. Его тело приобрело туманные очертания. Он схватил приведение за горло и двинул его мордой об стену. Потом наставил Шакал в лоб:

    - Кто-то считает, что призракам не может быть больно? Так вот: это фигня! - обратился вампир к толпе.

    Приведение возопило, так, что треснули стёкла в радиусе 20 метров: Алукард отстрелил ему палец. Тот отрос, но было больно.

    - Учти, фраер, патронов у меня много.

    Так ещё и призраки узнали, что тут лучше не спорить. Теперь уже все сделали такой вывод. Так что, когда Алу ходил по замку, на расстоянии в сотню метров всё замирало и не двигалось.

    На второе утро Гарри и Рон спустились в гостиную. Там стояла Гермиона и колотилась головой о колонну. Эффект был круче, чем от отбойного молотка: гранит летел во все стороны.

    - Что с тобой?

    - Я дура, я тупая... - бормотала Гермиона.

    - Да в чём дело?

    - Во всей библиотеке великого Хогвартса нет слова \\\"синхрофазотрон\\\"!

    - Да ладно, спросишь...

    - Где занятие?

    - В подземелье.

    - Брррр...

    Дети медленно входили в подвал. В углу, рядом с учительским столом сидела Виктория и читала книгу. Страшного учителя ещё не было.

    \\\"Нет, ну нельзя ведь не пошутить!\\\" думал тот, глядя на учеников.

    Дверь резко захлопнулась. Щёлкнул замок. Все задрожали. Сквозь потолок выпал Алукард. Оскалив зубы он двинулся на испуганных любителей знаний. Все прижались к стенке. У многих мелькнула мысль: \\\"Всё, пи$#@ц.\\\" Подойдя к детям на расстояние вытянутой руки, Алу сказал:

    - Где журнал?

    - Ннннна ссссстолле, - простучал азбукой Морзе староста.

    - А, ну тогда живите, - ещё раз улыбнулся Алукард и подумал: \\\" Съесть нельзя, так хоть до самоубийства доведу, что ли\\\". До конца года все журналы лежали на столе. И тоже не двигались.

    - Нуууу. Мы будем изучать вампиров. Кто может рассказать способы борьбы с ними?

    Все молчали. Медленно, дрожа, поднялась одинокая рука. Гермиона начала медленно рассказывать, стараясь не делать резких движений.

    - Похоже на правду, - проговорил Алукард, - перейдём к демонстрации. Виктория, к доске.

    - Yes маста.

    - Перед вами яркий представитель вампиров.

    Виктория выпятила грудь и сложила губки бантиком. Мужская половина класса сглотнула. Алукард тихо сменил обойму.

    Кланг. Бам. Тело упало. Полилась кровь. Класс замер. Несколько человек тихо тошнило.

    - Вот так надо бороться с нежитью.

    - Маста, предупреждать надо! А если инфаркт миокарда?

    - Так это ж соль!

    Как только труп начал говорить, весь класс ломанулся к дверям. Снеся оную и оставив 5-6 тел в обмороке, он разбежался. От парт остались одни щепки. В середине класса сидел какой-то толстяк и пытался закопаться в пол.

    Что интересно, ему удалось пробиться в камень на пол метра, прежде чем он понял, что двери нет.

    - А чего это они, маста?

    - Может, больные... В следующий раз приведу гробик... Покажем среду обитания.

    Братья Валентайны выжидали. Снейп придумывал, как без вреда для здоровья свергнуть злого препода. Многие ученики думали о том же... И никто из всех кретинов не знал, что Алукард может читать мысли....

    ***

     

    Осторожно! В главе используются элементы растаманских сказок! (Ну плагиат, и чего?)

     

    - Надо пойти и проверить, что там и как...

    - Люююк, братан, нафиг... Пошли всех там пребьём.

    - Мало ли...

    - Да мы там всех порвём!

    - Ну ладно, пошли.

     

     

    Глава пятая \\\"Ночное приключение\\\" (громкий демонический смех)

     

    - Ладно, полицейская, надо патрулировать этот замок...

    - Зачем, маста? Пошли по спаленкам прошвырнёмся...

    - Это мазохизм! Нельзя смотреть на еду и не надкусить! Надо срочно достать пожрать...

    - Ладно, проверить замок надо ведь. Мало ли кто тут ходит...

    - Пошли...

     

     

    in that time...

     

    - Надо пробраться в библиотеку и узнать, что такое синхрофазотрон!

    - Зачем, Гермиона, мы же не при делах...

    - Идиоты, это очень важно!

    - Ладно, схожу за мантией невидимкой...

    - Сбор здесь в 1.00!

     

    - Что, устал сидеть взаперти... Бедняжка... Поди погуляй, тока чур никого не трогать!

    Гроб завилял задней рукой и радостно ломанулся бродить по замку. Алукард проверил пистолеты и пошёл патрулировать замок. Виктория, взяв Харрконен наперевес, бодрым шагом отправилась проверять периметр. Она видела деревеньку поблизости и решила туда заскочить под утро.

    Трое раздолбаев медленно крались по направлению к библиотеке. Братья Валлентайны просто крались. Алукард крался со строго определённой целью.

    Профессор Снейп гулял по ночному замку с косяком в зубах. Его совсем не вставляло. В последнее время он был не в себе. Чёртов вампир злил и пугал. Неожиданно за спиной раздалось тихое пошлёпывание. Обернувшись, Снейп никого не увидел.

    Тихо-тихо гроб крался по потолку. Он не курил уже больше полувека...

    Рука легла на плечо... Северус обернулся. Над ним возвышался двухметровый гроб. С руками. Тут он отобрал у Снейпа косяк, вставил в щель и, пыхнув, убежал. Профессор с полчаса стоял на месте и не втыкал в произошедшее. Наконец, он пошёл к себе. В кабинете лежал ещё кропалик. Сев, Северус грустно закурил. Из под шкафа вылезла красноглазая мыша.

    - Чего, плохо тебе, родимый?

    - Не то слово... Вампир этот место моё занял...

    - Так изведи гада!

    - А как?

    - А вот как...

     

    На подходе к библиотеке дети столкнулись с двумя типами.

    - Слышь, братан, тут кто-то есть...

    - Да, я тоже чую...

    Пройдя на запах, Люк быстро сдёрнул плащ.

    - Гы-гы-гы! Еда! - возопил Ян.

    Вампиры стали медленно приближаться.

    - А чего это вы здесь делаете? - раздался голос. Позади стояла Виктория. Ствол Харрконнена нежно упирался в затылок Яна.

    - Тыыыы? Значит здесь ещё и...

    - Вай, какой догадливый пионер! - сказал Алукард, выходя из стены. Слово \\\"пионер\\\" он услышал ещё во вторую Мировую.

    - Люк, нам пи$#@ц!

    - Воистину пи$#@ц! - подтвердил радостный вампирохантер, - даю 30 секунд!

    Удаляющийся топот...

    - Зашибись! Еда освободилась!

    - Угу, свалим всё на этих урок!

    - Запомните, дети, нарушение дисциплины крайне опасно для здоровья!

    - ААААААА, всех порву! - возопил появившийся из ниоткуда Снейп. Поудобней перехватив украденный крест (метр на полтора), он ринулся на Алукарда. Телепортировавшись за спину агрессора, Алу выстрелил.

    - Блин, я обойму с солью сменить, забыл! Не сдохнет ведь!

    - Да ладно, зато сидеть не сможет...

    - А эти где?

    - Сбежали...

    - Повезло паршивцам...

    - Маста, зацените, что я купила!

    - Что это?

    - Леденцы со вкусом крови! Такая прелесть!

    - ММмммм вкусно...

     

     

    Следующее утро...

     

    - Садитесь, профессор!

    -Да нет, я стоя поем....

    ***

    - Проф... То есть, господин Алукард сообщил мне о том, что вы нарушили правила.

    - Да он нас сам чуть не съел!

    - Наказание! Без разговоров!

    - Да, профессор Макгоннагал!

    - Раз так любите приключения, отправитесь в Запретный Лес...

    - Неееееет....

     

     

    Глава шестая \\\" Лес\\\" (По грибы пойду!)

     

    Алукард снова скучал. Делать было нечего. Ученики почти поголовно не хотели идти на занятие. Директор так и не смог их уговорить. \\\"А такое развлечение наклёвывалось... Жалко... Правда, гробик чего-то накурился. Чего он к совам полез? Два часа потом перьями плевался! И ведь с десяток сожрал и не подавился! Ох, как жрать хоцца!\\\" Одолеваемый всеми этими мировыми думами, вампир тихо чистил пистолеты. Всё-таки такое развлечение бывает редко, поэтому надо было оторваться на всю катушку. Но раз день, надо идти спать.

    Снейп никак не мог отойти после ночи. И после соли тоже. Мадам Помфри убила целый час на лечение. Да ещё трава кончилась. Но, наверное, это к лучшему... Собрав всю доступную литературу, професор начал искать способ избавиться от ненавистного монстра. В итоге он пришёл к выводу, что лучше всего вытащить того на свет. А с подружкой надо налаживать отношения, хоть и красноглазая...

    Виктория искала способ поесть. Кушать хотелось очень. Ещё недельку можно потерпеть, но дальше... Леденцы, правда, помогали, но слабо. Тихо войдя в лазарет, вампирша спросила:

    - Кровушки нема?

    Медсестра вздрогнула и отползла на пару шагов.

    - Есть элликсир, крововосстанавливающий,- запинаясь ответила она.

    - Давай!

    Получив вожделенную бутыль, Вика поспешила отвалить в подземелье. Предлагать хозяину она не стала: вдруг не то, решила испытать на себе. Выпив пару глотков она взвыла: эликсир пробирал до костей. Насыщения не было... Зато ощущения были премерзкие.

    - Мааааста, спааасите!

    - Чего тебе?

    - Я тут выпила...

    - Дура, он для живых! Ох тебя счас и сплющит!

    Бам. Тело упало на пол. Виктория вырубилась...

    - Повезло... Я вчера себя в зеркале искать пытался... Потом видел Артура... Лучше я поголодаю...

     

     

    several hours later... evening...

     

    - Маста, а почему мы должны искать в лесу?

    - Я думаю, там можно найти, что-нибудь полезное...

    - А детей нам в помощь зачем дали? Как паёк?

    - Может быть... Тока они об этом ещё не знают!

     

    В кабинете проф. Макгоннагал:

    - Вы пойдёте с новым учителем!

    - За чтоооооооо?

    - Мы умрём! Мы обречены! - скандировал Рон.

    - Сами виноваты! На выход!

     

    Лес приближался. На опушке маячила фигура вампира и его помощницы. Нарушителей правил трясло.

    - О, консервы подошли! - воскликнула Виктория.

    Дружный обморок. Через полчаса все вошли в лес.

    - Гггоссподин Аллукардд...

    - Ась?

    - А вввы знаете Того-Кого-Нельзя-Называть?

    - Того-кого-куда-чего?! Это кто?! - удивился вампир.

    - Величайший чёрный маг! Вольдеморт!

    - Ню-ню... Встречу, познакомлюсь...

    Дети переглянулись. Проходив по лесу полтора часа, они наткнулись на то, что давно искал Алукард. На гулей.

    - Итак преступим к практическому занятию, - возвестил вампир, показывая на приближающиеся тела, - уничтожьте их!

    Повыкрикивав какие-то заклятья, все попрятались. Трупам было как-то полосато на все эти вспышечки. Алукард перебил всех. Попробовав чью-то ногу (дружный обморок), он сказал полицейской:

    - Не, не свежие.

    В итоге выяснилось, что в лесу полно живности. Теперь по вечерам из леса доносились крики, визги и громкий, развесёлый мат. Алукард возвращался под утро. Без патронов, зато довоооооольныыыый. Лесник, качавший права в защиту зверушек, был взят за компанию. Постреляв из Харрконена, он прослезился и сказал, что был не прав. С того вечера развесёлый мат был слышен в два голоса.

    ***

    Маста!

    - Чего?

    - А что, собственно, произошло?

    - Не помню...

    - А почему все так напуганы?

    - Тоже не помню...

     

     

    Глава седьмая \\\"Поохотились\\\" ( И всё-таки, что произошло?)

     

    Всё было плохо. Всё было просто ужасно. Есть было нечего. Прошло уже полтора месяца, с тех пор как Виктория и Алукард ели последний раз. По замку они ходили исключительно злые. Точнее, злой была Вика, которая плотоядно косилась по сторонам. Глаза от голодных судорог светились, как проблесковые маячки. По вечерам, когда темнело, народ просто падал от этих спецэффектов. Лорд Алукард, когда не сидел в подвале, бродил по замку. Тут всё было гораздо жёстче... Он держал на лице широкую (более широкую, чем обычно) улыбку и старался незаметно подкрасться к кому-нибудь со спины. Разумеется, это получалось всегда. Зажав первого попавшегося в угол, он нависал над ним и тихо сопел. После 14 человек, отправленных в лазарет с истерикой, нервным тиком, обмороками и попытками перегрызть себе горло, директор пригрозил чесноком (правда, неубедительно) и заставил вампира прекратить эти выходки.

    Лесник, который на радостях перестрелял кучу зверья, был отправлен в какую-то больницу. Так пропал единственный нормальный кореш Алу. Да и патронов оставалось мало. Короче, скука и голодуха. Вампир потихоньку зверел. Внешне это было незаметно. Но это накапливалось. И вот это произошло...

    Началось всё в тот день, когда на глаза прославленному убийце всея Англии попался некто Пивз. Местная сучность. Эта тварь гадила просто всем. Её оч-чень не любили. Но некая осторожность не позволяла полтергейсту приближаться к вампиру. Одну ошибку допустило это существо. Оно напало на Викторию... Та, конечно, справилась бы сама, но Алу оказался близко... Погонявшись за назойливой тварью, он таки поймал её. Прочтя лекцию о вежливости и этикете, вампир отстрелил полтергейсту 3/4 конечностей. Оставив одну ногу, выкинул его подальше. Для юмора запаковал бандеролью и отправил Интегре. Что бы тварь не смылась, заколдовал до Лондона. Местный дворецкий был в таком истерическом восторге, что притащил им с Викой бутыль крови. Огромной ошибкой было, то, что кровь была драконьей. Нет, она очень понравилась вампирам. Только действовала она странно.

     

    next morning....

     

    Алукард с трудом разлепил глаза. Голова раскалывалась. Пошевелившись, он понял, что на нём кто-то лежит. Присмотревшись, он понял, что это полицейская. Ужасу не было предела. Она была абсолютно голой. Они были за руку связаны галстуком Алукарда. Он тоже был без одежды. Самое страшное, он ничего не помнил. Вообще. Быстренько отрастив одежду, он перетащил полицейскую в её гроб. Оглядевшись, он определил обстановку. Гроб лежал кверху лапками и тихо попискивал. Нужна была масштабная разведка.

    В замке царила глухая тишина. То есть, абсолютная. Кошка Филча при виде вампира с разбегу ударилась об стену два раза, прежде чем убежала. Что-то было явно не так...

    Первый попавшийся препод мужественно выпрыгнул в окно. Он не сказал ни слова. Да Алукард даже спросить не успел. Местами он видел масштабные разрушения. Вплоть до дырок навылет в четыре стены. Тихо офигевая, он продолжал поиск хоть чего-нибудь живого. Наконец, он увидел дворецкого, тихо дрожащего в углу. Тому явно начистили морду и отправили на съедение. Взяв несчастного за грудки, Алу тихо спросил:

    - И чё здесь произошло?

    Поведанная история превзошла все допустимые фантазии.

    Кровушка подействовала на них, как шампанское с водкой на школьниц. То есть, убийственно. Ко всему прочему, вампиры скормили остатки гробу. Началось всё просто. Выйдя из подвала и, распевая песни во славу Хеллсинга, они пошли \\\"гулять\\\". Размахивая оружием, они отлавливали всё, что двигалось... А что не двигалось, из-за обморока, пинали и отлавливали. Поставив к стенке штук двадцать детей, трёх преподавателей и одну кошку, Алукард скомандовал:

    - Всех расстрелять...

    - Yes, маста,- пробормотала Виктория. Порядочно набравшись, она никак не могла попасть. Алукард тоже не мог. Через 31 секунду они дружно плюнули (так и не попав) и ушли. Через полчаса все сумели выкопаться из каменного крошева и поползли кто куда.

    К великому горю, их таки заметили.

    - Фас!- азартно возопил вампир.

     

     

    Приказ был в общем-то к гробу, который, слегка пошатываясь, рванул за несчастными. Виктория, проклиная хозяина такими словами, что она сама-то и не знала, тоже побежала ловить всё живое. Побесившись по замку, вампиры перешли на деревню поблизости. Тут они оторвались на всю катушку. Итог: деревни не было. Совсем. Осталось чистое поле и грязная вода.

    Пока вампир узнавал все происшествия прошлой ночи и благодарил Филча за подарок, Снейп решил пробраться к Виктории. Он правда не был готов к хентайной сцене в виде голой девушки, мирно сопевшей в гробике. Тут Виктория проснулась. Осознав в каком она виде и углядев типично порозовевшего Снейпа, она пришла в ярость. Будучи в чём Алукард оставил, она рванула бить морду предполагаемому оскорбителю. Когда вошёл вампир, он застал потрясающую сцену: Вика размахивая... ммммм, руками зверски пинала учителя зельеварения. Отобрав у озверевшей полицейской человека, Алу, вошедший в роль препода, прочитал лекцию о вреде насилия...

    В течение недели все отходили от происшедшего. В итоге 48 человек отправили в больницу. Ничего пошалили, короче.

    -Уолтер! Что это за тварь?

    - Не знаю, сэр!

    - Убить!

    - Хорошо!

    - Этот долбаный вампир покалечил тамошнего дворецкого...

    - Не надо! Пожаааалуста...

    - Надо, Уолтер.

    ***

    - Отец Андерсон!

    - Да, Максвелл...

    - В пристанище еретиков, в Англии, проклятый Хеллсинг развращает детские умы! Алукард стал УЧИТЕЛЕМ!

    - Я спасу детей!

    -Ты тоже будешь преподавать! Ты должен доказать, что истинная вера сильнее! Да прибудет с тобой Сила! Чё я несу... Аминь!

     

     

    Глава восьмая \\\"Здравствуйте, это я...\\\" (Ааа, паршивый проповедник!)

     

    - Уолтер! вы должны отправиться туда! Вы должны заменить тамошнего дворецкого! Точнее он смотритель, но какая разница... И отвезите назад ЭТО!

    - Будет сделано, леди Интегра, - грустно вздохнул Уолтер.

    Экс-шингами искренне расстроился, когда узнал, куда ехать. Он, правда, не догадывался, как там развлекаются вампиры. Сжалившись, он прихватил с собой холодильничек с кровью и патронов для Алукарда. Запаковав контуженного полтергейста в ящик (Пивз причитал и говорил, что исправиться), Уолтер отправился в замок...

     

    Отец Андерсон, подгоняемый жаждой проповеди и битвы летел туда же... Он хотел показать проклятому демону, что того можно одолеть не только мечом, но и верой. Собрав всё железное, острое, и по совместительству освящённое, что нашёл, он выехал...По плану он должен был работать каким-то лесником...

     

    Уолтера вампиры встречали, как Мессию. Получив вожделенную пищу и боеприпасы, они мало что на руках прибывшего не носили. Дворецкий был польщён. Сюрпризы для него начались в замке. То, что народ шугался вампиров, он понять мог легко, но то, что при виде скромного дворецкого дети разбегались с криками:

    - Спасайтесь, ещё один! - он не понимал.

    По прибытии в замок он получил инструкции и понял, что ему предстоит простейшая работа, никакой физкультуры, одно наблюдение. В итоге оказалось, что он может вообще ничего не делать: всё связанное с Алукардом здесь воспринималось, как проклятье с небес, с которым нельзя спорить, можно только принять.

    Андерсон прибыл на два часа сорок минут позже Уолтера. Вампиров он не встретил. Зато дети его очень радовали, он их так любил. Отправившись в хижину, он понял, что та абсолютно такая же, как его келья. Даже кровать по росту.

    Следующиий день он встретил свой первый класс. Сбылась мечта. Он учитель... Сначала дети дрожали, но после часовой молитвы и проповеди все спали.

    - Ааа, отец Александр Андерсон!

    - Проклятый демон!

    - Ну я, и что?

    - Ты совращаешь детские умы, это страшное преступление! Умри!

    - Опяяяять...

    Начался зверский баттл. Народ вполне резво делал ставки. Предпочтение было на стороне Андерсона. Правда, когда Алукард отрастил голову, мнение переменилось. Вика, уже уставшая от постоянного мордобоя, решила прервать сей милый междусобойчик. Выбрав момент, она подкралась к Андерсону и похлопала по плечу. Он со словами \\\"Да, дитя моё\\\" обернулся. Он увидел как приклад Харрконена рассекает лесной воздух. Двинув святого отца поперёк лица, Вика схватила его, прижала к стене и, подтянувшись, поцеловала в засос. То что все прифигели, это слабо сказано. Алукард выстрелил себе в голову. Убедившись, что не спит, он решил уйти. Оставив Андерсона хлопать глазами, полицейская ретировалась.

    - Ты с ума сошла!

    - Да нет, маста, я его с ума сведу!

    Девушка не шутила. \\\"А ведь сможет\\\",- подумал вампир.

    ***

    - Он нарушил правила, сэр...

    - Но так-то зачем?!

    - Нуууу... Никто ничего не сказал, я и действовал по инструкциям господина Филча...

    - Отцепите ребёнка от стены и развяжите.

     

    Глава девятая \\\"Психоз (массовый)\\\" (Профессор, профессор... Слезайте со стены...)

     

     

    Примерно полдня Андерсон ходил чрезвычайно задумчивый. Хотя нет, не задумчивый... Скорее, он был в глухом ступоре. Тыкаясь в стены и в во всё, что попадалось на его пути (всё ниже 120см и легче 40кг, включая детей и профессора Флитвика, он просто перешагивал или стаптывал). Поцелуй Вики почти убил его. Через некоторое время он столкнулся с человеком, бывшем в ещё более убитом состоянии, нежели он сам. Это был проф. Снейп. Помимо множественных переломов, он получил неизгладимую психическую травму. Согласитесь, не каждый день вас пинает обнажённая девушка и при этом кроет матом так, что в... ушах свербит. Ко всему прочему, его терзали страшные кошмары, в которых основными персонажами были он и дикий гроб. Ситуации были столь жуткие и неповторимые, что тут ему успокоительное уже не помогало. И молоко на ночь тоже... Хуже было то, что гроб стал мерещиться ещё и днём. Эта зараза, тихо пошлёпывая, бродила за ним по пятам. На самом деле это Алукард хотел довести несчастного до полного и перманентного безумия. И весьма преуспел в этой области. Снейп большей частью нервно бормотал и испуганно оглядывался.

    Также гробику страшно понравились совы. Он просто пёрся с них. В нём, кроме мёртвых Алукарда, патронов Алукарда, крови для Алукарда и прочех мелочей, были различные ключи. Когда Снейп решил послать письмо в больницу, он застал следующую сцену: гроб, тихо насвистывая (ЧЕМ?), подбирал ключи к совяльне (ту стали закрывать на ночь). Рядом стояла зелёная, красноглазая мышь и что-то уверенно втирала гробу. На самом деле, это была вампиризированная фрик-мышь времён Второй Мировой (Док очень плакал, когда она потерялась). Алукард сам не ведал, что у него живёт. Открыв совяльню, многоручка принялся хрумкать вожделенными пернатыми. Ничего, такая ночная закусочка получилась... После этого Снейп даже говорить не мог. Появился первый кандидат на самоликвидацию.

     

    - Уолтер...

    - Да, лорд Алукард

    - Слушай, почему тебя так все боятся? Нет, ладно я, полицейская, но ты?!

    - Мммм, не знаю... Вроде не сделал ничего...

     

    Ученики это \\\"ничего\\\" соотносили со смертью. Увешанный пакетами с кровью и несколькими десятками обойм с патронами, Уолтер как-то слааабо ассоциировался с чем-либо добрым. Увидев, как он передал это всё вампирам, немало народу заказало места в лазарете. Ещё человек 20 поспешил составить завещания. Попытка отомстить дворецкому закончилось потерей большого объёма волосяного покрова на различных участках тела (правда, без жертв), а также большей части одежды. Юмор у Уолтера был своеобразный.

    Короче, народ в замке начинал потихоньку съезжать с катушек. Ходовым товаром стал алкоголь в любых проявлениях. Это спасало от страха. Однако добавляло борзости...

    13 человек, крепко надравшись, решили повоевать с жуткими монстрами. В отсутствии Алукарда (тот о чём-то говорил с Уолтером), они решили отыграться на нежной девушке Виктории... Сопровождая свой крестовый поход похабными песенками, семикурсники искали вампиршу. На запах перегара из подвала выполз гроб. И мышь.

    - Эй, красотка, а ну...

    - Ой, мальчики, какие вы кавайные...

    - Счас мы тебя свяжем и вы... пообщаемся!

    - Ой, правда?!

    Толпа кретинов стала окружать девушку. Неожиданно раздался громкий мат. В середину строя характерной походкой вошла та самая мышь. Народ дико припух. Наповал.

    - Сдать алкоголь, курево! Всех порешу! - прокричала мыша густым басом.

    Вика, впервые видевшая подобного зверька спросила:

    - А ты кто?

    - Ёжик в кимоно!

    Пока народ анализировал ситуацию, подтянулся гроб. Он говорить не умел. Зато умел действовать. Раскидав алкоголиков-недоучек, он схватил остатки виски в бутылке, мышь, Викторию и сбежал.

    \\\"Мечта женщины! На все руки мастер и молчит!\\\" - восхищалась про себя полицейская.

    ***

    - Во имя отца, и сына, и святого....

    - Простите, профессор Андерсон..

    - Да, дит... Кто?!

    - Профессор... Ой, нет, нет, уберите этот нож!

    - Ересь!

     

     

    Глава десятая \\\"Перед праздником\\\" (Патроны ищи!)

     

    - Господи, я всю жизнь посветил тебе... Я не смотрю на женщин, Господи... Я больше не грешу с ними. Но доколе, Господи? Блин, может мне уже можно, а? - молился Андерсон. Он действительно не мог думать ни о чём, кроме Виктории. Он с ума сходил (довела-таки, зараза) по ней. Другое дело, в нём горело желание уничтожать нежить. Получался такой вот душевный конфликт. Однако, любовь сильно выиграла, когда директор экспроприировал все штыки, под предлогом опасности для детей. Дети святы, пришлось отдать. У Алукарда тоже отняли пистолеты. Но под предлогом операции серебряным скальпелем с анестезией святой водой. А так как при всём желании, пристукнуть назойливого старикашку Алукард пока не мог, пистолеты перекочевали в кабинет Дамблдора. Два любителя деструкции грустили... Один точил попадавшиеся под руки иголки, ножницы и вилки, тут же читая над ними молитву. Другой со словами \\\"умри тварь\\\" давил мух, и тараканов. Уже шла разработка рогатки... Сильно расстроил проф. Снейп. Оказалось, это он стуканул по поводу пистолетов.

    Теперь при оружии оставались Виктория и Уолтер. Первая не отдавала ствол, отмазываясь тем, что хрупкой девушке он нужен для самообороны. А наличие чего-либо у Уолтера просто никто не мог доказать. Наступило временное затишье.

    Вика смастерила чудный поводок для гроба. Это значительно упростило её задачу. Гроб, как никто иной, находил что угодно и кого угодно. Теперь, стоило человеку выйти из спальни в неурочное время, как рядом появлялась наша блюстительница порядка и, сдерживая рычащего питомца, загоняла всех по нарам. Включая учителей, призраков, кошку и тараканов.

    В последнее время Алукард и Андерсон вели себя странно тихо. Отсутствие оружия обычно не мешало им выяснять отношения, но тут они здоровались и мирно расходились. А дело было вот в чём...

    - Мерзкий монстр!

    - Ублюдок!

    Короче, слово за слово, пальцы веером... Стандартный диалог никак не переходил в драку, так как Алукард по привычке шарил руками в поисках чего-нибудь крупноколибернго и огнестрельного, а святой отец в поисках чего-нибудь острого и не менее освящённого. Когда извечные враги были готовы сойтись в рукопашной, Андерсон вдруг спросил:

    - А у Виктории парень есть?!

    Алу, конечно с такой темы удивился, но ответил:

    - Да нет вроде... Ну, Пип там пристаёт, а так ничего...

    - То есть, нету...

    - Ещё здесь кретин к ней один приставал... Голой её видел...- ответил вампир. Он уже прочёл мысли святоши и решил добить Снейпа насовсем. Просто не нравился он ему.

    - Да как он мог! На святую женщину!

    - Девушку,- поправил Алукард. Он правда слегка сомневался в этом, после того, как они повеселились.

    - Тем более!

    Отловив Снейпа, и крайне эффективно объяснив ему несколько заповедей, Андерсон немного успокоился. Вспомнив, что Алукард - хозяин Виктории, он стал намного вежливей. Полная идиллия. Если бы не...

    - Ну где там ещё детали, а? - бухтела мышь.

    Гроб самозабвенно копался внутри себя, вытаскивая части различных пулемётов-автоматов. На полу лежали в собранном виде два ППШ, шмайсер и пулемёт Максим. Рядышком дособирался старенький Томпсон. Из тех времён, когда Алукард был маленькой девочкой.

    - Скоро Хеллоуин! Надо Алику оружие сделать, он попросил! Чёрт, нахрена ему это всё? - продолжал недоумевать кровожадный грызун - Ведь что-то задумал, и без меня! Ну да, он про меня не знает, он тебя просил...

    Гроб, разумеется, молчал. Мышь бухтела в одиночестве.

    Снейп постепенно приходил в себя после внушения, сделанного священником. Найдя лошадиную дозу галоперидола, он, наконец, снова начал осознавать мир и действовать. REVENGE... (интересно получится ли? )

     

    ***

    Глава одиннадцатая " ХЕЛЛоуин" ( А что это за девочка?)

     

    Близился праздник. Все ждали чего-то особенного. Собственно, уже две недели, как в замке никто не свихнулся и не попал в лазарет. Алукард крайне редко выходил из подвала. Андерсон бродил за Викторией. Та нагло строила глазки Снейпу. Тот, в свою очередь, скалился в ответ. Скалился до тех пор, пока не получил от святого батюшки поперёк морды шваброй, позаимствованной у удивлённого Уолтера. С тех пор он всё равно скалился, но некоторое время гораздо менее зубасто. Он наконец выяснил, что гроб - это суровая реальность, а не глюк, и ему сильно полегчало. Он продолжал вынашивать злобный план по убийству вампира. Тот об этом знал, но ему было совершенно полосато. Он к празднику готовился.

    - Святой отец, вы же священник! Вам нельзя приставать к женщинам!

    - Но Виктория...

    - Слышь, хмырь, отстань от девушки! - вылезла откуда-то мышь,- ты тут полегче на поворотах!

    Андерсон, разумеется, отпал с говорящей мыши. Такое проклятье он видел впервые. Виктория тем временем тихо ретировалась.

    - Ты кто?

    - Глюк от Хирано!

    - Кого?!

    - Не вникай...- и, оставив Сашка стоять и пялиться на пол, скрылась в стене.

    "Брр! Такое привидится в этом богопротивном месте..."

    Гарри Поттер и его дружная компания тем временем обсуждала....

    - Он несомненно послан Тем-Кого-Нельзя-Называть!

    - Почему? Ну красноглазый, ну кровь пьёт, ну довёл трёх человек до суицида... Это же не повод для подозрений! Да, он конечно слегка странный...

    - Да он тебя убьёт наверняка!

    - Да, Гарри, он слегка чокнутый, он даже не удивился тебе.

    - Поживём увидим!

    - Нет, он пожуёт, и ты уже ничего не увидишь!

    Подготовка к празднику продолжалась... Все суетились, запасались защитными амулетами, бронниками и алкоголем для храбрости... Все при деле...

     

    тем временем

     

    - Вот и Хогвартс! Мы проникнем внутрь и всех убьём!

    - Слушайте, а почему всё-таки те двое ничего не сделали?

    - Ааааа... Маглы, чё с них взять! Магия круче!

    - Это да!

     

    Следующий день, празднования Дня Всех Святых...

    - Его нет!

    - Какое счастье!

    - Да, мы спасены, он не пришёл!

    - Почему, интересно...

    На празднике действительно не было Алукарда. Но вот остальные отрывались по полной...

    Отец Андерсон чинно ходил по залу, благославляя всё живое и не очень... Он был весь в белом. Уолтер, тоже аккуратно одетый, спокойно кушал. Фурор произвела Виктория. Для начала она одела чёрное платье со значительным декольте. Мужская половина просто валялась. Однако все хором перестали валяться, когда увидели приложение к Вике. Она где-то раздобыла синюю ленточку... На другом конце импровизированного поводка был гроб. Весь такой начищенный и блестящий. Прелесть, короче... На нем восседала мышь. Эта была мрачной, как туча... ну, очень маленькая тучка. Виной этому служил траурно чёрный бантик на шее. Вся эта процессия важно дефилировала по залу. Большая часть народонаселения при виде всего вышеперечисленного застыла в немом ужасе... Фурор удался... Через полчаса, когда все пришли в себя, а директор толкнул речь, всё вроде стало спокойно... Самое время...

    Двери в зал со скрипом открылись. Все в ужасе замерли. Некоторые рефлекторно бросились под стол. Наступила тишина. Неожиданно громко звякнула выпавшая из рук Уолтера вилка. Все вздрогнули. Однако ничего страшного не случилось. На пороге стояла кавайнейшая девочка в белой одежде и шапочке. Чудо, одним словом...

    Во всёй этой тиши раздался негромкий мат. Это материлась мышь, которая свалилась с весело подскочившего гроба.

    Разговоры восстановились сами собой, все расслабились. Девочка подошла к Уолтеру.

    - Ну что, молодой человек, не подарите девушке танец?

    - С удовольствием леди!

     

     

    several minutes later

     

    - Смотрите, Снейп куда-то пошёл!

    - Надо проследить!

    Трое придуков вновь ломанулись искать приключений. Снейп тем временем приближался к кабинету директора. Покряхтывая, он с натугой взял Шакал и потащил его куда-то.

    Тем временем дети столкнулись в коридоре с пятью типами.

    - Ааа, Гарри Поттер, собственной персоной! Сам пришёл на смерть!

    Дети тихо пятились назад. В принципе им пришёл конец. К сожалению...

    - А что здесь происходит?

    Убийцы обернулись. Позади них стояла девчонка в белой шапочке.

    - Тебя, соплячка, мы тоже прибьём!

    У ребёнка медленно появилась улыбка на лице. Все вздрогнули. Столь же медленно она подняла руку и щёлкнула пальцами. Преследователи снова вздрогнули. Она показала им за спину. Там никого не было. Они снова обернулись. Девочка была на месте, но не одна. Гордо стоя на многоногом гробу, она держала в руках Томпсон.

    - Вот такой финт ушами! - заявила она.

    Они начали выкрикивать какие-то непонятные слова. Полетели разноцветные лучи. После продолжительной канонады девочка опустила пистолет-пулемёт и изумлённо спросила:

    - Что вы сказали, не поняла? Ну ладно...

    Передёрнув затвор она пристрелила одного.

    - Так, теперь подробно, вы кто?

    - МММы Пожиратели Смерти!

    - Ааааа! Ну, считайте вы подавились! Насмерть!

    Перестреляв остаток, Алукард стал собой. Ласково погладил старый ствол и положил его в гроб. Трупики он сложил туда же. Для коллекции...

     

    ***

    - Шредингер! Стройся!

    - Ась? Чего?

    - Ничего! Задание!

    - Куда, лейтенант?

    - Куда надо!

     

    Глава двенадцатая "Новичок" (Ой, какие ушки!)

     

    Оборотень чувствовал, что крепко попал. Причём не просто крепко, а по самые кончики своих ушей. Он, разумеется, любил задания, но ехать в компанию Алукарда, а тем более Андерсона, отличавшегося редкой нелюбовью к представителям доброго семейства вервольфов, он сильно не хотел. Но партия сказала надо, значит надо. Кошкообразное уже знало о судьбе раздолбаев Валлентайнов. На его вкус, они были не очень круты. Надо развлекаться самостоятельно. Шреду насильно вручили Маузер и во славу Рейха послали в долбаный замок. Весь Миллениум вздохнул свободно. И навесные замки с холодильников тоже сняли.

    Неприятности у Шреда начались за километр до замка. По неизвестной причине, он не мог переместиться ближе. Пришлось пилить пешком. Кстати, он и сам не знал, что здесь делают Хеллсинг и Искариот, а теперь и Миллениум В его скромном лице. Увидев место дислокации вблизи, он обрадовался: тут такое можно наворотить... Причесав ушки, чтоб не очень торчали, Шред отправился в замок. Туда его записали по обмену. Откуда обмен, никто не сказал. Наивные бюрократы приписали вервольфа к преподавателю Тёмных Искусств. Шред не знал, кто это. Его не хотели расстраивать. Прописавшись у директора и незаметно подпилив коготками стол, он направился непосредственно на место жительства. Первое, что ему не понравилось – это два гроба уютно устроенных у стен. А второе...

    - Кого я вижу!

    От этого баса у Шреда шерсть встала дыбом. На ушах. Поборов сильное желание вскарабкаться на потолок, он, вжав голову в плечи, обернулся. На полу стояла крупная зелёная мышь с красными глазами. При этом она профессионально улыбалась, показывая длинные клыки (у кого научилась?). Шред таки вскарабкался повыше. Эту сволочь он помнил ещё с тех пор, когда был белым и пушистым. Док держал этого монстра в клетке с прутьями из титана в дюйм толщиной. Первая попытка скушать грызуна окончилась потерей самих ушей и головы, к ним прилагавшейся. Ворчливая тварь была крайне мстительна.

    - Так, и чё ты тут делаешь? Счас хвост знаешь куда навинчу?

    - А я чего, я ничего, я нечаянно! - пискнул Шредингер.

    - Я же тебя предупредил, ещё шестьдесят лет назад, чтоб ты мне на глаза не попадался. Неужели так трудно запомнить?

    Шред с воплем вытащил пистолет и открыл огонь. Мышь исчезла в полу. Оборотня вдруг что-то схватило за шкирку. Раздался довольный голос проклятого грызуна:

    - Ну, чей котёнок обоссался? Колись, кто и зачем тебя сюда послал!

    "Котёнок" выгнул шею и посмотрел за спину. К его ужасу, там стоял гроб и довольно крепко держал Шреда. Поняв, что дело труба, оборотень решил смыться. Тут его постигла страшная измена: не получилось. Перемещаться в замке нельзя (по идее, тут должна высунуться Гермиона и сказать "А ведь я предупреждала, что в Хогвартсе трансгрессировать нельзя!", но нафиг). В этот момент вошёл Алукард. Шредингер возопил:

    - Аааааа! Дяденька Алукард, не бейте меня! Я нечаянно!

    Алу молча выхватил оборотня у гроба, вышел в коридор и отвесил крепкого пинка. Пролетая мимо классов, тот счастливо думал, как прекрасно жить. Алу не грохнул сие назойливое существо исключительно потому, что патронов у него было мало, а скоро ещё Рождество. Надо было срочно что-то делать к празднику №2 в этом учебном году.

    Тем временем Шред решил прописаться где-нибудь в другом месте, подальше от всего этого ужаса. Он и сам любил устраивать хаос, но не на себе, а кому-нибудь ещё...

    За два дня хитрец узнал, что оружия у главных вершителей правосудия (Алукарда и Андерсона) больше нет, и понял, что его время настало. Было у него опасение по поводу зубастой мышки, но тут уж ничего не поделаешь. А то скучно...

    [imperiumЪ TeamЪ]Space Wolf - Long Fang [Истинный HellsingЪ][Гонзовский HellsingЪ]teams
  • Цитата

    00:00.Подъём.

    Звонит мой персональный будильник, стуча по моему гробу. Я уже проснулся и резко

    откидываю крышку, удачно припечатав его. Уолтер уходит будить Викторию, думаю он

    отомстит мне за завтраком...

    00:04.Утренний туалет.

    Используя одну из спёртых у Уолтера лесок, чищу клыки.Широко улыбаюсь себе в

    зеркало: "Блин какой же я всё-таки симпатяга." Покрасовавшись перед зеркалом,

    иду одеваться.

    В темпе пожарников натягиваем брюки. Так, это рукав, а не ворот. Черт, даже

    позавтракать не успею! Хотя холодильник наверное все равно пустой... после

    вчерашнего! Эх, какой вчера кутеж был! Что к концу было - половина народу не

    знает, я в их числе.

    Ага, Уолтер опять не погладил мой любимый красный плащ и не почистил шляпу! Хотя

    в шкафу их висит ещё штук десять, всё равно не понимаю, зачем Интегра держит

    Уолтера, если он ничего полезного не делает?

    00:16.Завтрак.

    -Ваш завтрак, лорд Алукард.-ой не нравится мне его улыбочка.

    Ага,вышло всё как я и думал. Уолтер вместо донорской крови налил мне в тарелку

    борща.Вот козёл.

    -Доброе утро.

    За стол садится хмурая и невыспавшаяся Виктория (Слишком поздно спать

    легла.Знаем-знаем...Хе-хе.;)) и продолжает досматривать сон.Тихонько пододвигаю

    к себе её тарелку, а свою подсовываю ей.Спокойно поглощаю свою порцию.Уолтер

    потрясённо смотрит на то, как я ем "борщ".

    -А? Чего?

    Резко проснувшись, голодная и сонная Виктория тянется за своей тарелкой,

    разумеется там борщ.Попробовав, она выплёвывает содержимое, и, как я понял,

    сейчас собирается плакать.

    -А-а-а! Уолтер, что это? Ты же знаешь, что я больше не могу это еееесть!

    Я пытаюсь успокоить её, пока Уолтер бежит к морозилке, которая набита пакетиками

    с донорской кровью.Через несколько секунд Виктория уже с жадностью ест, а я иду

    к Интегре получать приказы на сегодняшний день.

    00:35.Получение приказов от хозяйки.

    Интегра сегодня в весьма мрачном состоянии, видимо только что

    проснулась.Поболтать она не расположена, поэтому поручения я принимаю в

    письменном виде.

    -Вот распоряжения.Спокой...в смысле до встречи,Алукард.

    Ага, сейчас снова пойдёт спать.Ну и ладно!

    Смотрю на бумагу.Оп-па,сегодня у меня целых три задачи:

    1.Сходить в магазин.

    За кого Интегра меня принимает? Я и так нанянчился с ней в детстве!

    2.Прогуляться с Викторией и не забыть при этом замочить парочку упырей, дабы не

    потерять боевую форму.

    Это раз плюнуть.

    3.Больше не калечить бедного Уолтера

    Это вряд ли.

    Два последних пункта- это ерунда, но почему великий лорд Алукард,главный охотник

    на вампиров,должен ходить по магазинам!? Вопрос чисто риторический, т.к. Интегра

    мне этого всё равно не объяснит.Почему бы ей Уолтера не послать?!

    -Мои указания не устраняются!!!-до моих ушей доносится истеричный вопль из-за

    двери.Мда,или последнюю фразу я произнёс вслух,или Интегра научилась читать

    мысли, или же она сама понимает, что первый пункт-бредовый!

    Н-да,придётся подчиниться приказу. Естественно я возьму с собой Викторию, ведь я

    раньше никогда не ходил по магазинам.Та конечно же согласится, девчонка от меня

    без ума.:huh:

    01:13.Экскурсия по супермаркету.

    Перед входом в супермаркет нужно заглянуть в список.И чего хозяйка туда

    понаписала? Новое оружие? Аммуницию? Я внимательно читаю, а точнее пытаюсь

    прочитать, чего конечно же не умею ^_~.Ладно, Виктория не зря здесь

    болтается.Короче она читает список.Туда занесены...

    1.Сигары высшего качества.

    2.Две бутылки виски.

    3.Зелёный чай для Уолтера.

    4.Валерьянка.

    5.Придумайте сами.

    Ну и покупочки! Не, не понимаю я этих людей! Ладно, мы всё это купим, но пятый

    пункт...Что значит "придумайте сами"? Хозяйка расчитывает на мою

    совесть.Гы-гы.Совесть у меня большая, всё позволит.Знаю я тут один незаконный

    оружейный магазинчик...

    Потом пусть Интегра не жалуется, что я подорвал бюджет организации.

    Так, первым делом у нас в списке идут сигары.Хм-м, как я определю, что они

    высшего качества? Лучшие, значит самые дорогие!

    Подходим к киоску, и я спрашиваю:

    -Сколько стоят самые дорогие сигары?

    -Двести долларов!

    Реакцией Виктории на его ответ является ее отвисшая челюсть.

    -Сколько?-притихнув, переспрашивает она.

    -Двести долларов!-повторяет продавец.

    -Давай!-я с улыбкой представляю,какими глазами Интегра будет смотреть на чек.

    Баш на баш, деньги-товар.

    Оттащив меня от прилавка, Виктория горячо шепчет:

    -Хозяин, вы что, с ума сошли? Ведь леди Интегра убъёт Вас за то, что вы ТАК

    тратите деньги!

    Улыбаясь,я перебиваю её мол, "успокойся, крошка" и достаю из-под шляпы заначку-а

    точнее те деньги, которые я снял с чека Интегры в прошлый раз...

     

    Виктория облегчённо вздыхает.

    В течение часа мы идём в аптеку за валерьянкой.В этом городе люди сами не знают,

    где она находится!

    Найдя аптеку, долго ищем дверь.Наконец, вот она! Конечно можно было проникнуть в

    здание по старинке, сквозь стену. Но эти англичане в последнее время стали

    добавлять в бетон какую-то гадость, так что после прохождения головная боль вам

    обеспечена. А тупо телепортироваться без предварительной разведки местности

    рискованно, никогда не знаешь, где материализуешься. Я когда-то так влетел в

    женскую баню (совершенно случайно, уверяю вас!), так меня там чуть не

    растерзали.

    Что из себя представляет аптека? Бр-р, всё белое, так светло, что просто дышать

    нечем! Ладно, для чего мне очки?! А? Думаете для красоты и крутизны? Впрочем,

    правильно думаете.Короче, проехали.

    Виктория покупает валерьянку, а я не выдерживаю и задаю продавцу интересующий

    меня вопрос.

    -У вас кровь продается?

    Продавец, испугавшись, вытаскивает откуда-то винтовку и, прицелившись в меня,

    начинает истошно орать.

    Мы с полицейской хватаем валерьянку и сматываемся.

    Останавившись за углом, Виктория тихо спрашивает меня:

    -Хозяин, чего это он?

    -Может пойдёшь и спросишь его сама?

    -Шутите?-недоверчиво качает головой Виктория.

    -Ага! Мой способ шутить-говорить правду.На свете нет ничего смешнее.

    -Не пойду!-Виктория упрямо смотрит в землю.-Ещё я с психами не общалась!

    -Мир без психопатов? Он был бы ненормальным!

    -Вы как всегда правы.

    Странная она девчонка. Каждый раз, когда она говорит, что со мной "согласна",это

    значит обратное! К тому же я совсем забыл про список,если через два часа мы не

    вернёмся,Интегра устроит скандал, как в прошлый раз, когда она отправляла нас в

    банк.

    "-Нам не нужны вампиры, не способные обналичить чек без...ээ... разрушений,

    Алукард.И тем более не нужны вампиры, которые не могут удержать своего хозяина

    от безрассудства!"

    Викторию тогда это сильно расстроило.А Интегра сама виновата, надо было Уолтера

    послать! Хотя эти деньги всё равно теперь моя заначка...

    -Хозяин Алукард, что у нас дальше по списку?

    Меня опять отвлекают от размышлений.

    -Дальше? Посмотри сама.

    Сую ей под нос пресловутый список.В нём-очередная порция опохмелки.Да-а, зa

    последние пару лет чувство нормы в Интегре cдoxло... Oт cпиpтa.

    Виски мы покупаем без происшествий.

    -Остался только чай, хи-хи.-моя коварная улыбка меня как всегда выдаёт.

    -А почему вы так скалитесь?-Виктория с подозрением смотрит на меня.

    -Да так, ничего.Детка,я пойду схожу за чаем, а ты э-э, пока займись

    чем-нибудь.-я обворожительно улыбаюсь полицейской, дабы запудрить ей мозги и

    развеять сомнения.

    Виктория, зашокированная, как шизофреник электрошоком,толкает обвинительную

    речь, типа "что с вами такое? вы что-то недоговариваете, т.к. никогда просто так

    меня ласковыми словами не балуете..."

    Блин, иногда она бывает слишком догадлива.Что я должен сделать, чтобы она

    поверила, что я действительно ничего не задумал?

    -Ты мне не веришь?-игриво подмигиваю ей.

    -Не совсем, но...

    Я прерываю её речь поцелуем.

    Виктория вяло отбрыкивается, и не очень убедительно сопротивляется.

    -А теперь ты мне веришь?

    -Кажется да...-слабым голосом отзывается полицейская.-Я подожду вас у двери.

    Я один такой клёвый! Никому не устоять. Ну конечно, кроме Интегры...

    Я пулей лечу за чаем,но покупаю не зелёный, а для похудания!

    Интересно, что получится после того, как Уолтер заварит себе пару чашечек?

    Когда я возвращаюсь, Виктория сидит на скамейке у двери с весьма хмурым видом.

    Подхожу к ней сзади и заботливо осведомляюсь о том, что её тревожит.

    Виктория ракетой взвивается со скамейки и приземляется с краю, зашуганно глазея

    по сторонам.

    "Совсем у девчонки нервы слабые".-отмечаю я про себя.-Так в чём дело?

    -Всё в порядке, но у нас осталось двадцать минут, а мы ещё не придумали, что ещё

    можно купить!

    -Спокойствие, только спокойствие! Я всё продумал!

    -Да?

    Я улыбаюсь и показываю пальцем за угол.Типа "разговор не для посторонних".

    Уже за углом я спокойно объясняю Виктории про оружейный магазинчик и свой

    план.Естественно на неё этот достаточно "смелый" план производит обратный

    эффект.

    -Хозяин, но...но...но это же незаконно! Мы не можем так поступить!

    Всё это сопровождается взглядом невинного младенца.Ха, и эта девчонка при

    нападении на особняк Хеллсингов безжалостно (и с удовольствием, кстати) давила

    несчастных упырей? В это трудно поверить,и если бы не я самолично сделал её

    вампиршей, то кто бы мог подумать...

    -Между прочим Интегра сама написала последний пункт, её никто не

    заставлял.-резонно замечаю я.-Она должна была подумать, что я ничего безопасного

    точно не придумаю!

    -Ммм, да. Вы правы!

    Мы идём к магазинчику.

    -"Оружейный магазин братьев Валентайн.Здесь вы можете купить почти все виды

    оружия по очень низкой цене.Это незаконный бизнес, так что копам не

    расказывать."-глаза Виктории округляются.Если раньше они и так были большие, то

    теперь похожи на блюдца.-Ни фига себе! Да ведь это магазин Яна и Люка!

    -Ага, вот поэтому мы сюда и пришли.

    -А что мы будем здесь делать?-до неё иногда всё ужЖжасно долго доходит.

    -Оружие покупать!-не выдерживаю я.

    На её глаза наворачиваются слёзы, и похоже она уже собирается реветь.Я не могу

    на это смотреть, и поэтому наверное извинюсь.

    -Извини Виктория, я не хотел на тебя кричать.

    Виктория сразу перестаёт плакать.

    -Вот и хорошо.Хозяин, а зачем нам новое оружие?

    -Ну-у, наверно потому что мне надоел мой Шакал. Хоть он мне и долго служил, но

    ведь новое оружие всегда лучше старого.

    -Вы правы!

    Ну вот опять начинается, снова она говорит, что я прав.Значит она снова не

    согласна! Меня это уже бесит.У-у, спокойно, Алукард, спокойно...

    Внутри магазина нас встречает запирсингованный парень в костюме гранаты и

    начинает доставать вопросами.

    -Вы не копы?

    -Нет.

    -Вам нужно оружие, или вы хотите просто посмотреть?

    -Нужно.

    -Так, а вы случайно не из организации Хеллсинг?

    -Случайно да.

    -А вы случайно не как-его-там-Алукард и его подружка-вампирша?

    -Случайно мы.

    Я как всегда краток и немногословен.

    -Тогда у нас эксклюзивное предложение.Мы продадим вам оружие с

    пятидесятипроцентной надбавкой.

    -С какого хрена?-Виктория возмущенно делает шаг вперёд.

    -Ну-у...Ведь организация Хеллсинг шастает везде и уничтожает наших друзей, наших

    милых упырей,я по ящику видел, честно-честно! Нам это невыгодно, поэтому мы

    сделаем всё, чтобы и вам было невыгодно.-боязливо делает шаг назад "граната".

    Я очень нетерпелив, особенно в отношении оружия, и решаю проявить инициативу.

    -Не хотите выслушать встречное предложение? Вы отдаёте нам оружие бесплатно, а

    мы пока не будем вас убивать.

    Парень, или как вы уже поняли, Ян делает задумчивую морду.

    -Э-э, м-м, хорошее предложение.По-моему это очень выгодное предложение.Пожалуй я

    его приму.

    -Вот и отлично.-я ослепительно улыбаюсь.

    У меня всегда получается со всеми договариваться.Эх, мама,и почему я не стал

    парламентёром?

    Откуда-то появляется Люк, жующий капусту.Я не врубаюсь, почему нелюдь, которому

    я почти присвоил звание "вампир класса А", жуёт такую гадость.

    -Ты чё, чувак? Совсем что ли?

    -Да не.Диета.-видимо этот придурок меня пока не узнал.

    Когда он к нам всё-таки подходит,от шока начинает выплёвывать капусту.

    -Что они здесь делают?-он визжит, как беременная женщина при виде в стельку

    пьяного акушера.-Они ведь из Хеллсинга!

    Ты дурак Ян!

    -Успокойся, брателла.Всё зашибись.Я договорился с ними. Мы даём им оружие, а они

    нас не трогают.

    -Временно.-уточняет Виктория.

    -Правда? А, ну тогда здраствуйте.Что вас конкретно интересует в нашем скромном

    магазине?

    -Желательно огромные пистолеты.-отвечаю я на вопрос.

    -Ну тогда вам в отдел больших пушек.-дальше Люк начинает грузить меня

    восторженными отзывами о своём магазине и просьбами заходить пореже.

    Заметив скучающую Викторию, Ян подходит к ней и просит отойти подальше от нас с

    Люком.Наверное щас снова будет приставать.

    Краем уха слышу их разговор.

    -А что нужно тебе,куколка?

    -Ну-у, что-нибудь полегче.Мне надоело таскаться со своей базукой.

    -Хм...может тебе подойдёт магнум? А потом можно куда-нибудь сходить вместе...

    -Магнум?

    -Ну да.А что такое? Хорошее оружие...Ну так как? Прогуляемся?

    -Ну нет! Магнум не такой уж и лёгкий пистолет!

    Я отворачиваюсь от этой весёлой парочки и иду в отдел "больших пушек".

    -Так, вам нужен очень большой пистолет?

    -Ага.

    -Очень-очень большой?

    -Да.

    -Скорострельный?

    -Не обязательно.

    -Со ртутными или разрывными патронами?

    -Без разницы! Главное, чтобы он стрелял!-меня уже начинают бесить эти вопросы.-А

    кого надо-сам разорву!

    Люк судорожно сглатывает, поняв намёк.

    -Значит вам подойдёт наш суперпистолет "Макаров Б.М.".-достаёт он из ящика

    пистолет довольно большого размера.

    -Вот этот красавец.-Люк с трудом поднимает пистолет.-Русские-самые надёжные.

    Я достаю из кармана часы и ору во весь голос.

    -Виктория,шевелись! Мы опаздываем!

    Через двадцать секунд мы уже стоим на остановке.У меня в руках

    новенький Макаров, а у Виктории-большой магнум.

    -Хозяин,меня обманули! Этот козёл сказал, что этот пистолет лёгкий!

    Я беру пистолет из её рук.

    -Но он действительно лёгкий.

    -Нет! Он тяжёлый.Тяжелее вашего Шакала!

    Я смотрю на её заплаканные глаза.

    -Если так, то бери мой Шакал.

    -Что? Вы отдаёте мне своё оружие?

    -А почему бы и нет?

    Глаза Виктории загораются.

    -Вы так добры! Чем я могу вас отблагодарить?

    К сожалению я не успеваю ей что-нибудь ответить, т.к. подъезжает наш автобус.

    03:51.Встреча с Андерсеном.

    После выслушивания мата и ругательств от Интегры можно и отдохнуть.Конечно я

    отдыхаю не так, как люди- играю в компьютер или валяюсь на диване, а сражаюсь с

    самыми сильными врагами.

    Я собираюсь идти в метро, ведь сами знаете: место встречи изменить нельзя.

    -Маста! Возьмите меня с собой!-из вентиляционного люка вываливается Виктория,вся

    облепленная клочьями пыли.

    -??? Что ты там делаешь?

    -Леди Интегра за опоздание приказала вычистистить вентиляцию и помыть

    полы.-принимается оправдываться Целес.

    "Мда, половое воспитание."-хмыкаю я.-Ладно, пошли.Не оставлять же тебя Интегре

    на растерзание.

    -Спасибо.-радостно благодарит меня полицейская.-Вы уже второй раз меня

    выручаете.Я у вас в долгу.

    -Ловлю на слове.-мысленно улыбаюсь.

    ***

    -Прощайся с жизнью, вампир!

    -Я уже давно простился с ней.

    -Тогда я замочу твою служанку!

    -Чего? Служанку?-Виктория начинает то ли плакать, то ли злиться.-Хоть я и

    называю его хозяином, но я ему не служанка! Запомни это, козёл!

    -Как ты смеешь называть священника козлом? Да я тебя за это в клочья порву!

    Я начинаю уставать от их перебранки.

    -Харэ ругаться! Давайте уже начнём!

    Андерсен достаёт из своего плаща штук десять ножей.Интересно, как ему удаётся

    держать там столько вещей?

    -Во имя Ctrl'a,Alt'a и святого Delet'a! Enter!

    -Ты чё? Музей и психбольница дальше по улице!-у полицейской отваливается

    челюсть.

    -Компьютеры-вот наше будущее!

    Я решаю сегодня не мучить бедного святошу, который медленно сходит с ума.

    -Знаешь, Андерсен.Ты лучше иди-ка отдохни у себя дома, а в 10:10 мы с тобой

    встретимся в парке.Идёт?

    -Конечно я и сейчас бы уничтожил тебя, но мне ещё надо разобраться со спамом в

    моём почтовом ящике, так что я согласен.

    -Вот и отлично!-Виктория облегчённо садится на землю.

    Андерсен превращается в листочки и улетает.Ладно хоть не по e-mail'у...

    -Виктория, пора возвращаться домой, а то если мы опоздаем ещё и на обед, ты

    будешь мыть полы целую вечность.Ведь так?

    -Да, вы опять правы! Как всегда!-у Виктории блестят глаза.

    Сейчас она думает, как хорошо иметь такого умного хозяина, ведь с таким никогда

    не пропадёшь.

     

     

    --------------------------------------------------------------------------------

     

    05:00.Обед.

    Я, Виктория и Интегра покорно ждём за столом своих порций. Долго ждём.

    -Где Уолтер?-Интегра начинает злиться.-Где наш обед?

    Виктория не понимающе пожимает плечами, а я выдавливаю из себя виноватую

    улыбку-только мне известно, где сейчас расслабляется Уолтер.Я же уже говорил,

    что после выпитого чая для похудания существует побочный эффект...

    Грозно посмотрев на меня и Викторию, Интегра идёт на кухню- разбираться.

    ***

    -Никого нет.-с недоумением отмечает она, войдя в храм приготовления

    пищи.-Уолтер, где ты?

    Из-за ближайшей закрытой двери доносится стон.(Ага, теперь ясно, зачем туалеты

    строят около кухни =))

    -Пожалуйста, Леди Интегра, подождите ещё чу-ууть-чуууть...-из-за двери доносятся

    весьма странные звуки.

    Хозяйка возвращается в столовую мрачнее тучи.Ой, что сейчас будет...

    -Так, психи.Кто это сделал?

    Чего-то я решительно не понимаю.Как хозяйка узнала о том, что у Уолтера не

    обычные запоры?

    -Я ещё раз спрашиваю, чья это работа?-Интегра поднимает руку с пустой пачкой чая

    для похудания.

    -Упс!-нечаянно вырывается у меня.

    Интегра танком надвигается на меня.

    -Алукард, так это твоих рук дело?!?

    -Я не знал! Честно! Обе пачки зелёные, а читать я не умею!- нагло вру я (слава

    богу, что мертвецы не краснеют).

    -А где была ты, Виктория?-"танк" меняет курс.

    -Я? Я это... ну-у, короче я стояла позади хозяина, а за его спиной мне ничего не

    было видно...

    В этот момент в столовую входит Уолтер с подносом.

    -Овсянка, сэр. Кровь, мисс. Кровь, лорд.-он ставит перед каждым тарелку с

    вышеназванным блюдом.

    -Уолтер, мне надоела овсянсян-сян-ка!-Интегру начинает трясти не то от злости,

    не то от тошноты.-Я нена-навижу-жу её-ё с детстввва...

    Уолтер напрочь игнорирует Интегру.

    -Каша полезна для здоровья, кто не кушает кашку, никогда не станет сильным.

    Интегра издаёт непонятный булькающий звук, зло покосившись на нас с Викторией.

    -Вы как хотите, а я начну трапезу!-я жадно тянусь за своей порцией, и начинаю

    есть.Виктория делает тоже самое.

    А хозяйка не ест! Продолжает пилить меня взглядом.

    Не люблю, когда стоят над душой.Быстро доедаю обед и сматываюсь в свой подвал.

    06:21.Тихий час.

    Я сижу в своём тёмном подвале, на любимом кресле и пытаюсь

    расслабиться.Наконец-то можно отдохнуть...поспать...

    Но, блин, почему у меня ощущение, что я что-то забыл? Аа!

    Сейчас я должен выгуливать Викторию! Ну вот, а так хотелось выспаться...

    Чертыхнувшись, слезаю с кресла и направляюсь в комнату полицейской.

    Заглядываю в её дверь через стену.В этот момент она переодевается.Не устояв на

    ногах (от такого-то зрелища!), я падаю на пол её комнаты.

    Увидев меня, Виктория вопит так, что даже Витас позавидовал бы её голосу.

    -Хозяин, вы обалдели что ли?!! Вас что не учили стучать в дверь перед тем как

    войти?!?-полицейская хватает с крышки гроба халат и закрывается им.

    -Извини, Целес! Я ведь не специально!! Я случайно сюда попал. Я торопился в

    кабинет Интегры, и...

    -Вы обманываете меня! Кабинет Интегры в другой стороне!

    -Ну... Я ведь уже сказал, что торопился, и похоже проскочил поворот и впечатался

    в стену.

    -Враньё!!!-Виктория медленно превращается в берсеркера.

    Я решаю не рисковать и говорю ей правду.

    -Ладно! Я просто хотел прогуляться с тобой, и выполнить второе поручение

    хозяйки!

    Ярость с лица полицейской спала.Осталась только обида.

    -Я пойду с вами по двум причинам.Первая: потому что это поручение Интегры.

    Вторая: её я вам не скажу, потому что вы сами её знаете.И в следующий раз вы

    постучите перед тем, как войти.

    -ОК, детка.

    -Не называйте меня так!

    -Ладно, детка.

    Виктория многозначительно поджимает губы.

    -А теперь вы не могли бы выйти из моей комнаты?

    Я быстро вылетаю через стенку.

    Через две минуты Виктория уже стоит передо мной в своей полицейской форме.

    -Ты готова, полицейская?

    -Сержант Виктория Целес готова к выполнению приказа!-Целес становится по стойке

    смирно.

    -Ну тогда пошли мочить гадов!

    -Ой!

    -Что "ой"?

    -Я забыла свой магнум.

    -Я отдал тебе свой Шакал!

    -Я хочу попробовать магнум в действии.

    -Ну, как знаешь.

    Виктория быстро забегает в свою комнату и выбегает оттуда с магнумом в руке.

    Перезаряжает.

    -Можно идти.

    Мы идём в ближайший тёмный переулок к местной банде упырей.

    Они тут на каждый раз, когда мы тренируемся.

    Боясь внезапного нападения сзади, Виктория идёт впереди меня, но ненамного,

    чтобы я смог защитить её от атаки спереди.

    Дойдя до центра переулка мы встаём спиной друг к другу.

    Чтобы заманить упырей, Виктория истошно орёт "помогите" и "меня насилуют".

    Ха! Через минуту со всех сторон на нас прут страшные создания под названием

    недовампир-недоделок, а если короче,то гуль.

    Достав из кармана свой новенький "Макаров" я пытаюсь выстрелить в одноглазого

    упыря.

    -...

    -...

    -...

    Или я дурак, или мой пистолет не работает.

    Поворачиваюсь к Виктории.У неё та же проблема.

    -Хозяин, что делать?-Виктория круглыми глазами смотрит то на меня, то на свой

    неработающий магнум.

    -Ничего.-мрачно отвечаю я. -Чувачок в костюме гранаты встрял.Хотя и тот заяц с

    капустой встрял не меньше.Скоро магазинчик Яна и Люка прикроется "по неизвестным

    причинам исчезновения владельцев".

    Ладно,сейчас не время думать об этом.Надо спасать две задницы со сломанными

    пистолетами.

    В воздухе появляется моя фирменная пентаграмма и перебивает всех нечистых,

    грязных, вонючих, тупых... ну так можно перечислять целую вечность.Короче она

    мочит всех упырчатых ублюдков.

    Мы возвращаемся домой.

    Я сажусь на своё любимое креслице и внимательно разглядываю пистолет.Вроде всё

    нормально.

    Иду в комнату Виктории и прошу прочитать то, что написано на инструкции для

    пистолета.

    Виктория читает вслух одну коротенькую инструкцию.

    -Игрушка фирмы...(я не расслышал название).Желательно детям до десяти лет не

    давать, потому что они могут надорваться при поднятии этого пистолета.Спасибо за

    покупку.

    Виктория поднимает взгляд на меня.

    -Хозяин, нас обманули! Мстить надо!

    -Да,ладно, потом!

    -Вам что, не обидно?

    -Но ведь это "оружие" досталось нам бесплатно.

    -Но мы чуть не умерли из-за этой фигни.

    -Я уже супер-мёртвый.

    -А обо мне вы не подумали?-на глазах уже который раз

    (за день...за ночь...) появляются слёзы.

    -Но ведь ты тоже!

    -Ладно!Я знаю что я мёртвая, но ведь отомстить всё равно надо!-Виктория вытирает

    слёзы.

    -Ну-у, если ты настаиваешь...

    08:46.Разборка в магазине Валентайнов.

    Братья сидят и подсчитывают выручку, когда мы резко заламываемся в магазин.

    -Что вам надо в нашем магазине? Мы ведь отдали вам оружие!-Ян выхватывает

    пистолет и направляет на меня.-Вы что-то забыли?

    -Да, мы забыли здесь оружие.-я достаю из кармана Касулл и прицеливаюсь Люку в

    голову.

    -???

    -То, которое вы дали нам-ненастоящее!-Виктория медленно превращается в

    берсеркера.

    -Но...

    -Короче мне надоело.-нажимаю на курок.

    Раздаётся громкий выстрел.

    -Сволочь.Ты убил моего брата!-Ян ошарашенно смотрит на дохлого Люка.-Козёл, ты

    за это отве...

    Бах!

    -Хороший выстрел, хозяин.

    Для крутизны сдуваю дымок с дула.

    -Как всегда.

    10:10.Встреча в парке с Андерсеном.

    Какова пунктуальность! Андерсон уже ждёт нас, сидя на скамейке. Наконец-то

    можно...

    -Ну и как твой компьютер?-не в тему брякает любопытная и вездесущая полицейская.

    -Ага!-Андерсон обрадованно подхваывает тему.-Прикинь, какой то урод прислал мне

    вирус и тот стёр важные программные файлы! У меня чуть винт не разнесло!

    -А какая у тебя версия антивируса?-продолжает лепить Виктория.

    Терпеть не могу, когда разговаривают о том, в чём я не разбираюсь.Сразу

    начинаешь чувствовать себя идиотом.Нет, конечно у масты был компьютер, и она

    даже пыталась научить меня им пользоваться...Впрочем лучше вспомнить последствия

    этого...

    -А ещё у меня мультимедиа глючит!-Андерсен упоённо ведёт тему.

    -А ты установил новый крэк?-интерес Виктории кажется неподдельным.

    -А я сейчас тебя буду убивать!-вмешиваюсь я.

    -...

    -...

    Около минуты они оба смотрят на меня, как на придурка, затем отворачиваются и

    продолжают разговор.

    -Падрэ Андерсен, а у вас есть принтер?

    -Конечно есть.-гордо отвечает Андерсен.-Новенький, лазерный.

    Как ты думаешь, на чём я свои листовки распечатываю?

    -Я думала, что Вы берёте их из Библии.

    -Дочь моя, ты сбрендила? Мне что, делать нечего,как Библию портить?

    -Эй ты, паршивый регенератор!

    -Это что за голос из подземелья?-Андерсен смотрит в мою сторону.-Разве ты тоже

    здесь? Я думал ты остался дома. Раз уж ты так стремишься сдохнуть раньше

    времени, тогда я сделаю для тебя исключение.

    -Ура! Война!

    -Маста! Почему вы всегда хотите драться? Вы прервали такой интересный разговор!

    -А что я должен делать, пока вы разговариваете на такие дурацкие темы, как эта?

    -Ты что-то имеешь против компьютеров?-Андерсен выхватывает из-под сутаны свои

    ножи.

    -Это другой разговор.-достаю Касулл.-Я отправлю тебя в ад, священник!

    -Я хочу жить вечно, и пока у меня это получается!

    -Твоя жизнь не твоя заслуга, а моя недоработка!

    В этот счастливый момент у Андерсена что то запиликало в кармане.Он достаёт

    мобильник.

    -Алё? Да? Чего? Скоро буду.-священник суёт мобилу обратно в карман.-Я убью тебя

    в следующий раз, вампаэ-сейчас у меня дела.

    И исчезает! Вот ведь козёл какой.Разговаривать с Викторией значит можно,а

    сматываться, когда начинается самое интересное?

    Махнув рукой на Андерсена, начинаю разборку с Викторией.

    -Ты почему всегда так много треплешься? Ведь мы должны были убить его!

    -Маста-а, но ведь этот священник такой милый.Он любит детей и хочет мира во всём

    мире.

    Я брякаю первое, что приходит в голову.

    -Во всём мире и так мирный мир.Не нужно смотреть на меня, как

    на идиота.-добавляю я, заметив, что Виктория именно так на меня и смотрит.

    -Вы уверены?-она похоже подвергает сомнению мои умственные способности.

    -Ну конечно! Где ты видела войну в наше время?

    -В Чечне.

    -??? И откуда ты такого набралась? Ладно,нам пора домой.

    11:24.Ужин.

     

    Судя по всему Интегра всё-таки наябедничала Уолтеру, кто виноват в расстройстве

    его желудка.

    -Лорд Алукард зачем Вы это сделалали?

    -Что "это"?

    -Вы вместо обычного чая подсунули мне чай для похудания!

    -Я?-невинными глазами смотрю на Уолтера.-Я? Да никогда! Я самое невинное

    существо во всей Вселенной!

    -Алукард не ври.-занудно твердит мне Интегра.

    -Ну ладно, ладно.Да, это я купил чай для похудания, но ведь не специально! Я же

    не умею читать!

    -А у Виктории спросить никак?

    -Ну вот, чуть что, так сразу Виктория.-бурчит полицейская.

    Ой-ёёй! Ситуация накаляется.Что же будет дальше?

    -Уолтер, что у нас ужин?-вдруг нервно спрашивает хозяйка.

    -Манка, сэр.-гордо сообщает Уолтер.

    -Манка? Уолтер ты что, спятил? Я не хочу кашу! Я хочу нормально поесть!-Интегра

    вскакивает из-за стола.-Придётся мне самой что-нибудь приготовить.

    -О-о, не нужно этого!-Уолтер пытается остановить Интегру, которая медленно, но

    верно продвигается в кухню.-Вспомните, что было 10 лет назад, когда вы готовили

    завтрак отцу!

    Видимо там произошла глобальная катастрофа, потому что Интегра смотрит на

    Уолтера так, как будто собирается как минимум сделать из него манную кашу.Нервно

    хихикаю, но не от смеха, напротив: мне становится не по себе от мысли, что

    хозяйка может сделать из моей любимой крови группы "А", не умея готовить.

    Надо что-то предпринять.

    -Кстати я тут совершенно случайно видел бесплатную раздачу первоклассных

    сигар...

    -Что? Где? Когда?

    -А-а-а,там... За углом у перекрёстка.

    Интегра вылетает из столовой.

    Уолтер приносит ужин.Я спокойно ем. Хотя если честно, то вкус крови мне не

    понравился.Как будто там было что-то лишнее...

    12:57.Очистительная процедура.

    Я был прав насчёт еды. Уолтер подсыпал туда...слабительное.

    Сегодня я первый раз в не-жизни познакомился с туалетом.

    Блин, когда я отсюда выйду (если выйду!), то всё раскажу хозяйке.

    13:09.Разборка с Уолтером.

    -Уолтер ты чё очумел что ли?-ору я на дворецкого.

    -А что случилось, лорд Алукард?-он невинно смотрит на меня.

    Как будто сам не понимает.

    -Ты подсунул в кровь слабительное! Разве не так?

    -А я думал что это анальгин.-нагло врёт он.

    -Даже если бы это был анальгин, то зачем ты его туда засунул?

    -Для профилактики.

    Вот блин, надо бы ему надавать по шее...хотя нет, не получится. Ведь приказ

    хозяйки есть приказ хозяйки.

    Придётся просто отомстить...завтра конечно.

    Пока надо себя чем-нибудь занять.

    Так, посмотрим список развлечений.

    Конечно читать я не умею, так что здесь всё нарисовано, чтобы я смог понять.

    1.Драка с Андерсеном.-исключается.Уже было.

    2.Драка с Инкогнито.-тоже не катит.Я его уже убил.

    Достаточно короткий списочек.

    Надо что-нибудь замутить.

    Упыри?

    Слишком просто.

    Интегра?

    Ну что с ней можно сделать? Флиртовать не получится.Поговорить по душам с ней не

    получится.В общем ничего не получится.

    Осталась Виктория, которую я не видел с ужина.

    Интересно, где она может быть?

    Пойду посмотрю в её комнате.

    Вспомнив что произошло в прошлый раз, я решаю постучать в дверь.

    Тук-тук.

    -Виктория, ты здесь?

    Никто не отвечает.

    Я решаюсь заглянуть через стену.

    На этот раз мне крупно повезло.В комнате никого нет. Хотя это тоже

    странно.Обычно если Виктория дома, то она сидит у себя в комнате.

    Звонит телефон.

    Снова звонит.

    Опять звонит.

    Тоже странно.Обычно Уолтер берёт телефон, когда тот звонит второй раз.

    Ещё один звонок.

    Я подбегаю к телефону и хватаю трубку.

    -Алё?

    -Алё, Алукард это ты?-похоже на голос хозяйки.

    -Да.-отвечаю я.

    -Мы уехали по важному делу...-тут же кому-то шёпотом.-Да, наливай...Нет, вон из

    той...

    -Чё?

    -А-а...Нет, Алукард, я не тебе.Кстати, Алукард,большое тебе спасибо, что сказал

    про сигары.

    -А? Что? Какие сигары?-не врубаюсь я.

    -Ну те, что бесплатно раздавались за углом.

    Откуда они там взялись? Я ведь наврал хозяйке.Неужели ложь может оказаться

    правдой? Да-а, и куда катится мир? Ну хотя это даже хорошо...

    -Алукард ты ещё на линии?-прерывает мои размышления голос хозяйки.

    -Да.

    -Ты не мог бы помочь Пикману с его отрядом? Там никто не хочет ехать на вызов.

    -Да конечно.-от радости я запрыгал.

    Наконец-то у меня есть занятие.

    -Что с тобой, Алукард?

    -Да нет ничего.Ладно я пойду разберусь с отрядом.Пока.-я быстро повесил трубку

    что бы хозяйка больше ничего не успела сказать.

    14:23.Учение отряда.

    -И так, отряд кто тут не хочет работать? Кто не хочет, шаг вперёд.-я смотрю на

    каждого по очереди.

    Никто не решается выйти.

    -Повторяю.Шаг вперёд.

    Кто-то вылетает из строя.

    -Меня толкнули!-оправдывается солдат, занимая место в строю.

    -Сейчас у вас пробежка до трёх часов.Отряд лево руля!

    Все солдаты смотрят друг на друга, и о чём-то шепчутся.

    -За невыполнение приказа сорок отжиманий.

    Стон в строю.

    Все принимают положение лёжа.

    -Начали!-кричу я.

    После сорока отжиманий отряд встал.

    -Ну как, поедете на задание?-Пикман хитрыми глазами смотрит на солдат.

    -Да! Поедем!

    -С радостью!

    -Но сначала пробежка.-замечаю я.

    -Нет! Только не это!

    -Что? Я не расслышал.Повторите.

    Все молчат.

    -Вот и отлично.А теперь все на дистанцию.-приказал я.

    Отряд быстро бежит к старту.

    -И не забудьте, прибежавшие последними завтра будут чистить картошку.

    Весь отряд перекрестился.

    -Раз.Два.Три.

    Все рванулись вперёд.

    Через полчаса измочаленный взвод приполз назад к старту.

    Солдат, который пришёл первым, очень довольный стоит рядом с Пикманом.

    -Молодец, солдат! Раз уж ты такой быстрый, завтра будешь мыть казарму.

    -Что? Но вы ведь сказали что я не буду завтра работать!

    -Я сказал, что ты не будешь чистить картошку.

    Весь отряд тихо ржёт.

    -Спасибо за помощь, Алукард.-Пикман козыряет мне.

    -Всегда пожалуйста.Если хочешь, я могу так каждый день.

    Весь отряд ужаснулся от этого предложения.

    -Если будут проблемы я тебя позову.

    -Мне пора домой.-заметил я.

    -Ладно.Взвод! Быстро на вызов.

    -Там уже всех сожрали!

    -Кто это сказал? Отряд, упор лёжа!

    15:53.Сон.

    За этот насыщенный день я успел устать.

    Переодеваюсь в свою чёрную пижамку с белыми черепушками.

    Иду чистить клыки.

    Затем ложусь в свой гроб.

    Думаю о том где напиваются Виктория, Интегра и Уолтер.

    Мне уже глубоко на это параллельно.

    Широко зевнув закрываю глаза.

    Вот и ещё один день прожит в этом грешном мире.

    Всем спать!

     

    00:00.Подъём.

    Звонит мой персональный будильник, стуча по крышке моего гроба...

    Я не понял Вашего вопроса, но я Вам на него отвечу...

     

    [RAMMSTEIN Team] - основатель

    [Ayanami team][Истинный Hellsing Team][Alucard 4ever][FLCL Team][Naruto's fans Team][GG fighters team][Бессонница team][АмерикаМастДайTEAM]

  • Цитата

    Просто потрясающе. За много десятилетий до выхода Хеллсинга Николай Гумилёв написал фанфик про Алукарда! Причём с учётом 70-й главы манги. :D

     

     

     

    ПОРТРЕТ МУЖЧИНЫ

     

    Его глаза - подземные озера,

    Покинутые царские чертоги.

    Отмечен знаком высшего позора,

    Он никогда не говорит о Боге.

     

    Его уста - пурпуровая рана

    От лезвия, пропитанного ядом;

    Печальные, сомкнувшиеся рано,

    Они зовут к непознанным усладам.

     

    И руки - бледный мрамор полнолуний,

    В них ужасы неснятого проклятья,

    Они ласкали девушек-колдуний

    И ведали кровавые распятья.

     

    Ему в веках достался странный жребий -

    Служить мечтой убийцы и поэта,

    Быть может, как родился он - на небе

    Кровавая растаяла комета.

     

    В его душе столетние обиды,

    В его душе печали без названья.

    На все сады Мадонны и Киприды

    Не променяет он воспоминанья.

     

    Он злобен, но не злобой святотатца,

    И нежен цвет его атласной кожи.

    Он может улыбаться и смеяться,

    Но плакать... плакать больше он не может.

     

    1910

    "Television, in their stomachs. Now that, is evolution." © Harold Saxon
  • Цитата

    Сразу скажу что писала не я, за ошибки ругать не меня, если не понравится, я- не при чем...Ну ладно уж читайте: Алукард сидел в кресле, закинув ноги на стол, и царапал ногтем на стене пошлую надпись про Целес и Бернадотте. Ему было скучно. Нет, он изнывал от скуки. Если бы он мог умереть, он бы умер от скуки. В дверь постучали. «Кто бы это мог быть?» -подумал Алукард. «Целес? Нет, исключено. Она бы просто влетела в комнату, как всегда суетясь и что-нибудь спрашивая…. . Интегра? Ха! Интегра! Стучит! Ха-ха! Только полудохлому от скуки вампиру может придти такое в голову. Волтер? Кажется, после того случая с медвежьим капканом он больше ко мне не заходит, да и зачем? Хм, кто еще остается? Бернадотте? Фергюсен? Наверное, все-таки Пип. Видимо пришел просить у меня руки Целес.»

    - Да… - протянул Алукард. Ему было интересно, кто же это? Дедуктивный метод не подвел. Это был Бернадотте.

    «Какой я умный!» - восхитился Алукард.

    - Господин Алукард, - сплюнул Бернадотте жвачку на пол, - меня прислала Целес.

    Алукард захотел раздавить Пипа вместе с жвачкой по полу, но ему было лень.

    - А сама она придти не может?

    - Не может. – Бернадотте бросил окурок в дальний угол комнаты.

    Алукард уже почти взял в руки Кассул, чтобы размазать Пипа по стенке, но опять передумал. «все лень, проклятая…»

    - А почему?

    - Не знаю. Она со мной через дверь разговаривала. – Бернадотте сплюнул под ноги.

    На этот раз Алукард все же съездил обнаглевшему наемнику по морде.

    Перед дверью комнаты Целес. Не раздумывая ни секунды, Алукард просочился через дверь.

    - Ты меня зва… - начал он. Конец фразы он так и не успел произнести от того что расстался с челюстью.

    Виктория стояла посреди комнаты. Все в ней вроде бы было как обычно. Не считая того, что рядом с ней стоял еще один субъект. Высокий, в черном плаще, широкополой шляпе, с мечом за спиной. Ах, да, совсем забыла, с рассыпавшимися по плечам, темными волосами. Алукарду показалось что он смотрит в зеркало. Незнакомцу тоже. Он даже приоткрыл рот от удивления. Алукард с ужасом увидел выпирающие клыки. Если бы не Целес, немая сцена бы затянулась.

    - Маста! Хорошо, что вы пришли! Познакомьтесь, Интегра наняла Вам напарника!

    У Алукарда закружилась голова. «Напарника? Я что один справиться не могу? И вообще, она что выбирает новых кадров по признакам шляпа-плащ-клыки-2-метровый рост? И интересно, зачем ему меч? Как старомодно…

    Мысли новобранца: «В напарники? Мы так не договаривались! Я работаю один! И вообще, в этом заведении, что, на службу принимают только по принципу шляпа-плащ-клыки-2-метровый рост? И интересно, где его меч? Неужели он сражается на пистолетах? Ха! Это же моветон!»

    - Я – Алукард, - гордо вскинув подбородок сказал вампир, - я служу Хеллсингу уже много лет. Я охраняю покой Англии от нелюдей! (про себя: «Во пафоса от Интегры нахватался!»). А ты кто? Назовись!

    - Ди. – коротко ответил незнакомец.

    Алукард и Целес явно ждали продолжения. Но Ди молчал. Взгляд его не выражал, абсолютно ничего. Казалось, он спит с открытыми глазами. Алукард воспринял это как личное оскорбление. У Целес появилось желание помахать у Ди перед носом рукой. Она была готова голову дать на отсечение, что он и глазом бы не повел.

    - АЛУКАРД!!!! – под сводами замка пронесся крик сера Интегры. Стекла опасно зазвенели, но выдержали. Даже Ди с непривычки вздрогнул.

    - Прошу прощения, мне надо идти – вздохнул Алукард.

    - Серу Ди, наверное, тоже надо пойти с Вами, мастер, к леди Интегре! – сказала Целес.

    - Да? – буркнул Алукард пепеля взглядом Ди, - ну если надо…

    Кабинет Интегры. Входят Алукард и Ди. Интегра, оглядывая обоих, про себя: «как близнецы! Можно начинать собирать коллекцию!»

    - Вы звали мастер? – спросил Алукард

    - Я вижу, вы уже знакомы. – Интегра закурила.

    - Да.

    - Отлично, с сегодняшнего дня вы работаете вместе.

    - Позволь, Интегра, ты считаешь что я нуждаюсь в напарнике?

    - Это не обсуждается!

    - Я не желаю…

    - Это НЕ ОБСУЖДАЕТСЯ!

    - Но, я…

    - ЭТО НЕ ОСУЖДАЕТСЯ!!!!!!

    Алукард обиженно замолчал. Ди все это время смотрел в одну точку. Интегра про себя: «Вот новенький, какой хороший! Стоит себе, молчит, слушает приказы. Не то что этот Алукард! Вечно ему все не нравится!». Вслух:

    - На сегодня заданий нет. Да и поздно уже. Ложитесь спать. Алукард, гостевые комнаты разрушены после последней пирушки с Андерсеном, так что Ди пока поселим к тебе.

    - Что?!! – возмутился Алукард, - почему ко мне? Поселите к Целес или к Волтеру! Или к Бернадотте! Он все равно сейчас в травм пункте! Если не на долго, то я ему еще врежу, на месяц точно с кровати не встанет!

    - Алукард! Оставь Бернадотте в покое! А в разрухе гостевых комнат виноват ты, так что Ди будет жить у тебя!

    - А ты спроси у него самого! Может он не хочет! Может ему у Целес приятней будет жить! Эй, ты! Очнись! Как там тебя, Пи, нет, Ли, нет..а! Ди! ДИ!!!!

    Ди поднял на Алукарда пустые глаза. Мол, чего тебе?

    - Тебе где жить хочется? Что, немой что ли?! – заорал Алукард

    - Мне пофиг.

    - Вот и отлично! – подвела итог Интегра, - шагом марш по кроватям!

    «Ха! – мстительно ухмыльнулся про себя Алукард, - у меня там только один гроб!!!»

    Алукард и Ди зашли в подвал Лорда Тьмы.

    Алукард плюхнулся в гроб и с интересом стал наблюдать за Ди. Тот огляделся в поисках чего-нибудь чтобы прилечь. Ничего не было. Он вздохнул и подошел к креслу. Алукард дал себе слово не стрелять в новобранца пока он не плюхнется без разрешения в его любимое кресло. «вот только сядь…только сядь в него…» - шептал себе под нос Алукард поглаживая пистолеты под плащом. Ди подошел к креслу вплотную, остановился и неожиданно спросил:

    - Я сяду? – как всегда коротко и сухо. Словно по морде съездил. Но для Алукарда это было шоком. За 23 года существования Интегры в этом замке никто и никогда не спрашивал у него разрешения на пользование его вещами. Монархия Интегры Уингейтс Хеллсинг держалась на том, что ее все почитают и любят, и никто не смеет с ней даже грубо разговаривать, а всем остальным можно кидать комья дерьма прямо в лицо. Виктория вечно залетала в его комнату без спроса и играла с его шляпой, Волтер в те редкие дни когда удосуживал себя уборкой подземелья, разбрасывал все патроны и обоймы по столу, хотя до этого они были в определенном порядке. Да, что за примерами далеко ходить? Вон, Бернадотте, не далее как минут 20 назад загадил ему весь пол…И тут так огорошить! Алукард растерялся. Ди молча стоял и ждал пока он переварит вопрос.

    - Можно…- очень тихо и очень душевно сказал Алукард, украдкой вытирая скупую вампирскую слезу. В данный момент он боролся с желанием предложить напарнику свой гроб.

    Ди уселся в кресле, натянув шляпу по самый подбородок.

    - А ты оказывается, очень даже и не плохой чувак… - протянул Алукард.

    На этот раз ошарашен был Ди. За всю его долгую и мучительную жизнь дампира – охотника его называли по-разному: кровопийца, полукровка, ……и еще много как…называли и героем и спасителем, но «неплохим чуваком»! Это было так неожиданно и душевно, что Ди поднялся с кресла, стянул с головы шляпу и уставился на Алукарда. Минут пять они смотрели друг на друга, а потом одновременно кинулись друг другу на шею с бурными рыданиями.

    ……………………………………………………………………………………………………

    Через час к Алукарду в подземелье как всегда, словно вихрь влетела Виктория. От того что она там увидела, в долгий столбняк впала бы и более сообразительная чем Целес. Алукард и Ди по-дружески обнявшись сидят на полу. Рядом стоит 5-ти литровая канистра с техническим спиртом (Ди им каждый вечер протирает меч, чтобы не ржавел). Алукард, путаясь в шоколадных кудрях нового друга вещает ему как бы на ухо, но очень громко и невнятно:

    - Я ведь, не отсюда родом! Д-да, брат! Увезли меня с родины…у-ууу! И никто меня тут не понимает, не любит! Вот только ты – ИК- со мной по-людски! Я –ИК- из Тр…тран…трас..трансипании! не…-ИК- т-тран-силь-ван-ии…ВО! –ИК-

    - Да, брат! Как я тебя понимаю! У-ууу! Н-нас –ИК- никто не уважает! Вот т-ты –ИК- меня уваж-жаешь?

    - Да!

    - И я т-тебя! А у м-меня между проч-чим отец из тр…тра…-ИК- Трансильвании!

    - Пр-правда?!!! Брат!!!!

    - Брат!!!!!

    Виктория просто ОФИГЕЛА. Все что она смогла сделать, - это в обморочном состоянии выползти из комнаты хозяина.

     

    Тем временем в кабинете Интегры. Глава Хеллсинга как всегда сидит за столом и курит. Про себя: «Нет, не хорошо все таки я поступила с Алукардом. Напарника дала. Все таки это же унижает его чувство собственного достоинства. Тем более они похоже не сошлись характерами. Хотя с кем Алукард может сойтись характером? Нет уж пусть все-таки поучиться уживаться с другими! Но, с другой стороны, спать то ему тоже надо! Я его всего лишила, только и оставила комнату. Это единственное что я у него никогда не отбирала…наверное наличие на его территории чужого, для Алукарда удар ниже пояса….нет, не хорошо! Пойду и извин….НЕТ! – Интегра гневно выплюнула сигару в пепельницу, - что за мысли иногда в голову приходят! Пойду и просто отправлю Ди в другую комнату. Да! Так и сделаю!».

    Весьма довольная собой, Интегра, ощущая себя Марией Терезой, потопала в подземелья.

    У входа в комнату Алукарда. Интегра про себя: «Просто зайду, закрою глаза и выпалю на одном дыхании! Глядя в глаза у меня не получится!». Так она и сделала. Рывком открыла дверь, зажмурилась и выпалила:

    - Алукард! Ты прав! Ди лучше отправиться в другую комнату!

    Тут она открыла глаза. Никогда леди Интегра не была так поражена как сейчас. Глаза ее в мгновение ока вылезли за пределы очков, глазных яблок а потом и лица. Тем временем пьяные вдрызг Алукард и Ди, которые только что поклялись на крови в вечной дружбе, и в том что принесут друг другу на могилу цветы (это была идея Ди), осознали что только что сказала им Интегра.

    - НЕЕЕЕЕЕТ!!!!! – заорали они хором.

    Потом быстро вскочили и обнялись. Алукард попытался прикрыть Ди грудью, дампир тем временем выхватил из ножен меч и заслонил Алукарда им от Интегры.

    - НЕЕЕЕТ!!! – орали они, - НЕЕЕЕТ!!!

    С тех пор Интегра никогда не пробовала извиняться перед Алукардом, а Виктория всегда стучала перед тем как войти в комнату хозяина.

     

     

    Ну почему я?

    - Маста? А зачем Вам столько земли?

    - Не спрашивай, а работай Целес! Давай! Вот сюда еще земли надо!

    - Маста, но все же? Зачем Вам земля в Вашей комнате?

    Алукард про себя *Ну почему я? Почему я должен общаться с такими!*

    - Надо!

    - Спасибо, за исчерпывающий ответ… *ну почему я?*

    ***

     

    - Вот, Ди! Нравится? – спросил Алукард, глядя на огромную кучу земли посреди комнаты

    - Да. – смущенно улыбнулся дампир, - Кровать!

    - Ну отлично! За это надо выпить!

    - Дельная мысль! – одобрил Ди, доставая бутыль со спиртом.

    ***

    Перед кабинетом Интегры. Волтер с подносом. На подносе кружка чая. Волтер достает из кармана флакончик с валерьянкой и вбухивает его весь в кружку. Убирает пустой флакон в карман. *Ну почему я?*

    - Ну, с богом! – шепотом говорит он и перекрестившись стучит в дверь.

    - Интегра-сама! Ваш чай!

    ***

     

    В этот момент в кабинете Интегры. Вся комната напоминает одну большую пепельницу. На кровати среди окурков валяется слегка помятая глава организации Хеллсинг. В волосах запутались бычки. На стене перед кроватью нарисованы две фигуры в шляпах. Интегра выкурив очередную сигарету закрывает левый глаз, прицеливается и стреляет окурком в фигуры. Иногда она попадает. При этом выражение ее лица становится как у садиста, свернувшего шею котенку. Мысли Интегры: «Я превращу их никчемные не-жизни в ад! Они будут молить меня о смерти!! Я отправлю обоих на задание в Африку!! Я испепелю их как только увижу!! Наверняка они сами сюда придут! Они уже у двери наверное!!!!!».

    - Интегра-сама! Ваш чай!!

    Не обратив внимания на то что голос принадлежит явно не Алукарду и тем более не Ди, Интегра вскакивает с кровати, хватает самую большую пепельницу с огромным количеством окурков и с боевым кличем открывает дверь. Гнев затмил очи Интегры. Хотя, возможно, просто ее очки остались на кровати и она не смогла отличить фигурку дворецкого от силуэта вампира (или дампира). В любом случае пепельница, полная бычков опустилась на побитую сединами макушку Волтера. Интегра на этом не остановилась. С криками « Я тебе покажу «Ваш чай!» Я тебе покажу «Интегра-сама»! Во как заговорил!» она перевернула поднос с чаем все на ту же многострадальную голову. Волтер покачнулся. Но Интегра не остановилась на достигнутом. Проявив удивительные способности штангистки, она схватила стол двумя руками и метнула его в дворецкого. Того снесло в коридор.

    - И не приходи сюда больше!!! – гордо вскинув подбородок, Интегра хлопнула дверью и плюхнулась на кровать с чувством выполненного долга.

    ***

    [Истинный Hellsing team]

     

    [Last Exile team] [Долой стереотипы! team]

    Литр валерьянки для меня - залог жизни для окружающих.

  • Цитата

    Самый мой любымый фанфик про Шрёдю....

    1944 г.

    Жар пронзает каждую клеточку тела. Невыносимая головная боль не дает заснуть, на руке ноет невероятно большой укус. Перед глазами мелькают отрывки из памяти…молния… стою на коленях у высокого кустика …тянусь…вскакиваю с кровати…

    Вскакиваю с кровати, вокруг меня стоят знакомые мне люди, если их конечно можно так назвать, все улыбаются, нет, это оскал. Голова снова закружилась, падаю на подушку.

     

    Рука тянется; какие красивые черные ягоды, много, много черных глаз… опускаюсь на колени…тяну руку…не могу.

     

    Приоткрываю глаза, больно. Каждое движение отдается глухим стуком в голове, эхо которого разносится по всем уголкам сознания. Поворачиваюсь на бок и начинаю кричать, кричу и не могу остановиться. Вся постель в крови… кровь везде, вся голова в бинтах. Откуда? Их же не было…

     

    Еще раз …ну же…рука хватает ягоды, земля исчезает из-под ног и я подаю в огромную яму… и где-то в самом глубоком ее месте виден красный огонек.

     

    Я упал на твердую каменную дорогу, которая вела куда-то в неизвестность.

    Поднимаюсь на ноги и бегу по ней. По бокам стоят люди, все каким-то образом друг другу помогают, спасают, молят о помощи. Дорога в Ад вымощена благими намерениями.

    Я бегу и не оглядываюсь, куда я бегу известно только Богу.

     

    Спотыкаюсь и падаю на камни…поднимаю голову, передо мной стоят два кресла: в одном сидит седовласый старик с жестким взглядом и молодой человек с золотистыми, как лучи солнца, волосами и глазами, из которых струится теплота и нежность.

    Снова перевожу взгляд на старика, смотрю в его глаза и опускаю свои в пол. То, что я увидел, поразило меня до глубин души. Я сидел на стеклянном полу, а под ним бушевало Адское Пламя. Мои глаза расширились от ужаса, а голос зашелся в немом крике.

    - Поднимись. - Прохрипел голос одного из мужчин.

    Преодолевая боль, я встаю и оглядываю эту комнату: огромный купол со стеклянным верхом, нет ни дверей, ни окон, а по бокам статуи различных святых и неизвестных мне чудовищ.

    - Глянь мне в глаза. - Голос прозвучал вновь.

    Смотрю в эти глаза, в них все: жизнь и смерть, молодость и старость, любовь и ненависть.

    - Кто вы?... Где я?... - страх сковал все тело, голос дрожит и по горлу как будто водят ножом.

    - Кто мы…мы Судьи. Называй нас так.

    Старик поднялся из кресла и начал свою речь:

    - Ты знаешь, почему ты тут? Ты спрашиваешь, где ты? Я отвечу тебе. Ты в Медиане. Преддверье Ада. Но понимаешь, ты единственный кто встретил здесь меня. Твоя судьба не похожа на судьбы других, ты можешь совершить великий поступок. Ты сможешь спасти миллиарды жизней. Ты сможешь понять, что такое Добро и Зло. Но сможешь все это, если будешь жив, а сейчас, в данный момент, ты умираешь. И спасти тебя можем только мы - Судьи. Только мы сможем помочь тебе проснуться. Но слушай, если ты не хочешь, то сейчас умрешь, и у тебя больше не будет выбора, а если согласишься, то получишь силу, которой нет ни у кого на вашей земле. Так что ты выбираешь?

    - Я… я…я хочу жить…- голова кружится и кажется, что мир завращался с небывалой скоростью, ноги подкашиваются, и я падаю на стеклянный пол.

    - Ты сам выбрал свой путь.

    Стены начинают трещать и по ним, как змеи, бегут трещины. Стеклянный потолок с громким хлопком лопается на мелкие кусочки, и они стучат о пол, падая. Статуи срываются со своих мест и начинают какую-то маленькую войну. В голове кружится одно слово: «Выбор».

    По комнате закружился какой-то дикий и необузданный ветер, подхватывая обломки статуй и осколки, он вращался по всей комнате, с каждым его дуновением мощь его становилась все сильнее. Через несколько секунд ветер стал подхватывать меня и изо всех сил кидать о пол. Сил бороться с ним просто не было.

    Я поднял глаза и увидел, что кресла и мужчины в них не сдвинулись даже на миллиметр, и на лицах их застыли странные эмоции: у молодого человека на лице сияло злорадство, а у старика - мировая скорбь и боль.

    Преодолевая порывы ветра, я бросаюсь к креслу молодого человека и держусь за него изо всех сил. Мужчина улыбается и тянет свою руку. Вот она помощь; протягиваю свою руку.

    Легкое прикосновение руки и сильнейший удар током. Меня откинуло от него на два метра. Ровно в центр зала. Седовласый мужчина поднялся. В его руке был посох.

    - Пора. - Он поднял над собой посох и ударил по полу.

    Трещины, словно серебряная паутина, прошлись по всей комнате и окружили меня. Стою и боюсь, что упаду туда, где черти ждут меня, где для меня уже готово мое вечное наказание.

    Легкое движение, и пол, словно снежинки, вместе со мной летит вниз, на званый бал к самому Сатане.

     

    25.09.1944

     

    Открываю глаза, надо мной сияет солнце, с деревьев слетают золотые листья, больше похожие на украшения, чем на очередную смерть, пусть даже такую маленькую, как смерть растения. Стою посреди улицы, меня обтекает толпа людей, все спешат по своим делам, все заняты и у них нет времени на других, и, в конце концов, где я?!

    Оглядываюсь и медленно впадаю в шок: за моей спиной во всей своей красе стоит Эйфелева башня. Голова закружилась, и я облокотился на какого-то прохожего, секунды за две качать меня перестало. Смотрю на прохожего, который меня подхватил. Земля снова уходит из-под ног. Что за день сегодня?! Рядом стоит седовласый.

    - Господи! - Непроизвольно говорю. - Что это? Почему я здесь?! Как я сюда попал?!

    - Мы дали тебе дар. Ты можешь сразу оказаться там, где хочешь, будь это страна или сон, неважно, ты окажешься там, куда стремиться твоя мысль.

    - Господи…я не думал, что это будет так.

    - Никто, кому мы давали подобный дар…Нет. Пока рано начинать этот разговор. Пока позволь мне тебе представиться: я – Регинляйф, официальный посланник бога. А того, второго, которого ты видел, зовут Гондул, и он, как ты догадываешься, посланник Дьявола. Ты заставил наших руководителей подумать над твоей судьбой. Они долгое время спорили, куда тебя отправить и, вообще, оставить ли тебе жизнь.

    Они оба знают будущее и понимают, что конец света не за горами, но ты можешь все это исправить или оставить, как есть. Все зависит от тебя.

    - Но что я смогу сделать?! Я всего лишь 14-летний мальчик! Как я, не пожив еще толком, могу спасти чужие жизни?!

    - Понимаешь…Мы хотели спасти мир еще раньше, и у нас был свой кандидат на твою роль, но, к сожалению, он выбрал Войну, а не Мир, как обещал. И зовут этого кандидата Максимилиан Монтана.

    - Майор…

    - Именно. Ты все прекрасно понимаешь. Он не только не стал спасать мир от конца света, он еще и стал его приближать. И пока ему это удается. Сейчас мы бросили все наши силы на то, чтобы остановить эту войну, и мы сможем ее остановить, потерпев поражение.

    - Но как я смогу что-то сделать?...

    - Время покажет. А сейчас: где ты хочешь оказаться?

    - Ну…я мечтал побывать там, где нет войны…

    Лицо старика стало маской боли. Я сразу понял, что такого места нет. Война идет везде. В каждой стране, в каждом городе, в каждом закоулке планеты, в душе каждого человека…

    - Прости Шредингер, но такого места нет… Давай отправимся в Ватикан? Или в Венецию?

    - Я могу быть везде?...

    - Да…

     

    25.09.1944

    Поезд. Купе.

     

    Люди с любопытными лицами склонились над мальчиком. Уже в течение суток он находился в бреду и, скорее всего, умрет. В течение нескольких часов он твердит о каких-то местах, в которых он может быть одновременно.

     

    25.09.1944

    Венеция.

     

    - Как здесь красиво! Кругом эти каналы, свежий воздух! Как я им завидую! - я прыгал по берегу и радостно пел, как вдруг Регинляйф схватил меня за шиворот и затащил в подворотню.

    - Что ты делаешь?! Ты бы еще спел немецкий гимн! Сейчас война, ты это понимаешь?!

    - Я забыл…

    - Забыл он! Боже… я с тобой говорю так, будто ты мой сын. - Он сказал это и тут же осекся.

    От этих его слов навернулись слезы. Сын. У сына есть отец и мать. Что есть у меня? Друзья? Нет. Родные? Нет. Счастье? Нет. Неужели я не заслужил хотя бы сотую часть этого?

    Я игрушка в руках великих правителей Германии. Их кошка, с которой они играют, когда им скучно. Но я не кошка. Нет. Я просто волчонок, которой жаждет мести. Я смогу им всем отомстить. Жди меня Максимилиан Монтана.

    Я иду.

     

    30.09.1944

     

    С шумным вздохом вскакиваю на кровати и оглядываюсь. В окно, несмотря на задернутые занавески, бьется солнце, и его лучи разбиваются о маленький столик, стоящий рядом, сквозь приоткрытую дверь видно, как изредка снуют люди, и слышатся голоса из соседнего купе. Перевожу взгляд на то место, где должен быть укус, но там только маленький шрам и все.

    Осторожно, сквозь боль, встаю с кровати и направляюсь к выходу. Мало того, что меня тошнит и качает, так еще и этот чертов поезд! Надеюсь, машинисту сейчас икнулось.

    Нужно пойти в туалет и умыться…боже как же меня тошнит…

    Ноги подкашиваются, и я подаю на пол. Где же все люди?... То бегали, то нет никого вообще…

     

    Молния. Ягоды, какие красивые ягоды! Так греют руку. Интересно, какие они на вкус? А почему бы не попробовать? Подношу ягодку ко рту и…

     

    - Эээх…- шумный вздох.

    Чертов поезд, качает еще сильнее.

    Уже не иду, просто ползу из последних сил. Ну, где этот чертов туалет?! Я скоро просто сдохну! И эти долбанные Судьи даже не помогают…

    Вот и заветная дверь! Приподнимаюсь на двери и висну на ручке. Мда. Сортиры здесь чистят крайне редко, но мне сейчас и этот подойдет. Кран… Холодная вода бежит в сложенные лодочкой руки… По лицу… как хорошо…

     

    Молния. Подношу ко рту и из ниоткуда выбегает стая волков! Волка четыре, и все готовы разодрать меня на куски. Виден оскал желтых зубов, на головах пятна крови, которые волки не смогли слизать.

    Из ближайших кустов выходит белый жирный волк, наверное, это их вожак. Остановившись на пару секунд, он делает прыжок в мою сторону. От страха сжимаю ягоды. Волк был примерно в пяти сантиметрах от моего лица, как передо мной появилось какое-то странное, чуть черное защитное поле. Волка, который коснулся его в прыжке, будто отбросило от меня.

    Он лежал на боку и тяжело дышал, высунув язык. Поднявшись, волк коротко взвыл, и вся стая стала как будто трястись в ознобе, и вдруг…

     

    Как мне надоело терять сознание…да еще эти сны. Нужно спросить у Судей, что они значат.

    Поднимаюсь и ищу зеркало. Где оно? Вижу на стене что-то покрытое пылью, подхожу и провожу по нему рукой. Вся ладонь оказалась в пыли. Интересно…

    Наконец, смотрю на себя в зеркало и понимаю, что все самое веселое еще начинается, все, что я видел и знал до этого цветочки, ягодки еще впереди. На моей голове выросли черные волчьи, а может и кошачьи, уши.

    Интересно, может у меня еще, и хвост вырос?! Усов мне еще не хватает, и все будет супер.

    Опять голова кружиться… опять…

     

    …И вдруг на месте волков стали появляться люди. На месте вожака, белого волка, стоял Монтана в белом костюме. За ним стояли все эти ублюдки: Ганс Гюнше, Зорин Блиц, Док, Рип Ван Винкль.

    Все они смотрят на меня глазами, полными крови. Первой из этого ряда выходит Зорин, размахивая косой. В руке ягодки, боже помоги. Осторожно размахиваю рукой и бросаю ягоды в эту кучу малу.

    Пять ягод летят к лицам противников. Первая ягодка попадает Зорин ровно в переносицу, она останавливается и рассыпается в прах. Та же самая участь постигла и Дока, и Рип, и Ганса.

    Пятая ягода, для Майора, уже почти попала в него, как он резко перехватил ее у своего лица рукой.

    Держа ее в руках, он улыбался и приближался ко мне медленным шагом.

     

    Опять лежу на полу. НАДОЕЛО! Надо же…голова не кружиться!

    И поезд остановился. За дверьми слышу голоса проходящих мимо людей. Совершенно нормальной походкой выхожу из поезда. В дверях столкнулся с Рип. Прошел мимо нее так, будто я - королева Англии.

    - Тебя, малявка, все ищут! Ты где был?! - Рип была очень зла и вот-вот бы бросилась на меня.

    - Я везде и я нигде. Я могу перемещаться, куда хочу никто мне не указ.

    - Не ври!

    - Я не вру!!! Я никогда не вру! - подскочил и дернул ее за косу.

    - Ах ты, гад! - Она схватила меня за уши и стала их драть.

    - ААА!!! ОТПУСТИ УШИ!!! - Вырываюсь и бегу к ближайшему лесочку.

    Прячусь в кустах и наблюдаю, как из товарняка выгружаются люди. Надо же! У нас, оказывается, так много людей было в лабораториях! И откуда только у майора столько денег, чтобы их всех содержать?...

    Рип - гадина. Отомщу. Я слышал, она нашла какой-то мушкет, и он ей очень нравиться. Что ж, используем новый дар. Купе Рип Ван Винкль… Купе Рип Ван Винкль…

    Открываю глаза, и… КУПЕ РИП ВАН ВИНКЛЬ!!!

    У стенки сразу замечаю мушкет, длиной примерно в два метра, а то и больше. Хватаю и думаю… куда б его теперь деть?! Отдам Гансу, тот сам ей вручит.

     

    01.10.1944

     

    Скучно в последнее время стало. Все ходят хмурыми и злыми. Неинтересно.

    Вижу, как по дороге идет Рип. Хех. За мушкет тогда чуть не убила. Интересно, а волосы ей не жалко? Хы.

    Подбираю с земли кусок смолы и перемещаюсь ей за спину. Осторожно налепляю ей на прядь и собираюсь исчезнуть как…

    - Попался поганец! - Она хватает меня за шиворот.

    Недолго думая, исчезаю из ее рук и желаю оказаться у нее за спиной. Оказавшись за ней, опять дергаю за косу.

    Эта игра в прятки заняла часа два. Потом я выдохся. Но и у нее уже сил драть мне уши не осталось. Отыгралась иначе - дразнит «кисой».

    Примерно через два часа майор позвал меня прогуляться. Если честно, то очень испугался. Он и Док все еще хотят ампутировать мне уши и глянуть, что же будет!

    Монтана начал разговор с того, что видел, как мы со Стрелком дурачились. Теперь я его личный гонец-посланец. Я сделал вид, что в восторге от этого.

    Так… Моя игра в шахматы началась. И пусть черные первые сделали ход.

     

    02.10.1944

     

    Грузят на подлодку. Боже за что?! Коты не любят воду!!!

     

    04.10.1944

     

    А еще, оказывается, у котов бывает морская болезнь. Брр…Тошнит.

    Лежу пластом и ничего не делаю. Почему, как и Зорин, мне нельзя залезть поспать в гробу?!

     

    02.11.1944

     

    У Макса день рождения. Он прожил еще один недозволенный ему год. Но ничего. Я все исправлю. За каждый прожитый им год я заберу у него по десять. Я сделаю все.

    Хотел подсыпать ему яду на вечеринке, но меня туда не позвали, сказали еще маленький. Гады.

     

    11.11.1944

     

    Земля! Боже! Земля! Я думал, что уже не дождусь!!! Прыгаю по берегу как умалишенный.

    Жизнь (Мхе) вроде бы налаживается.

    Глянул в воду и в отражении узрел что-то бледное и до ужаса худое. Вся наша команда шутит, что заставят меня есть фрукты.

     

    15.03.1945

     

    Я ожил после очередной взбучки и решил попробовать подшутить над Зорин. Она же ходит в весьма своеобразном наряде - форменные брюки со спущенными подтяжками и что-то типа купальника... Правда от нее не только акулы шарахаются, но Блиц это мало смущает. Да, так вот, я эти самые подтяжки прицепил к столбику ограждения нашего будущего котлована под бункер. А столбики опутаны километрами веревочек - разметка там достаточно сложная. И пока Зорин просвещала личный состав на предмет того, как и где надо косить траву и не беспокоить при этом всех и каждого (а ее за пять минут до этого потревожили от сладкого дневного сна под деревом), запустил в нее огрызком яблока.

    Эффект был еще тот... Зорин обернулась, от неожиданного рывка назад потеряла равновесие, шлепнулась сама и свалила столбик. Все это сверху накрыли многочисленные веревочки. И над лагерем поплыл многоэтажный мат. Я таких слов до того не слышал. Через две минуты началась коррида - Зорин с косой наперевес носилась за мной, а за ней тянулись мотки перепутанного шпагата.

    Коса, кстати, была из подручных материалов, мне лично напоминающих танковую броню, и очень острая.

    Так мы с ней бегали некоторое время, и вдруг я почувствовал необычный толчок…

     

    Молния.

    Держа ее в руках, он улыбался и приближался ко мне медленным шагом. Боже что делать. Больше у меня ничего нет! Отступаю назад и упираюсь спиной в дерево. Майор все ближе.

    Вдруг сзади послышался скрежет дерева. Я обернулся и увидел вместо дерева Гондула. Ну наконец-то!

    Что, что происходит?!

    Гондул хватает меня за шею и начинает душить! Пытаюсь вырваться, и ничего не получается, ну же…

    Руки Гондула начинают осыпаться и падать на землю корой дерева.

    …

     

    Стаю и вижу спины майора, Рип и Зорин. Для приличия кашлянул, все подпрыгнули так, будто за ними стоит динозавр.

    Рип, увидев меня, тяжело вздохнула и ушла, Зорин упала на землю и впала в истерику, а у майора глаза оказались на лбу.

    Оказалось, Зорин разрубила меня пополам косой. Я, конечно, понимаю, что разозлил, но что бы так?! И что же это получается?... Меня вообще нельзя убить?! Я так не играю! Тьфу ты. Мы так не договаривались!

    Разворачиваюсь и под завывания Зорин исчезаю.

     

    30.03.1945

     

    Скучно! Что за жизнь такая!? Мучить Зорин и всех остальных надоело. Да и слабость какая-то в последнее время появилась. Подходил Док, дал склянку с кровью… брр… это мне нужно пить?! ( Спрятал в холодильник).

    Припахали меня, Зорин и Рип работать в лаборатории с Доком… что ж, посмотрим, как долго они меня выдержат.

    В лаборатории меня вытерпели часа два от силы, потом у них нервы не выдержали. На прощание оставил Доку подарок, вылил какую-то гадость на документы. Так ему.

    От скуки отправляюсь в библиотеку. А что мне еще делать?!

    Единственное что привлекло мое внимание это фантастика, но ее единственный недостаток в том, что она на английском, и кое- где есть на испанском. Что ж, беру словарь в руки и вперед.

     

    19.07.1945

     

    В библиотеку зачастил Ганс. Прощай одиночество.

    Еще всем надоело то, что я постоянно свободен, и они пытаются меня приставить к какому-нибудь делу. Разогнались.

    Идиот я… Проболтался, что более-менее понимаю английский и испанский, так теперь меня заставляют их учить профессионально.

    Выпил ту склянку крови которую мне дали… Через 15 минут сел и нарисовал картину. Мда. Не знаю, были ли у меня в роду художники, но то, что я нарисовал, мне нравится. Теперь весь наш бункер обклеен моими картинами.

    Подслушал разговор Зорин и Майора. Говорили, что я слишком мягок к врагам и что им от меня, скорее всего, придется избавиться. Сижу и думаю…

    Осторожно сбегал к одной из наших братских могил и там насобирал фаланги пальцев. Пока занимался этим, два раза стошнило…

    Сложил из них свастику и все эту красоту наклеил на стену.

    Сходил в кабинет к Майору, сказал, что нарисовал жутко красивую картину, и что он должен обязательно на нее посмотреть.

    Узрев свастику, и то, из чего она сделана, Майор приобрел цвет штукатурки и сказал что у него много дел.

    Испугался. Так ему. Я только начал.

     

    Снова стою за дверью его кабинета и слушаю, о чем он говорит с Зорин.

    Хотят обучать меня вместе с остальными вервольфами. Ладненько. Для меня это только лучше.

     

    12.10.1945

     

    На закате вернулась машина майора. Капитан из машины буквально выполз, прижимая руку к животу, и велел звать Дока, срочно. В машине крови по щиколотку. Монтана живой и даже в сознании, но бледный до зелени. Плечо криво перевязано какой-то тряпкой, из-под которой кровь течет чуть не ручьем. Док как увидел, сам чуть в обморок не грохнулся. Тут же созвал всю толпу лаборантов, и те понеслись готовить операционную, прихватили и Капитана. Что будет - неизвестно. Но лагерь в тихой панике. Зорин, жутко матерясь, объявила переход на чрезвычайное положение и приказала занять круговую оборону.

    Рвусь в операционную и пытаюсь узнать, что с ним. Все думают, что беспокоюсь. Нет. Я хочу видеть, как сдохнет эта тварь. Я лично хочу закрыть его глаза.

    Пытался ворваться в палату, Рип не дала пройти. Высказал ей все, что о ней думал, получил затрещину.

    Сидим вместе с ней и плачем, я не знаю, почему плачет она, но я плачу из-за того, что знаю, он выживет.

     

    После 1945г. жизнь стала совсем пресной и еще множество лет я все пытался исправить, но у меня не получалось. И поэтому очень большое количество лет я выпущу.

     

    В последнее время совсем устал и уговорил Дока положить меня спать.

     

    25.07.1962

     

    Боже. Такое ощущение, что я не спал, а таскал мешки с картошкой. Интересно, а, сколько я спал… 17 ЛЕТ ?!

    Вытаскивали меня человек пять, и то мне было трудно ходить… какое-то странно ощущение от этой спячки…не нравится мне это…

    В течение месяца кормили на убой (фрукты и кровь, кровь и фрукты, если не станете бодрее, то полностью исключите фрукты).

    Мда. Как я и подозревал, гоняют по полигону.… Достало. Спать хоцца.

     

    Отпихиваюсь от них руками и ногами и отползаю в бункер, дальше спать.

     

    12.09.1975

     

    Проснулся сам. Бодр и резв. Благополучно узнал, какой год и ухмыльнулся. Проспал еще 13 лет. Недурно.

    Выхожу из бункера на улицу и впадаю в шок. На базе след огромного запустения и почти нет никого из людей.

    Поспрашивал что и как и узнал, что сегодня приедет Он.

    Жду.

     

    Некоторое время побыл в библиотеке, и, когда переместился на улицу, то на пригорке увидел главного монстра. Нужно сделать счастливый вид.

    - Майор, вы вернулись!!! - Тот лишь улыбнулся в ответ.

     

    Все начинается заново.

     

    24.12.1996

     

    Вечная жизнь утомляет. Особенно когда ты остаешься 14-летним мальчишкой. И с каждым днем я все больше и больше понимаю, я становлюсь таким же чудовищем, как и все остальные в Последнем батальоне.

    Рип сказала взять кое-что из архива, что, прочитать не успел - выхватила. Не буду больше помогать.

     

    15.10.1998

     

    Что-то в нашем мини-мире ужасов затевается. Начальство носится туда-сюда, нас гоняют по полигонам, и Док все чаще и чаще потирает руки. Шахматная доска начинает редеть от потерянных фигур.

     

    29.01.1999

     

    Всем этим глупцам вживили чип самоуничтожения. Так вам. В голове мелькнула мысль: ведь майору Док тоже что-то вживлял.… Наверное, такой чип есть и у него. Что ж посмотрим.

     

     

    25.06.1999

     

    Все начальство с утра уехало, оставив на хозяйстве Тубалкаина. Изрыл весь кабинет Дока, но коробочку так и не нашел…куда же они уехали… Интересно!

     

    05.07.1999

     

    Делать снова нечего, мало того, что за окном дождь, так за тем же окном носятся упыри. Идиоты.

    Впервые за многие годы сел к телевизору. Как назло, кроме новостей ничего не показывали. Уже думал выключать, как голос ведущего начал рассказывать о массовых убийствах в деревушке близ Англии.

    При этом журналисты прозрачно намекали, что убийства были с целью жертвоприношения или людоедства.

    Похоже, очень похоже на работу упырей.

     

    14.07.1999

     

    Начинается подготовка к новой войне.

     

    12.09.1999

     

    Все-таки телевизор и новости хорошая вещь! Показали, что в отеле Лио в Рио-де-Жанейро кто-то устроил резню, и теперь там добивают остатки спецназа и мирных жителей. Насколько мне удалось вспомнить - этот самый спецназ мы успешно перекупили у государства пару месяцев назад. Но кто в одиночку может всех их перебить? Кандидатура только одна...

     

    13.09.1999

     

    Оставили меня развлекать всех этих главнокомандующих некогда великой Германии. Теперь это всего лишь жалкие инвалиды-пенсионеры. А они все меня помнят… Я остался, каким был. Подонки.

    В окно вижу, как в небе плывет дирижабль. Майор вернулся. Откланиваюсь от этих старых пней, иду его встречать. В душе греется надежда, что он приехал в цинковом гробу.

     

    Стою у дирижабля…

    - С возвращением, Майор! Как прогулка по небу?

    - В этой дыре так тесно. Тубалкаина скушали.

    Стою и делаю вид, что в душе ничего не екнуло…он ведь считался лучшим…

    - Да? Я так и думал.

    Стою и толкаю речь, что лучше всего с этим справились бы оборотни. И меня уже стало нести не в ту степь, как меня остановил стоящий рядом Ганс.

     

    Провожаю Макса к сборищу пенсионеров. Надеюсь, там будет жарко. У самых дверей Монтана поворачивается и закрывает дверь у нас перед носом.

    Из-за двери слышаться отрывки фраз:

    «... тайный приказ №666... секреты генералиссимуса превыше всего...» Последний поворот и я слышу, как на майора орет кто-то из высших чинов: «простой майор СС действует как командующий!»

    Рип первой влетает в кабинет, за ней все остальные.

    Я влетаю в зал, и вижу, как офицер замахивается тростью на лежащего на полу Монтану. Надеюсь, что его добьет (Потом мне говорили, что в этот момент у меня было жутко зверское лицо). Через секунду полковник стоит и ошарашено смотрит на обломок трости у себя в руках. Рип никогда не промахивается.

    Мда. Упыри будут очень довольны сегодняшним обедом.

     

    Примерно через час майор позвал к себе в кабинет. Волнуюсь.

     

    - Шредингер! Заходи. Присаживайся. У меня к тебе задание. Сейчас в поместье «Крауни Хаус» происходит встреча Королевы, Хеллсинга и Искариотов. Мы тоже должны там присутствовать… но не в роли союзников. Ты помнишь сказку, в которой злую ведьму забыли пригласить на прием к королю и королеве?

    - Да…

    - Ты помнишь, что она сделала?

    - Да. Она прокляла их дочь. Я все понял.

    - Молодец. Сходи к Доку и возьми у него одну вещицу.

    «одной вещицей» оказался какой-то странный мини телевизор. Ладно. Что с ним делать объяснили. Остальное не мои заботы.

     

    «Крауни Хаус»… «Крауни Хаус»…

     

    Мда. Площадь одной комнаты приличная.

    Прямоугольный стол примерно персон на тридцать и во главе Королева. Красота конечно, но мне придется нарушить эту идиллию. Тихонько кашляю.

    Слева и справа на меня бросаются два человека. Поднимаю руки и говорю одну фразу:

    - Стойте! - Начинаю шагать по комнате. - Я специальный посланник. Я не собираюсь драться.

    Сэр Интегра. Хм. На самом деле горячая девушка. Тут же стала кричать на дворецкого. Нужно ее «успокоить».

    - Я везде и я нигде. У меня важное сообщение от нашего командира - Майора. Так что, пожалуйста, слушайте внимательно.

    Пытаюсь включить эту штуку, но почему-то работает только звук. На счет пира для упырей я похоже угадал.

    Увиденное приводит в шок, но надо держаться, надо даже смеяться…

    - Ха ха. Майор! Я вам даже завидую!

    Вникнуть в их разговор даже не пытаюсь, все равно ничего не пойму.

    На экране слышно, как Монтана щелкает пальцем, и упыри начинают жрать генералов… даже мне стало жутко. Нужно играть…

    - У вас там, похоже полно трупиков, Майор! Ух ты!

    Что-то мне не по себе. Интегра Хеллсинг вот-вот взорвется. Взорвалась.

    - Алукард! Виктория! Огонь!

    Монстр поворачивается и стреляет мне в голову…

     

     

    Молния.

    Отскакиваю и вижу что Монтана все ближе. Не знаю, что и делать.

    Пятиться некуда.

    Майор изо всех сил сдавил ягоду в своей руке. Та не выдержала давления и лопнула. Сок брызнул на пепельно-белый костюм, и стал его прожигать…

     

    Очутился в дирижабле у личного кресла Майора. Мда. А где же он сам?

    Провалялся в кресле еще минут пятнадцать, как минимум. И вот…

    Я не я буду, если ему гадость не скажу:

    - Сколько нужно времени, чтобы пройти по коридору? Я прошел весь путь до Лондона с огромным пистолетом во рту. Моя голова взорвалась и вот я тут. Может вам стоит сесть на диету?

    - Ха ха! Бездумный разговор.

    Сзади кто-то хватает за шиворот и поднимает.

    Док…

    - Уорент-офицер Шредингер! Разве я не говорил вам не грубить?!

    - Все в порядке Док. Он выполнил свое задание. Пусть делает, что хочет…

    Что хочу, значит…Я хочу увидеть твою смерть. - На лице кайф еще тот…

    Осторожно подползаю к его креслу и кошкой сворачиваюсь в ногах. Держи друзей близко к себе, а врагов еще ближе…

    Белый ферзь все ближе к черному королю.

     

    Сейчас первая черная ладья атаковала «Орел». Рип не знает, что ее ждет… Глупышка…А что если я попытаюсь оказаться в будущем? Получиться или нет…

    Попытался. Не вышло. Расстроился.

    - Шредингер.

    Поворачиваю голову и вижу Дока.

    - Вот тебе еще один экран. Отправляйся на палубу «Орла». Покажи все, что произойдет со старшим лейтенантом Рип Ван Винкль.

     

    «Орел»… «Орел»…

     

    Обломки корабля и куски горящего мяса… боже…

    Включаю монитор и показываю, как Самьель жрет Рип…

    Меня жутко тошнит…нельзя…

     

    Рип скоро умрет. Это видно. Майор, пожалей ее!!! Нажми на кнопку!!! Нажми!!! Ты - ублюдок!!!

    Из монитора послышались голоса:

    - Прощай, старший лейтенант Рип Ван Винкль…

    - Прощай.

    - Прощай Рип Ван Винкль.

    Прости, Рип.…

    Говорю:

    - Прощай Рип Ван.

    Возвращаюсь назад на дирижабль.

    Боже как мне плохо. Как можно быть таким чудовищем?! Регинляйф!!! Где ты?! Где твоя помощь?!

     

    Выхожу в коридор и наталкиваюсь на Дока.

    - Где ты опять шляешься Шредингер?!

    - Я выполнял свою работу…

    - Держи. – Протягивает бумажку. - Это план захвата Лондона: «Морской лев 2».

    Разворачивается и уходит.

    Опираюсь лбом на холодное стекло. Там внизу Лондон. Там внизу начинается река смерти. Там откроются врата Ада, и демоны бесчисленными легионами выйдут на улицы мирного города.

    Голова кружиться.… Только б не упасть…

     

    Молния.

    Сок брызнул на пепельно-белый костюм, и стал его прожигать. Так тебе Монтана! Я хочу тебя убить! Я хочу твоей смерти, чертов ты ублюдок!!! А как только ты умрешь, я займу твое место.

    Сок перестал разъедать Майора. Так гадко ухмыльнулся и стал двигаться на меня. Что!? Что происходит?!

    Отступаю, и вдруг, сзади меня падает гигантский камень. ЧТО ЭТО?! Поднимаю голову. С неба падают булыжники, и впиваются в землю, как клыки вампира в шею жертвы, оставляя кровавые раны, доставляя ужасную боль. Небо приобретает цвет крови, и в уже павшие камни начинают бить молнии. Земля трясется, и из нее вырываются острые, как шипы осколки, величиной со слона. Боже! За мной из земли вырастает гора!!!

    Хватит!!! СУДЬИ!!! РЕГИНЛЯЙФ!!! РЕГИНЛЯЙФ!!!

     

    Стою посреди уже знакомой мне комнаты. Пол в некоторых местах треснул и там видны как будто вырванные куски плоти. Кресла сломаны и их обломки валяются тут и там по всей комнате. Поднимаю голову. Потолка нет. Небо… Небо цвета крови…

    Из-за обломка кресла слышится тяжелое дыхание.

    - Регинляйф!!! Что произошло!? Ты ранен?! - Вместо бока кровавое месиво, из которого рекой течет кровь.

    - Зачем ты меня предал? Что я тебе сделал? – По старому лицу побежали слезы. – Зачем ты помог Гондулу? Ты же был моей последней надеждой. Зачем ты это сделал?

    - Что я сделал?! Скажи, я все исправлю! Скажи ты мне, наконец, что произошло?!

    - Гондул, благодаря тебе, получил перевес… Он атаковал меня здесь… Я умираю. Меня ничего не спасет. Знай. Если ты все исправишь, мы увидимся. Ты… ты…- Испустив последний вздох, старик умер.

    - Регинляйф, прости… Я понял, что я сделал. Я понял, о чем ты говорил.

     

    Стекло разбито, а я стою у проема, в который со страшной силой залетает ветер. Проклятье… Регинляйф…

    Исправлю. Отправляюсь в главную комнату на дирижабле.

    Майор толкнул речь:

    - Пришла ночь исполнения тысячи желаний! Добро пожаловать в ночь войны!

    Док достал книжицу, которую недавно дал мне.

    - Итак, господа. Карманное пособие «Операция: морской лев 2, высадка и уничтожение Лондона». Пожалуйста, взгляните на страницу три, раздел «Взрыв Лондона. Победа вампиров».

    Лазаю по собственным карманам и не могу найти ее.

    - Что-то случилось, уорент-офицер Шредингер?

    - Эээ.… Извините, я потерял пособие. – « Блин!!!!».

    - Вы безнадежны. Посмотрите вместе с капитаном.

    « Наша главная цель - уничтожить Лондон. Весь. Без остатка. Это дело нашей чести. Мы должны отомстить им за все, что они сделали…» И все такое или нечто подобное было написано в пособии. Мда. С такими напутствиями от Лондона мало что останется.

    Солдаты смотрят на то, что начинает твориться в городе и некоторые даже плачут от радости. Да они сумасшедшие! Как можно доверят этим двум умалишенным!? Док и Майор!!! Чертовы сукины дети!

    Атака на город началась. С дирижабля видно, как они толпами бегут по городу, убивают и жрут всех…

    В центре города, нарисованная огнем и кровью, пылает, словно адское пламя, свастика. Наш проклятый знак.

     

    Примерно в течение еще трех часов я просидел в ногах у майора и наблюдал за бойней, которая проходила внизу. Тот ужас, что я видел, приводил меня в шок, но я делал вид, что мне весело. Я делал вид, что счастлив.

    Рука майора опустилась мне на плечо и провела по шее и щеке. Кошка… Игрушка в руках высших чинов Германии.

    Так и заснул в ногах Майора. Во сне мне было жутко интересно, чем же закончится эта война и вернется ли к нам Зорин. Или она, как и Рип сгорит в этом пламени вечной войны.

    Во сне мелькали какие-то странные отрывки: молодой парень с косой (Волосы!), вампирша Хеллсинга, кричащая от боли (Кто-то лишил ее глаза), и Зорин, которая обзывает кого-то ничтожеством.

    Проснулся от того, что меня ногой пинает Док.

    - Что случилось? - Зеваю и потягиваюсь.

    - Ты должен любыми способами узнать, что случилось с Зорин Блиц. Мы потеряли с ней связь. Экраны кончились. Ты все должен сделать сам. Чего сидишь?! Вперед.

     

    Перемещаюсь в поместье Хеллсингов. Кругом трупы и куски снесенных стен. Зорин постаралась.

    Обследовал весь особняк, но Зорин с командой не нашел.

    Хм… как же узнать, что с ней… Точно! Ее иллюзии! Наверняка она их использует!

    Иллюзии Зорин Блиц… Иллюзии Зорин Блиц…

     

    Стою и вижу воспоминания из жизни какого-то парня. Надо же. Какая интересная была у него жизнь. Да и воспоминания у него объясняют все, что здесь произошло. Скоро этот паренек умрет. Я чувствую.

    Перехожу в мечты вампирши. Вау. Девочке по жизни не везет…брр…

    Зорин через чур сильно ее дразнит. Она перестает быть собой! Зорин хватит! Убей ее и все!

    А вот и Зорин. Теперь в теле этой девушки две души.

    - Ну что? Жива еще?

    - Шредингер?!

    - Не надо так удивляться. Я везде и я нигде. Майор отправил меня передать тебе: «Теперь дирижер вновь должен взять все в свои руки, раз его подчиненные так бездарны. Это чудовище, которое было Серас Викторией, больше не Серас Виктория. И в наказание за твой промах, ты должна справиться с этой вампиршей». Пока!

    Возвращаюсь на дирижабль. Еще одна черная ладья пала.

    - Майор! Зорин погибла! Прихлопнули, как муху.

    - Погибла, значит. Глупая девчонка.

    - Жестокий вы человек. Меняете людей как перчатки, без жалости и с боем ведете свои войска в ад.

     

    Внизу становиться все интересней.

    Бой Алукарда и Андерсона все более и более зверский.

     

    Если бы не полицейская, то Самьелю пришел бы конец. Хорошая она девушка…

     

    Андерсон мертв. Вся его жизнь вела к этому.

     

    С дирижабля вниз прыгнул Капитан. Прощай ферзь.

     

    Оборотень и вампир. Закляты враги. Два ферзя. Два козырных туза. Тубалкаину бы явно понравилось.

     

    Бездыханное тело Ганса падает на асфальт. Армия нежити Алукарда уничтожает всех солдат и упырей. Что ж. Так тому и быть.

     

    Как жарко. Открываю окно. Свежий воздух. Хорошо то как. Сзади кто-то с силой толкает. Изо всех стараюсь удержаться за выступ. Надо мной стоит со зверской улыбкой Док и бьет по пальцам. На глазах выступают слезы. Что я ему сделал?!

    - Так тебе! Спасибо, что помог мне.

    Как я ему помог?! Что он себе вколол?! Близ дирижабля ударила молния. Вместо лица Дока появилось лицо Гондула.

    - Я убью тебя, избранный. Ты сам уничтожил Регинляйфа, а он был твой единственный защитник. Я бессмертен здесь.

    Ты бессмертен здесь. Ты умрешь в Медиане, подонок.

     

    Эта комната. Третий раз ее вижу. Почему с потолка капает вода? Поднимаю голову. С неба идет дождь, дождь из крови. В комнате крови по щиколотку. С громким хлопком за спиной появляется Гондул и взмахом руки восстанавливает кресла.

    - Что тебе от меня нужно?! Зачем тебе эта война?!

    - Сядь. Если я захочу, то убью тебя силой мысли. А нужно мне от тебя только одно. Твоя смерть. А зачем мне нужна война? Чтобы показать людям, что не они самые лучшие создания Бога. Ты знаешь, как переводится мое имя? Гондул - оборотень, перевертыш. Меня презирали еще до того, как я родился. Еще бы! Моя мать, никогда не имевшая мужа, ушла в лес и, вернувшись через неделю, через 11 месяцев родила.

    После того, как она меня родила, я долгое время не мог сказать что-то по-человечьи. Я просто выл.

    Оборотень. Не человек. Зверь. Монстр. Изгой. Слуга Сатаны.

    И ты. Тебя даже не спросили про твои уши. Я дал тебе часть себя! Ты тоже стал перевертышем. А теперь, я дам тебе вечную ночь. Правда, луну не обещаю.

    Гондул встал с кресла и, вытащив из кармана скальпель, направился в мою сторону.

    - Мальчик. Стой на месте, и ты умрешь быстро и без боли. Ну, почти.

    «Регинляйф! Помоги мне! Дай помощь! Я знаю, ты жив. И я буду жить для своего великого дела. А потом я выберу верный путь и приду к тебе».

    В углу комнаты блеснул посох.

    На коленях, перебежками пробираюсь к углу. Гондул кидается какими-то огненными шарами и медленным шагом приближается.

    Зажался в этот угол и беру в руки посох.

    Сзади слышится какой-то лающий смех. Боже… спаси и сохрани.

    Поворачиваюсь и наугад изо всех сил бью посохом…

    По залу разноситься крик. Открываю глаза. Острие посоха попало Гондолу точно в переносицу и пробило ее. По лицу бежали ручьи крови, ручьи смерти.

    Ветер!!! За что бы уцепиться? Голос внутри: «Зачем? Тебе осталась последняя цель. Используй свой дар».

    Точно. Осталось одно. Подхожу к стене и прикладываю к ней руки: «Пора».

    Стены с треском падают. Свежий воздух ворвался. От ветра ничего не осталось.

    Надо же. Оказывается, здесь так красиво. Так много снега. А за снегом пустота.

     

    Снова эти горы, которые выросли из земли, и глыбы, которые падали с неба. Но теперь небо нежно голубого цвета и глыбы с горами как будто тают. Какой-то особый запах от этой воды. Но сейчас не до этого. Майор ослаб и прижимает руку к сердцу, при этом старательно отдаляется от луж с этой водой…

    Святой водой!!! Пахнет церковью, в которую меня водил когда-то Ганс!

    Подбегаю к луже и набираю в ладошки эту воду. От них как будто отходит какое-то сияние. Грааль.

    Теперь его очередь пятиться. Ну же! Испиваю из ладоней и иду к нему, старательно улыбаясь.

     

    Он подходит к краю лужи и уже просто покорно ждет своей участи.

    Подхожу и протягиваю ладони к его сердцу. Стой и молчи.

    Ладони касаются тела и Монтана, крича, отталкивается от меня и падает в уже довольно приличный ручей.

    На поверхность всплывает маленькая бумажка. На ней одно слово: «Шкатулка».

     

    Появляюсь в дирижабле. На площадке лежит тело Гондула. Залазаю в карман. Шкатулка…

     

    Майор сидит в кресле и кричит на подчиненных. Миллениум проигрывает битву. Наш дирижабль последний.

    Завидев меня, он обрадовался и чуток успокоился.

    - Шредингер! Сядь мне на колени!

    «Боже»…

    Залазаю ему на колени. Сейчас узнаешь все, старый извращенец. Игрушки тоже делают больно, а уж кошкам сама природа дала мини-лезвия для мести.

    Вытаскиваю из-за спины шкатулку и, глядя в его полные ужаса глаза, нажимаю на красную кнопку с именем «М.М.».

    Вскакиваю с колен.

    Максимилиан Монтана. Ты проиграл. Прах падает на пол.

    Дирижабль затрясло, как в лихорадке. В нас попало ракетой. За спиной вспыхивает пламя. Все бегают в панике и не обращают внимание на кучку пепла на полу.

    Я иду по коридору и даже не смотрю на языки пламени, которые бегаю по моему лицу и одежде.

    Я хочу домой… Я хочу домой…

     

    Старенький дом, на окраине какой-то деревушки.

    Вот он, мой дом. Я хочу к тебе Регинляйф. Война закончена. Я хочу к тебе!!!

    Ничего не получается.

    Где тут лезвия? Иду на кухню. Вот и ножи.

    Включаю горячую воду и подставляю под нее руки. Минут через пять провожу лезвием по венам. Отголоски боли по всему телу. В течение часа стараюсь себя убить.… Вместо руки фарш… Боль такая, что кажется, будто Ад живет во мне…Регинляйф…

    Регинляйф…

     

    Огромный светлый коридор. Бесконечный. Свет такой яркий. Вместо формы Гитлерюгенда на мне белый плащ.

    Голос:

    - Куда ты хочешь попасть? В Ад или Рай?

    Это же Регинляйф!!!

    Кричу и смеюсь:

    - Я ВЕЗДЕ И Я НИГДЕ!

    Конец.

    "Я не извращенка - у меня просто здоровый интерес!" (с)

     

    Упорство - достоинство не только ослов, но и некоторых индивидуумов.

  • Цитата

    Желтый дом Хеллсинга

    Из юридического документа.

     

    «…Я, Абрахам Ван Хеллсинг, передаю подвальную часть моего лондонского поместья под помещение психиатрической клиники доктора Грея. Доктор Грей обязуется выплачивать мне по три тысячи фунтов за полгода или класть эти деньги на мой счет в банке. Сделка проведена при содействии моего личного адвоката А. Врауне и адвоката мистера Грея - М. Лейбхена. Сделка считается действительной вплоть до нарушения одной из сторон вышеперечисленных условий или разрыва контракта с согласия обеих сторон.

     

    Сэр Абрахам Ван Хеллсинг.

     

    Подпись.»

     

    - Это еще что за чудо природы?

     

    - Вампир. Найден в подворотне в пьяном состоянии: нарвался на алкоголика, бедолага.

     

    Абрахм Ван Хеллсинг критически оглядел вампира, старательно пытавшегося сосредоточить взгляд на каком-нибудь предмете, но зрачки несчастного неумолимо тяготели к переносице. Копна черных волос и длинные руки-ноги дополняли странное впечатление.

     

    - Ладно, тащите его в подвал, там разберемся.

     

    * * *

     

    - Пустите меня! Я не псих! Я не хочу в лечебницу! Отвяньте от меня! - кричал Алукард (а это был именно он), тащимый санитарами по коридору.

     

    - Я тебе сейчас так !»№;%:, что ты так L:№%; и будешь потом так (?%:**7, что мало не покажется! – не выдержал сэр Хеллсинг, который выслушивал эти вопли уже около часа. – В палату его, и не забудьте пентаграмму на двери нарисовать!

     

    Так и попал Алукард под власть Хеллсингов, расплачиваясь тем самым за занимаемое в течении сотни лет помещение, используемые для отрезвления медикаменты и кровяной паек. С процентами сумма набегала немалая…

     

    * * *

     

    Из исторического документа.

     

    «…Хеллсинги выкупили больницу и стали использовать ее для своих экспериментов. В народе лечебницу называли Желтый Дом Хеллсингов…»

     

    * * *

     

    Душераздирающий вопль сотряс коридор. Алукард встрепенулся и по мере пускания кожаных ремней, прижался к стене ухом.

     

    - Еретики! Протестантские псы! Безбожники!

     

    Вампир нахмурился, пытаясь припомнить, где слышал это ранее.

     

    - Я напишу в Ватикан! Развяжется священная война! Еретики-и-и-и-и! – ревел басом голос. Слышалась возня и глухие удары.

     

    - Тяжелый случай. – Раздался голос потише – Считает себя посланником божьим и утверждает, что умеет летать с помощью бумаги.

     

    Алукарда осенила безумная догадка.

     

    - Андерсон, ты? – Крикнул он. – Давно не виделись, преподобный!

     

    - Еретики! Псы!

     

    - «Почем опиум для народа?» - издевательски процитировал вампир Ильфа и Петрова.

     

    - Кровосо-о-о-ос! Еретики-и-и-и-и-и!

     

    Где-то громко хлопнула дверь. Вопли утихли.

     

    Алукард, тяжко вздохнув, вернулся в прежнее положение, т.е. в положение прокапывания алюминиевой ложкой пути к свободе. Увы! Между ним и свободой находилась крепкая бетонная стенка.

     

    Но вскоре его вновь отвлек шум.

     

    -С..и! Б..ди! Мать вашу! И вашу! И вашу тоже!

     

    Алукард отложил ложку.

     

    - И твою! И мою!

     

    - Ян, не смей так говорить о нашей матери! – возмутился другой голос – Надо вести себя достойно!

     

    - Иди в з..д, Люк!

     

    - Сам иди!

     

    - Пшол на хер!

     

    - Заткнись, мать твою!

     

    - Ага! «Веди себя достойно, веди себя достойно…»

     

    - В разные камеры их.

     

    Поочередно хлопнули две двери.

     

    «А у них сегодня пополнение!» - удивленно подумал Алукард и с новыми силами взялся за ложку.

     

    Но тишина длилась не долго.

     

    Из подвала разносились тихие шуги в три пары ног. В полном молчании открылась и закрылась дверь.

     

    - Паранойя + галлюцинации. Сказал лишь только, что его зовут D. Разговаривает со своей левой рукой. Самое ужасное: она ему отвечает! – Как пушечный выстрел раздался в звонкой тишине голос доктора.

     

    Алукард косо глянул на стену соседней палаты, где должен был находиться D.

     

    « Вот только настоящих психов нам еще не хватает!» - раздраженно подумал он и принялся утоньшать преграду к свободе.

     

    * * *

     

    Первый шаг к всеобщему убегновению, сами того не желая, сделали санитары. На Новый год за примерное поведение они стали дарить своим подопечным подарки: отец Александр получил свой долгожданный керпичеподобный том Библии, Ян овладел столь же толстым словарем для изучения цензурной лексики, с которой у него были проблемы. Правда он заказывал себе «Майн камф», но медики, по понятным причинам, пропустили его желание мимо ушей. Люку, который тоже хотел прочитать (или перечитать) труд Гитлера, преподнесли «Капитал» Карла Маркса, чем тот (Люк, не Маркс) был чрезвычайно возмущен. D ничего дарить не стали, т.к. он наотрез отказывался говорить с врачами. Когда Алукарду предложили самому выбрать себе подарок он, уповая на то что у него достаточно сумасшедший вид, широко улыбнулся и попросил две ложки из нержавейки. Санитары, уже давно ко всему привыкшие, притащили ложки и вампир, с наслаждением отбросив свое 30 раз уже погнутое орудие, стал крушить бетон обновками.

     

    Эти мирные, казалось бы, события и приблизили великую бурю, названную позже Побег Из Желтого Дома Хеллсингов.

     

    Началось все, как ни странно, с отца Александра, которому грептило выйти отсюда и продолжить свою завещанную Господом миссию. Однажды, зайдя в его палату для ежевечерней проверки, два санитара заместо падре узрели в стене приличную дырку, ведущую прямиком в приусадебный парк (как Александр проделал столь колоссальный труд за столь короткое время, так и осталось загадкой). Поспешив следом, служители Гиппократа вскоре нагнали святого отца, движения которого заметно стесняла смирительная рубашка, пусть и с развязанными рукавами. Тот остановился, раскрыв Библию, стал читать своим преследователям проповедь. Санитары, почувствовав в себе безумное желание отбросить протестантство и вступить в католичество, смиренно возвели глаза к небу и встали на колени.

     

    - … учите доктрину, поцелуйте дитя, и да прибудет Свет с вами. – Закончил Андерсон и поочередно опустил том на головы санитаров. – Хотя пока придется полежать в потемках! – Хихикнул он и скрылся в ночи по направлению к Риму.

     

    Вторым дерзнул Ян. В тот же вечер. Почти в тот же отрезок времени.

     

    Медсестра разносила обед по палатам и вскоре настала очередь младшего Валентайна, которого сестра ласково называла милым, послушным мальчиком и искренне не понимала, за что же его упекли (не считая обилия пирсинга и кепочки с глазом). Заходя в его палату, чинно неся перед собой поднос, сестра милосердия широко распахнула дверь, забыв предварительно за нее заглянуть. «Милый и послушный мальчик», вооружившись своими новыми лингвистическими познаниями, легонько стукнул ее материальной формой этих познаний по голове, ловя одновременно падающий поднос. После этого Ян не спеша сел и перекусил своим стаканом крови, а заодно и стаканом Люка, присовокупив к этому оладьи сбежавшего Александра Андерсона, вытер руки и пошел выручать брата, т.е. Люка.

     

    Тяжелый запор скрипнул, представив на всеобщее обозрение Люка, вдумчиво читающего «Капитал».

     

    - Брат, встань пожалуйста, нам пора… Тьфу ты черт! – ругнулся Ян – Живо на выход! Ща, блин, амбалы придут, втык дадут! Начитался, называется, всякой хрени! – добавил он потише – Айда, оторвись от своего Маркса, нас в «Миллениуме» заждались!

     

    Старший Валентайн виновато поглядел на брата.

     

    - Ян, ты знаешь…

     

    - Нет, не знаю.

     

    - Я больше не пойду в «Миллениум».

     

    - Чего!? – не врубился Ян.

     

    - Я больше не фашист!

     

    - Чего!!??

     

    - Я коммунист. - Люк потупился и принялся изучать стратегически важные объекты каменного пола.

     

    - Идем, идем: проспишься, голову помоешь, кровушки свежей попьешь – пройдет! – увещевал младшенький Валентайн, ведя несчастного брата по коридору.

     

    - Надо делать революцию! Буржуазные элементы угнетают рабочий класс! – слабо сопротивлялся Люк.

     

    - Сделаем, браток, сделаем. И революцию сделаем, и Хеллсингов сделаем, и Ватикан сделаем – успокаивал его Ян, выводя из подвалов.

     

    Чувствуя, что остается почти один, Алукард заволновался.

     

    - Эй, выпустите меня! – крикнул он уходящим братьям.

     

    - Ага, щас! А ты потом на нас собак трави, пулями в нас серебряными стреляй… Жди! – гаркнул Ян.

     

    - Я тоже хочу проспаться! Я тоже хочу голову помыть и попить свежей кровушки! – не сдавался ампир.

     

    - А может тебе еще чаю и какаво в постелю? – гыгыкнул Ян и скрылся за поворотом.

     

    « Пролетарии всех стран, объединяйтесь!» - отдаленно послышался возглас Люка, и все затихло.

     

    «Вот мерзопакость!» - зло подумал Алукард, отметив про себя, что надо не забыть расквитаться с Александром и Валентайнами. Жуткая тоска навалилась на вампира, и он принялся с ожесточением доделывать дыру в стене. Оставалось какие-то 15 сантиметров до вольного воздуха и свободы от гнета Хеллсингов.

     

    - Эй, D, ты там? – громко спросил Алукард, пытаясь отвлечься от тяжких мыслей.

     

    За стеной что-то загадочно прошуршало и затихло.

     

    Минут через пять подвал огласил топот доброго десятка ног и ругань доброго десятка глоток. Видимо, санитары таки спохватились. Заметив, что почти все палаты пустуют, медики решили открыть соседнюю с алукардовой. Последовал скрежет двери и удивленный возглас того самого десятка глоток: палата была пуста. Вместо дампила на стене красовалась надпись (кровью, конечно), гласившая: «Здесь был D».

     

    Через 24 часа Желтый Дом Хеллсингов распустили. В его бывших апартаментах остался лишь одинокий Алукард. Интегре Вангейтс Хеллсинг было 12 лет…

     

    * * *

     

    Матерясь на жаргоне двадцатилетней и двухсотлетней давности, Алукард сладостно отбросил ненужную уже ложку из нержавейки. Оставался лишь сантиметр, и это расстояние легко было преодолеть несколькими пинками ноги. Но не может быть в жизни все так легко и просто! Только вампир приготовился пнуть стену, как его отвлек звук падающего в коридоре вентиляционного люка. Кто-то нервно дергал за ручку его двери.

     

    Алукард привычным движением сел на пол, широко расставив ноги, прикрывая дыру спиной, и притворился трупом. Вышло весьма правдоподобно, учитывая строгую диету, на которой от сидел уже 20 лет.

     

    Послышались голоса: детский и взрослый. Выстрел. Дверь распахнулась, и в камеру влетела тринадцатилетняя девочка в юбке и очках а пол-лица. Грянул второй выстрел. Кровь оросила пол и частично стены. Девочка вскрикнула и схватилась за руку. На пороге стоял усатый дядя с пистолетом, за его спиной еще трое-четверо. Усатый читал какой-то длинный, напыщенный монолог, но Алукард его уже не слушал. Он чувствовал только запах крови и дикое разочарование: «Я был всего в сантиметре! Может они все уйдут? За что? Что я такого сделал? Жрать охота! Кровь вкусная! Санитары – уроды: не кормили двадцать лет! Такая теплая, вкусная, вкусная…» Алукард оборвал свои мысли, чувствуя, что на него все смотрят и ужаснулся. «Что же я наделал!? Мать моя Кармилла!» Он стоял, сам того не замечая, посередине комнаты на коленях и с упоением лакал кровь с пола.

     

    - Живой труп! Живой труп! – завопили люди.

     

    - Что, Достоевского перечитали? – ухмыльнулся ампир – А я еще знаю «Идиот» и «Бедные люди» - это про вас, и «Записки из подполья» - про меня. И «Братья Карамазовы» - про Валентайнов. А еще «Преступление и последующее за ним наказание» - про преподобного Андерсона! А еще : «Кто не спрятался, того съем!» моего собственного сочинения!

     

    Кто не успел спрятаться, того он действительно съел, разорвав предварительно смирительную рубашку. Съел весьма не эстетично, но чрезвычайным аппетитом. Усатому оторвал руку, но чисто для порядка: нечего пистолетами размахивать!

     

    Девочка выхватила из оторванной руки пистолет и прижалась к стене. Алукард навис над ней как неизбежная кара судьбы.

     

    - Слушай, давай так: ты не дергаешься – я не больно кусаюсь. Ты смирненько лежишь – я быстро ухожу. Лады? – спросил вампир, нагло ухмыляясь.

     

    - Нет, не лады! Лучше: ты не кусаешься – я не стреляю. Ты отходишь на приличное расстояние – я опять не стреляю! – пропищала девочка тоненьким голоском.

     

    - Чего? Ты мной еще командовать будешь? – переспросил, нахмурившись, Алукард.

     

    - Я Интегра Вангейтс Хеллсинг, и не собираюсь подчиняться вампиру! Если ты сейчас же не уберешь свою нахальную морду от моего лица, я тебя так !»№;%, что ты так ;L:№%;, и будешь потом так (?%:**7, что мало не покажется!!

     

    - Отлично! Просто великолепно! Узнаю манеру Хеллсингов! – в сердцах воскликнул Алукард, мечты которого сыпались в прах, и встал на одно колено – Валяй, приказывай, хозяйка!

     

    - А тебя как звать-то? – спросила юная Интегра, опуская пистолет.

     

    - Алукард, как меня называл твой прапрапра….прадед, будь ему на том свете неладно! Приказывай давай, а то на коленках стоять надоело.

     

    - Ну… - задумалась «хозяйка» - Для начала кокнем дядю, а потом по обстоятельствам. Спасибо, кстати! Не дал погибнуть молодой жизни!

     

    - Да не за что. – Хмуро отозвался Алукард, прощаясь с мыслью о свободе – Пошли дядю убивать. Он вон уже куда уполз.

    [imperiumЪ TeamЪ]Space Wolf - Long Fang [Истинный HellsingЪ][Гонзовский HellsingЪ]teams
  • Цитата

    Я открыла глаза. Подумала. И решила закрыть. Голова болит…Да, не надо было так буйно праздновать окончание года…Так…кто я? Ага, вспомнила (сорэ ва химицу десу!))))…а вот вопрос где я…

    Так. Почему я в пижаме? В любом случае надо встать, ибо если я в пижаме, значит я не дома…или дома кто-то есть? Кого же я притащила по пьяни? Н-да, чем скорее узнаю, тем меньше проблем будет….

    Итак (барабанная дробь) предпринимаем героическое усилие….

    АААААААА! Моя голова…Только я могла умудриться треснуться башкой о крышку гроба…Так, я таки не дома…хоть одно обстоятельство выяснили… Так вот чем закончился вчерашний кастплэй…Но где они гроб откопали-то? Ага, вот именно, откопали.

    Как же оно открывается? А, вот…фухх. Сыро тут, и темновато как-то

    ТУТ? Это где? Круто…Ну и декорации, прям самый натуральный не силиконовый подвал!

    Хлопнула дверь. Я обернулась. Вошел…офигеть! Бернадотте! Ну а у кого ещё есть пластрь и рыжая коса и нет одного глаза?

    О Боги! Ну и где, скажите пожалуйста, моя хвалёная наглость, когда она нужна?,…Вероятно, это от шока. Я залилась краской(не зря для кастплэя училась!) и скромно потупила очи. Лучше бы я этого не делала!

    Пижама…она…была...розовая…с бантиками…с сердечками…ФУУУУУУУУ!!!!!!!

    Такого визга история ещё не знала! Сейчас, спустя многие годы, я вспоминаю этот вопль с гордостью! Но тогда…я, забыв обо всём на свете, содрала с себя это мерзкое исчадие попсы.

    А не стоило мне забывать обо всё на свете. Ошалевшее от моего визга тело у двери теперь ошалело окончательно.

    Снова с визгом, но теперь уже чуть потише, я замоталась в первое попавшееся под руку. Им оказалась розовая простыня. Ну, снять её с себя оказалось не так сложно, как пижаму, но возникла уже другая проблема – а что дальше? В результате я таким весёлым методом перерыла весь гроб. В конце концов на мне было серо-зелёно-буро-непонятное одеяло, ещё и колючее скотина!

    Тем временем тело с косой успело очнуться. Теперь оно стояло с наглой лыбой и смотрело на меня.

    - Тебе очень идёт, девчушка! Только осторожно, девчушка, это одеяло сползает, если его не держать!

    Я начала злиться. О, добро пожаловать домой, моя родная и любимая наглость вернулась. Вот гад, он что всегда так с ней? Ну-ну, посмотрим…

    - У тебя ткань на штанах крепкая?

    - ….?!(капелька у виска )

    - У тебя ткань на штанах крепкая? Смотри как бы не порвалась, - тебе ещё в казарму через весь особняк шуровать, а без ширинки это не очень удобно…наверное…

    - Чтоооооооо????!!!!

    -Что слышал! А ты думал, ты здесь единственная наглая рыжая морда?

    Тело снова стало телом. Т.е. бухнулось в обморок. Какой-то он впечатлительный сильно как для наёмника… Чёрт, а если его и впрямь кондратий хватит? Мне ж Интегра голову оторвёт, а я ещё регенерировать не умею, и вообще, самой потом жалко будет, я ж люблю его...вроде…

    Присаживаюсь на корточки. Не, так не удобно. О, опустимся на коленки. Так. Сердце вроде бьётся. А сердце слева? Да, точно, слева, только где у него лево? Ладно, следующим пунктом…ой, кажись не дышит! Какой, оказывается, чувствительный, один раз обломали - и всё, не дышит!

    Мама! Я убила Бернадотте! Надо что-то делать…может, искусственное дыхание? Надеюсь, у него насморка нет. Наклоняюсь. Блин, а это сволочное тело таки было право - -одеяло сползает…Как оно делается? Ага, вспомнила... Кто бы мог подумать, я ещё умею смущаться, даже с включённой наглостью…

    Хитрая наглая рыжая морда!!!! Я, понимаешь, честно пытаюсь спасти его грешную жизнь, а он ещё и пристаёт ко мне!!! Короче , это …гм, ладно, меня поцеловала. Я попыталсь отскочить, но споткнулась об нечто( по-моему, это была его лапа), и плюхнулась задницей на подушку и треснулась головой о гроб.

    Тело уже очнулось и быстренько поднялось. Вооот симулянт!.. Подошло ко мне и подало руку.

    - Вставай, Интегра вчера сказала всем быть в 10 у себя в кабинете…

    Ага, так я и дала ему лапку! Они у меня заняты были – одной я держала одеяло, другой держалась за подушку. Ладно, изобразим шок.

    Луп-луп. Сидим с открытым ртом и смотрим.

    Пип вздохнул, подошёл ко мне, поднял за плечи и поставил.

    Yes! Кажется, он не заметил угрозы. Итак, приготовились….

    Бах!

    А-ХА-ХА-ХА! Я мстю и мстя моя страшна! Три удара подушкой по голове – и Пип покинул моё территорию. Но во мне проснулся охотничий азарт.

    Представьте себе картину: подвалы особняка Хеллсинг. Сыро, темно, тихо, мирно. И тут из-за угла выбегает Пип, а за ним я и ко всему, похоже , в виде Виктории, одной лапой держу одеяло, а другой тащу за собой подушку…

    Самым сложным было не пропустить поворот и не втемяшиться в стену на полной скорости.

    Ну, ну же, ещё пару метров и моё страшное оружие возмездия похлеще базуки достигнет его головы…поворот, ещё один, развилка…Стоп. Куда он делся? Блин, я ж здесь не ориентируюсь…у вообще не представляю где я. Позвать, или чего мне ещё остаётся делать?

    - Пип! Пип! Ты где?

    Молчание.

    - Пип! Я больше не буду бить тебя по голове подушкой! Чесслово!

    Молчание.

    - ПИИИИИИП! Я ж не знаю выхода отсюда!

    - Меняю выход на поцелуй.

    - Иди гуляй!

    - Как скажешь.

    - Нет!.. Стой , подожди.

    - Повторяю своё предложение.

    - Может , в щёчку?

    - Неа!

    - Ну Пип!

    - Или – или, не хо – не на, хади галодный!

    Перспектива шлятся по подземельем показалась мне черезчур не радостной. И вообще, какого чёрта! Ну его на фиг!

    Тяжкий тоскливый вздох:

    - Хрен с тобой, вылазь…

    Нос с пластырем, а за ним и всё остальное переместилось из-за левого(а какого же ещё?) поворота поближе. Поближе ко мне, но подальше от подушки.

    - Ну и где обещанный поцелуй?

    Я вздохнула и закрыла глаза.

    Хм, а мне понравилось. Пип тем временем обнял меня одной рукой за талию...второй...интересно, а когда ему надоест? Или он так долго может? А, ну да….

    Бах!

    - Эй, ну ты же обещала!

    - Ну так мы договаривались о поцелуе, а не о твоей лапе на моей заднице! Следи за руками! И вообще, давай, выводи меня отсюда!

    - ….ну ладно, пошли.

     

    Далее рассказ должен был бы от имени Интегры, но ей лень, так что он не закончен. Всю критику, пожелания, впечатления и предложения по продолжении. Прошу оставлять в комментах.

     

    взято с http://www.diary.ru/~Reen/

    Великий Магистр Ордена Полосатых Носков и Арахнофоибии

    всё равно:Хаос.

  • Цитата

    Вот. С этого фика началась моя любовь к Хеллсингу.

     

    Автор: дочь Алукарда

    СВАБДЯ!

    Начало: Автор сидит в бронежилете, в маленькой, бронированной комнате, весь в крестах, на двери в комнату пиктограмма (от вампиров и демонов) и созерцает резиденцию Хеллсинг через пули не пробиваемое стекло.

    Посреди трапезного зала (где недавно проходило день рожденье Алукарда.)

    на коленях стояли Виктория и Бернадотте. Перед ними стояла Интегра, Волтер который придерживал ей челюсть, и Алукард с тысячею выпученными удивленными шаралупиками. До моего острого слуха доносятся следующие фразы. Так, по всей видимости, это говорит Целас.:

    - Ну, тут такое дело, в общем, мы с Пипом хотим обвенчаться.

    Присутствующие отдирают челюсти с пола.

    - Да, и Викуська ждёт ребёнка.

    Викуська и Пип мило улыбнулись.

    Интегра упала в обморок. Алукард просто расплылся, Волтер побежал за валерьянкой себе и леди Хеллсинг, и за кровью смешанную с собачей микстурой от бешенства для лорда.

    Леди Хеллсинг после полуминутного нюханья нашатыря, заботливо принесённого Волтером, очнулась. Алукард частями собрался. Волтер, хоть и держался за сердце, всё же стоял на ногах.

    - И как скоро нам ждать прибавления? - поинтересовалась Интеграл, всё ещё нюхая нашатырку.

    - Ну, вы, я думаю, заметили, что в последнее время я не ходила на задания, и очень сильно поправилась?

    - Да уж, заметили, как тут не заметить - сказали Волтер и Интегра, рассматривая надутое пузо Виктории.

    - Я же говорил что это не я! - обрадовался Алукард, - это она с Бернадотте!

    Пока Алукард прыгал на заднем плане с выкриками " мне алименты не платить" выяснилось, что Целас родит через недели две.

    Интегра Вин Гейтс вытирает слезу умиления, Волтер с распростёртыми объятьями "повзрослели"

    Тут в зал врывается Андерсен.

    - Ага! Вот вы и попались, еретики! - замечает огромную животяру у Виктории - поздравляю, ты даешь начало новой жизнь, дочь моя, за это я тебя не убью.

    Все молча смотрят на Александра. Целас вновь нарушает тишину:

    - Леди Хеллсинг, а можно выйти замуж прямо сейчас, священник есть, кольца есть, любовь есть. Ну, можно-можно-можно?

    - Падре, обвенчайте молодых людей.

    - Я этого никогда не сделаю, мне ненавистно это дело!

    Из своего убежища вылезает автор с белым флажком, и кричит в громкоговоритель:

    - Врёте, падре Санчо!(уклоняясь от клинка)не хорошо! Я вот тут вашу анкетку изучала, когда вы на пробы в Хеллсинг ходили, так у вас тут написано. (снова уклоняясь от клинка, ещё активнее начинаю махать белой, занюханной тряпочкой) Цитирую "Мечта: Обвенчать какую-либо пару влюбленных."А вы говор..

    Автор поспешно скрывается, бросив белый флаг перемирия и плотно закрыв за собой дверь, в которую уже через секунды прилетают два огромных ботинка, а после и весь запас туалетной бумаги пришпиливается к двери ножами.

    - Э-э-э, мелких и назящих просим помолчать, - обращается Интегра к автору.

    Автор, не рискуя вылазить из своего укрытия, говорит в микрофон:

    - Так, некоторым я тоже советую помолчать! Я могу вам там с Максвеллом утроить лубовь!

    - Извращенка малолетняя! - леди Хеллсинг направляется к моему убежищу. Но нам не страшен серый волк, у нас домик как у третьего порося, из кирпича! А что это Андерсон покраснел, и заковырял мраморный пол босой ножкой. Человек, в которого была брошена обувь, вновь подал голос.

    - Падре! Не зарапайте казённые декорации!

    Все злобно смотрят на автора, та смущенно замолкает. А мы продолжаем.

    - Ну, допустим, я ОЧЕНЬ хочу вас обвенчать - начал Андерсон.

    - Ну, дык какие проблемы? Ща мы всё быстро организуем. Интегра поворачивается к Алукарду, который всё ещё прыгает, и Волтеру, начинает по-хозяйски отдавать приказы.

    - Так, Волтер, мы с тобой свидетели, Алукард, организуй нам глюки, типа мы в церкви.

    - Но!..

    - я говорю "типа" , а не в церкви. А сам переодеваешься в маленькое розовое платьице и набираешь в саду роз. Будешь идти перед молодоженами, и забрасывать их дорогу лепестками. Через полчаса всё было сделано.

    Интегра в платье, Волтер в смокинге и галстуке с крайне интересным узлом (не иначе как взял почитать у Алукарда книжечку, подаренную искариотами). Алукард стоял в сторонке и тихо что-то говорил. А так как мы в своей программе не цезурные слова не используем, будем считать, что лорд просто молчал.

    На вампире была красная балетная юбочка, (страшное зрелище скажу я вам) и красные балетные чешки. Розовое он на отрез одевать отказался.

    И вот, наконец-то звучит вальс Мендельсона, появляется сначала Алукард в красном балетном платьице, закрывая, тем самым молодожен. Подкидывая розовые лепесточки, Алу идет с миной на лице. Интегра посылает своему подчиненному в чешках некие сигналы. Тот таращится на неё:

    - Подпрыгивай, дебил! - слышится зловещий шепот леди Хеллсинг

    Алукард начинает подпрыгивать. В следующее мгновение с потолка начинает сыпаться штукатурка, начинают качаться люстры и убежище вместе с автором. На полу за вампиром остаются весьма эффектные следы.

    Дверь авторского убежища открывается. Все, за исключением молодожён и Волтера ломанулись именно в этом направлении.

    - Держись, маленькая скотина, ты мне ответишь за Максвелла!

    - А мне за балетную юбочку!

    - А мне за... - Андерсен понимает, что бить меня не за что и отступает.

    Автор, быстро взяв себя в руки, захлопывает дверь перед носом свидетеля и Алукарда в чешках. И уже из бункера доноситься песенка "Нам не страшен серый волк, серый волк, серый волк..."

    Алукард и Интегра огорченно отступают. Церемония бракосочетания продолжается.

    - Готов ли ты взять в жены Целас Викторию?

    - Да!

    - А ты готова взять в законные мужья Пипа Бернадотте?

    - Да - Виктория от радости завизжала.

    - Можете поцеловаться.

    Целоваться они поцеловались, но для полного счастья беременная Викуся укусила Пипа.

    - Мы теперь никогда не расстанемся!

    Все смотрят на эту душещипательную картину. Интегра пустила слезу, Волтер смотрит взглядом полный умиления. Около алтаря сидит Алукард, в юбочке и чешках, в обнимку с корзиной роз, и шмыгает носопыркой.

    Все так увлечены зрелищем, что даже не замечают как автор, вылезая из бункера, тихо и незаметно сваливает.

    Но не все. Андерсен узрел своего врага, и скороговоркой выговорил:

    - Объявляю вас мужем и женой!.. теперь - папа Саня оглядел всех многозначительным взглядом и повторил - а теперь идём мочить эту мелкую гадину!

    Автор, понимая, что это её сейчас порвут в клочья, в несколько раз ускоряет шаг. Звонок в дверь. Автор:

    - Я открою,- пулей метнулась к двери. Распахнув ее, видит модного пирсингованого Яна.

    - Привет браток! - делая 32зубую улыбку, говорит автор.

    - Какой я тебе на %*:? браток!

    Автор гордо показывает две дырки в левом ухе.

    - О! Своя!

    Тут двери достигают и все остальные участники шоу (без молодожен, конечно же!). Автор скрывается между упырями. Люк:

    - Алик, мы типа за баблом пришли, ты нам деньги за патроны не отдал.

    Алукард появляется в красной юбочке. Братья в осадке.

    - Пацаны, отдайте свинью вон ту!

    - Сначала деньги и мы уходим.

    Раздается голос автора " А мы уйдем на север, а мы уйдём на север, а мы уйдём на се-е-е-е-е-евер! (типа из мультика про маугли)

    Ян вступается за автора.

    - Свинью не отдадим, она смешная, а вот деньги нам нужны. "Свинья" радостно лыбится.

    - Я вас перестреляю - пытается достать шакал, но тут же замечает, что автор машет ему обоими револьверами.

    - Доберусь - загрызу! - кричит Алукард мне.

    Автор ,напуганная смывается в танк.

    - Алик, короче, отдаешь деньги, и мы вас не трогаем.

    - Без пантов, но свинью всё же отдайте.

    (Хрюканье из танка) - Не отдавайте меня! Я вам ещё пригожусь!

    - Не отдадим! - уверяет Ян.

    Миллениум уезжает. На последнем танке сидит автор и, желая любви молодожёнам, машет всем пистолетами Алукарда.

    *************************Happy End****************************

    "My best weapon is my mouth... and I've got a microphone!!" B.M.
  • Цитата
    • Автор

    Это не фан-фик.Это небольшой стих.

     

    Возможно, если б я была мужчиной,

    Влюбилась бы,наверно,В Интегру,но

    я люблю,конечно,Алукарда.Мужчина-

    просто идеал.Длиноволос,высок и строен.

    А посмотри в его глаза.Заглянешь в них-

    и ты утонешь.и невернёшься ты оттуда

    некогда.Вампир он?Чтож.Вампиров

    в жизни много.Пусть кровью не

    питаються они,но вызвают ещё

    больший страх,тревогу,чюжие

    души низвиргают до земли.

    Его же цель гуманна и прекрасна.

    Он плоть свою идеей покорил.

    Он хладнокровен,но не чюжд

    Он чювством- Викторию из мёртвых

    Выскресил.Непостежимы все загадки

    мира.Пусть кто-то принца ждёт,

    А я вампира!

  • Цитата
    • 2 недель позже...
    • Автор

    Комната в розовых тонах предстала передо мной. Помещенье было очень плохо освещено.в конце комнаты стояла двух-

    спальная кровать. Громадное кожаное кресло стояло возле двери.На кровати лежала скрюченная фигура Интегры.

    - Эстер, подойди сюда .-сказала Глава Организации Хеллсинг слабым голосом.

    - Да...

    Я подошла в притык к Хеллсинг. Девушка была в холодном поту и постоянно вздрагивала .Она была закутана в тёплое пуховое одеяло.

    - Эстер, как видишь ,я умираю.

    - Вижу .-Сказала я подовая Интегре очки .Но...нечего нельзя изменить?

    - Нет Эстер ,нечего.

    Я опустила глаза и начала тихонько всхлипывать. Интегра схватила меня за юбку. Хеллсинг немного приподнялась.

    - Эстер ,тебе всего 13.Но...обещай, когда тебе исполниться 18 ты будешь полноправной хозяйкой Хеллсинга .Тебе будет принадлежать всё Алукард , Волтер ...Всё. Клянись ,что ты будешь хорошо управлять организацией Хеллсинг .

    - Но...- Я немного замялась.

    Интегра ещё сильнее вцепилась в мою длинную юбку.

    - Эстер, Клянись!

    - Клянусь ,я буду управлять Хеллсингом ,настолько хорошо...Сколько позволяют силы .-Сказала я кладя правую руку на сердце .

    - большое спасибо.

    И только я заметила. что в комнате некого нет .Кроме меня и Интеграл .Я немного растерялась.

    - теперь... Интегра сделала паузу. - Можешь идти.

    - Спасибо. - Сказала я кланяясь девушке..

    Я вышла из комнаты. Возле двери стоял скучающий Волтер, которому очень интересно, что происходило за дверями.

    Волтер мне поклонился. Я ему в ответ.

    - Ну...-Волтер немного замялся. -что вам сказала госпожа Интегра?

    - Сказала, что теперь я хозяйка Хеллсинга.- глубоко вздохнув, сказала я.

    - Да?!- Т.е правда?

    - Да Волтер, правда . Мне так будет одиноко без Интегры. Она мне заменяла родителей.-

    Я опустила глаза.

    - Мне тоже.- хмыкнул Волтер.- я её воспитывал с десяти лет.

    - Да...Волтер, я пойду...- сказала я идя, по длинному коридору

    .- Нет ,не может быть такого, Интегра умирает .Я...буду править Хеллсингом .Зато будет возможность поиздеваться над Алукардом.- казала я, заходя к себе в комнату.

    Огромная комната голубого цвета. В конце комнаты – двуспальная кровать с пологом. По всей комнате были развешены гобелены. В окна был виден прекрасный сад. Синяя софа стояла возле двери. И большой шкаф.

    Я быстро скинула с себя чёрный пиджак и легла на софу. Полежав так пол часа. я встала и направилась к другому окну.

    - Хм.. -Я задумалась-. Сегодня прекрасный закат.

    Стук в дверь.

    - Да, заходите.- понизив тон сказала я.

    Эта таинственная личность зашла и немного закашлялась.

    - Да заходите же.

    Моя интуиция мне подсказывала, что это Алукард. Только этот вампир может так искуссно подкрадываться.

    - Эстер, вы должны сходить на ужин и сказать им о Интеграл.

    Я медленно повернулась. моя интуиция меня не обманула. Это Алукард.

    -Хорошо ,я через пять минут спущусь.- буркнула я.

    Алукард быстро выскочил из моей комнаты. Оставив открытую дверь. Я подбежала к двери и крикнула ему в след.

    - Лифтер!!!

    Закрыв дверь я

    Я вышла в коридор .Там стоял Вампир оперившись о стенку и чего-то ждал

    - Кого ты ждёшь?- Спросила я у Носферату.

    - Я...-Алукард сделал паузу.- Вас Эстер.

    Я покачала головой.

    - Ну спасибо.

    Мы вместе с Алукардом направились в столовую. всю дорогу он молчал .Я постоянно на него поглядывала . Его глаза были устремлёны

    Куда-то вперёд. Неожиданно наши глаза встретились .Холодный и безразличный взгляд. Я опустила глаза.

    - Алукард, наверное, не хочет расставаться с Интеграл. Я тоже. Но...что поделаешь.

    про себя думала я.

    Мы спустились по лестнице на первый этаж. Я морально готовилась.

    Мы подошли к двери столовой. Носферату открыл дверь.

    - Алукард иди, я немного постою.

    - Хорошо.- Сказал вампир, заходя в столовую.

    - Там всё равно мало людей будет .Так что…это будет не сложно.- Сказала я заходя в столовую.

    Когда я зашла, меня охватил панический страх . За длинным столом из красного дерева сидела вся организация ,,Хеллсинг``. Они разговаривали между собой. А когда я закашлялась вся организация перевела на меня взгляд и тут же замолчала. Я покрылась холодным потом.

    - Хеллсинг!!- Крикнула я сделав паузу.- Интеграл умирает. И… Интеграл попросила чтоб когда она ушла, я стала управлять Хеллсингом.

    Мой взгляд упал на Алукарда , который улыбнулся и с интересом наблюдал как я мучаюсь. В этот момент мне захотелось его мягко говоря пристукнуть.

    - Я пока что не полноправная хозяйка организации ,,Хеллсинг`` когда мне исполниться 18 я стану полноправной хозяйкой.- Это всё… - Сказала я, уходя из столовой.

    Закрыв дверь я услышала голоса доносящихся из столовой.

    - Она ещё совсем молода, чтоб управлять Хеллсингом.- доносился голос одного из солдатов.

    Я встала на колени прислонилась к двери и начала слушать.

    - Да… - Протянул Пит.- Мне кажется, что это возможно. С её-то характером.

    Я слышала, как хихикает Носферату.

    Я обернулась и увидела Волтера, который наклонялся ко мне.

    - Ну, как, Эстер? – спросил дворецкий улыбаясь.

    - Как сказать… - хмыкнула я - интересно, что обо мне думают солдаты и Носферату.

    - И что же? – ещё шире улыбнулся мне Волтер.

    Я встала с коленей.

    - Солдаты думают, что ещё сильно маленькая, чтоб управлять Хеллсингом, Пит, думает наоборот, а Алукард даже не знаю. Слышу его смех.

    - Кстати… - Волтер сделал паузу.- Вас и Алукарда звала леди Интегра.

    В столовой послышались шаги и звуки отодвигающихся стульев. Вся организация,, Хеллсинг`` собралась уходить.

    -Хорошо Волтер. Я с Алукардом сейчас к ней зайду.

    топот прекратился, я зашла в столовку. В конце столовой стоял Алукард и рассматривал картину. На которой были изображены Я и Интеграл. Этот момент был запечатлен на мой день рождения.

    - Алукард, нас зовёт Интеграл.- Сказала я глубоко вздохнув.

    Носферату повернулся ко мне и смотрел на меня молча равнодушным взглядом.

    - Хорошо. – сказал вампир подходя ко мне.

    Мы дуэтом отправились к Интеграл. Я постоянно чувствовала на себе взгляд Алукарда. Я не осмелилась взглянуть ему в его красные глаза. Я боялась утонуть в его глубоком взгляде. В этом вампире есть что-то особенное. Но что?- спрашивала я у себя.

    - Не может быть, чтоб я подчинялся этой девушке? – она, не заменит мне Леди Интеграл. Хотя…Алукард нахмурил брови.- Кто знает? – Думал вампир поглядывая на меня.

    За этим прекрасной ,,парой`` шла Сарас. Которую кстати, некто не звал. Наконец мы пришли в спальню к Интеграл.

    - Эстер, Алукард подойдите ко мне.

    Мы повиновались Хеллсинг.

    - Эстер, Алукард я вам ещё не всё рассказала. Я уже сказала, что ты будешь руководить Хеллсингом. Вот официальная бумага, которая подтверждает мою волю. У тебя, Эстер, есть все данные, чтоб стать замечательным руководителем организации. Но… тебе нахватает опыта. И поэтому прислушивайся к советам к Волтера и Алукарда. Ты же понимаешь, что я не могу их назначить твоими официальными помощниками. Не могу… Волтер…конечно мудрый человек, но…Он всего лишь дворецкий. А Алукард… слишком горяч.

    - Ого! – сказал, Алукард улыбаясь Хеллсинг.

    -Не в том смысле, Носферату. – шёпотом сказала я вампиру.

    Значит, официально ты одна правишь Хеллсингом. Но Т.к тебе не хватает опыта прислушивайся к советам этих людей .Они тебе помогут в управлении.

    - Вы можете идти.

    - Хорошо.- Сказали мы с Алукардом в один голос.

    Интеграл заснула.

    Сарас не подозревая, что Я и Алукард собираемся выходить из спальни Интеграл плотно прижалась ухом к двери, чтоб всё знать. Я и Носферату бесшумно пересекли комнату. Непредпологая того, что дверь откроется и, услышав, наступившую за дверью тишину Сарас ещё плотнее прижалась к двери ухом. Алик нажал на ручку. К несчастью для Сарас, дверь открывалась вовнутрь комнаты. И поэтому она буквально упала в объятия Алукарда.

    - Бедная детка! Ты споткнулась?- ехидно улыбнувшись, спросил Вампир.

    Полицейская залилась краской.

    - Я ээээээ…- замялась Сарас.

    - Я понимаю, ты охраняла наш покой ,благодарю за отличную службу, Полицейская!

    Алукард отпустили Сарас, и пошёл по коридору, насвистывая траурную мелодию.. Следом за Алукардом выскочила Я.

    - Сарас! – если из твоих уст выскочит хоть одно слово, что происходило в спальне Интеграл ты проведёшь всю свою нескончаемую жизнь в муках.- сказала я скалясь на девушку.

    - Ясно.…Спасибо за предупреждение.-

    Я удалилась вслед за Алукардом. Догнав Носферату я встала рядом с ним. Алукард взял меня под локоть. Я хотела что-то сказать типа,,Вампир, отпусти меня`` но, не смогла вымолвить не слова. Он меня проводил в мою спальню.

    - Эстер, с завтрашнего дня, вы будете управлять организацией. Я приложу все усилия, чтоб Вы стали замечательным руководителем. – Говорил мне Алукард.

    - Алукард, сначала давай перейдём на ты. А я приложу все усилия, чтоб организация Хеллсинг стала более сильной..- Сказала Я. Я предполагала, что мой взгляд в этот момент был искренним и доброжелательным.

    А Алукарду так не показалась. Он с иронией ухмыльнулся.

    - Ну Эстер, постарайся!

    Алукард ушёл. Закрыв дверь. Я осталась одна в комнате. Я подошла к зеркалу и задумчиво начала себя разглядывать, изменилась ли я за последнее время. На меня задумчиво смотрела высокая девушка(174) зеленоглазая брюнетка, с чуть приподнятым , но не курносым носом. Её костюм напоминал одежду школьницы. Серый строгий пиджак и чёрный галстук, Серые гольфы облегали её стройные ноги.

    - Да…- протянула я… Совсем не изменилась. Всё то же маленькое чудовище каким я была в детстве.- сказала я крутясь перед зеркалом. Мне надо выспаться.

     

    Я переоделась в ночнушку и выключила свет. Мне очень захотелось посмотреть на звёзды. Я подошла к окну и слегка его приоткрыла . В мою комнату ворвался холодный воздух. Я взглянула на звёзды. Всё небо было усыпано яркими искорками ночи. Я опустила глаза. Всегда, всегда я не могла смотреть на звёзды. Почему? И тут я поняла. Звёзды- тянут меня рассуждать. Рассуждать о жизни. Почему жизнь так обошлась с Интеграл ? – она молодая девушка, у которой ещё всё впереди. Конечно, все, что происходит в жизни, не зря. Но… Я с этим не могу смириться. А Носферату … странно себя как-то начал вести. Он и раньше меня называл на Вы. Но ждать меня, брать под локоть… может, он думает, что я ему заменю Интегру? - вряд ли. Интегру - я никогда не заменю. Порыв ветра ещё шире распахнул окно. Вместе с ворвавшемся ветром в комнату проникли мои сомнения. А может и заменю. Нет, нет! Некогда, я не смогу быть такой как она. Жизнь может исчезнуть в одно мгновенье. Краткое мгновенье. Мои глаза постепенно закрываться. Я зевнув взяла с кровати одеяло и легла на софу укрывшись

    Поплотнее. Я сразу же погрузилась в пелену сладких снов.

     

     

    Кабинет Интеграл. Глава Организации Хеллсинг сидела за столом. Она перебирала какие-то бумаги и курила. Стук в дверь.

    - Да…

    В кабинет зашёл Алукард, держа маленькую улыбающуюся девочку лет шести за руку.

    - Леди Интегра…- Прошептал сквозь зубы Алукард.

    Интеграл молчала.

    - Забери Эстер к себе. Она меня мучает. Вторая Интеграл.- сказал Носферату последнею фразу издевательским тоном.

    Интеграл продолжала дальше что-то тщательно писать. Девочка дернула Вампира за плащ. Алукард к ней наклонился.

    - Что ещё, мисс ?

    Девочка начала что-то шептать на ухо Алукарду. На его лице появилось очень странное выражение. Потом лёгкая усмешка, которая переросла в широкую улыбку. И наконец на всю комнату раздался его оглушительный смех. Интеграл некогда не слышала чтоб Носферату так смеялся. Обычно, его смех можно назвать ироничным, торжествующим, злобным, а тут он смеялся заливисто и радостно, как над потрясающей шуткой. Интеграл с удивлением перевела свой взгляд с бумаг на него.

    - Алукард, над чем ты так смеёшься ?

    - Эстер, поделимся нашей весёлой тайной ?

    - Это, вовсе не тайна. - Я сказала Алукарду, что когда я немного подрасту мы с ним поженимся. – сказала я улыбаясь Интеграл.

    - Ооооо… Прекрасная пара.- с каким- то странным выражением лица сказала Хеллсинг.

     

    - Эстер, просыпайтесь.

    Я открыла глаза. . Надо мной навис Волтер с подносом.

    Я приподнялась.

    - Что Волтер?

    - Да так… Вам кофе в постель?

    - Нет, в чашечку.

    Волтер промолчал.

    - Я пошёл Эстер. Приходите на завтрак.

    Дворецкий вышел..

    - Это был, всего лишь сон. Всё, было так… - я сделала паузу. – особенно. Чувство, что я этот сон вижу не в первый раз. Если это вообще был сон.

    Я быстро оделась в свой повседневный костюм. Сделала хвост и пошла в столовую. Быстро позавтракала овсянку и в мой кабинет .То есть в кабинет Интеграл. Я с ужасом , открыла дверь. Была доля неуверенности в моём сознании. На столе лежали красные розы. Много новых картин красовалась на стенах моего кабинета. А в самом тёмном углу комнаты лежал на красном коврике мой чёрный кот, Чеснок. Ненавистное Алукардом, но любимое мною животное.

    По всему столу были раскиданы бумаги. Я что-то невнятно пробормотала и села в кресло.

    Я перечитала все бумаги и сложила их по стопочкам. Мне не верилось, что я сижу в кресле Интеграл и разбираюсь с бумагами без её помощи. Стук в дверь.

    - Да …

    Тишина. Я открыла дверь. Там стоял Волтер.

    - Скоро ужин.

    - Хорошо Волтер. Я скоро спущусь.

    - Кстати, с вами хочет встретиться организация ,, Миллениум’’...

    - Хорошо, я над этим подумаю. – сказала Я перебивая Дворецкого.

    Волтер сделал мне низкий поклон. Я закрыла дверь перед носом Дворецкого.

    Я подошла к окну и открыла его. Солнце почти скрылось за горизонтом. Я молча смотрела на закат. Мне стало вдруг очень одиноко. Сейчас… Я ещё могу спрашивать у неё советы. Но когда Интеграл покинет этот жестокий мир… Что я буду делать ? Я останусь одна. Одна в этом мире… мире вампиров. Ах… если бы Интеграл осталась со мной и Хеллсингом. Вся эта жизнь лишь испытание, которое мы должны пройти. Это испытание за жизнь и смерть. Его надо как можно лучше пройти. И когда наконец заканчивается этот ,,Тест`` ты можешь говорить о будущем. Если-то верить в загробную жизнь после смерти. Или может жизнь это всего лишь сон. Длинный сон. И очень страшный. Когда нибуть ты проснёшься от этого страшного сна В каком-то прекрасном месте. Ты постепенно начнёшь забывать этот сон. Постепенно… плохие дни, моменты, часы или минуты, которые стояли у тебя в глазах… они будут уходить. Как прожитый день. На моих глазах стали слёзы. Я начала всхлипывать всё громче. Кто-то заскочил в кабинет.

    - Надо же стучать.

    - Эстер, без вас пройдёт ужин.

    - Алукард, я сейчас.

    Носферату ушёл, закрыв за собой дверь.. Я вышла следом за ним.

    - Ну что, моя невестушка, ещё не передумала выходить за меня замуж?

    - Откуда он знает? – спросила я про себя.

    Алукард перекинул свою руку через моё плечё.

    - Ну ну, Эстер, пошли ужинать.

    Мы вместе пошли в столовую. Алукард всю дорогу мне лыбился. Когда мы так зашли в столовую, Виктория упала со стула.

    - Маста, вы круто смотритесь вместе. – захихикала Сарас.

    - Полицейская, молчи!

    Мы сели. Алукард не убирал руку с плеча. Когда Волтер зашёл в столовую и краем глаза взглянул на нас, он широко улыбнулся.

    - Волтер… Кстати, прости что я сегодня тебя…

    - Что меня ? – перебил Дворецкий меня.

    - Немного обидела.

    - Да нечего Эстер. Прощаю.

    За ужином меня постоянно мучил вопрос о сне. Как? Откуда Алукард может знать, о этом сне? А может, это не сон? Сегодня, я всё у него узнаю. Или не надо? Волтер, нам преподнёс много блюд. Алукард, во время еды не убирал руку с плеча.

    - Браво повару! – сказал Алукард дворецкому.

    - Спасибо, спасибо! – говорил Волтер кланяясь.

    Мы с Алукардом первые ушли с столовой. Он меня проводил до моей комнаты.

    - Алукард…

    - Ну что ещё?

    - Откуда ты узнал про сон?

    - Какой сон?

    - Ты знаешь…

    - А… мне он тоже снился. И не первый раз.

    - А откуда ты узнал что он и мне приснился?

    - Пусть, это останется моей маленькой тайной.

    - Хорошо.

    - Приятно тебе провести ночь.

    Алукард молча ушёл. А я зашла к себе в спальню. Я открыла окно. Небо было затянуто тучами.

     

    - Жаль. Звёзд сегодня не видно.

    Отредактировано от Виктория Сарас (см. историю изменений)

  • Цитата
    КЛАССНО НАПИСАННО!!!!!!!!!!!!! ЖДУ продолжения ! полицейская =)
    Хорошо когда судьба человечества зависит от тебя , потомучто в случае поражения тебя никто не сможет критиковать!
  • Цитата
    • 2 недель позже...

    Небольшой незаконченный фанфик, который сочинили мы с Майором и Уолтером про то, как Майор полетел из Москвы ^_^ Лондон уничтожать.

     

     

     

     

    И вот, когда багряное Солнце своими первыми лучами озарило шпили московских высоток, из-за гор появились смутные очертания. Темные тени все росли и росли, пока не превратились в огромные дирижабли. С мощными конструкциями и огромным мостиком ини проплыли над Москвой. На мостике, там куда стягиваются все проводки связи, надменно стояла темная фигура.

    Фигура, переполненая восторгом, предвкушением, и в тоже время нетерпимостью... Все должно получиться как Он планировал, ошибок быть не должно, Он слишком долго ждал этого, и Он никогда не ошибался, и в этот раз все получится, это будет великолепно, Он уже представлял себе это...

    Собранные по новой технологии дирижабли-штурмовики плавно и демонстративно продолжали лететь над Москвой на полном ходу.

    Рядом с этой фигурой сидел парнишка с огромной шоколадкой в руке и он спросил.

    - дядя Монтана, а правда что вы сейчас хотите подарить мне потрясающий подарок от которого я буду в восторге?

    А в это время капитан поднял ногу для того чтобы ударить дока из за таблички которую парнишка забыл снять.

    Но к счастью Док обладал нечеловеческим чутьем! Одним метким движением он развернулся так, что каблук его новеньких сапог вонзился прямо в живот Капитану. Огромное тело пролетело несколько метров и смачно рухнуло за груду вычислительной аппаратуры. "Еще одна такая выходка, и я сварю из тебя советский борщ и скормлю партизанам, пацан" - взревел от ярости Док. "А ну быстро все заткнулись!" - закричал Майор:"Шройденгер, сходи поиздевайся лучше над кочегарами, а то наш дирежабль слишком медленно летит!" Волченок покорно покинул мостик.

    "Герр Директор, мы покинули территорию Москвы"-объявил коммандир экипажа по громкой связи.

    "Прекрасная работа....."-глаза Монтаны горели огнем...

    А в это время в котельне.

    -АААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА (кричал один из кочегаров) т.к. его Шродингер запихивал в котёл чтобы все бестрей нчали работать.

    Через некоторое время Шродингер возник рядом с Доком и сказал

    -Дядя док дайте шоколадку.

    Док дал дикому зверёнышу шоколад и отправил гулять по дирижаблю.

    Шродингер пошёл к капитану и помог тому подняться.

    Капитан сказал:

    -Малышь помоги и подержи Доку руки.

    Шродингер оказался сзади Дока и схватил его за руки после чего Капитан огрел Дока своим огромным кулаком прямо в живот.

    И тут пришёл Монтана и приказал всем молчать. Приготовить бомбы.

    -Шродингер а вот и мой подарок! какую точку Москвы ты хочешь разбомбить???

    "Ура!!! Наконец-то!........Так с, посмотрим....Ага.....ага.....ВОТ!" - молвил Шройдингер- "Неневижу это место! Я тут учился до того, как попал в Гитлерюгенд!" "Ты сам можешь дать команду ОГОНь"-прошептал ему на ушко Монтана. "Конечно....!"-завопил зверенышь-"Теперь и отныне это поганое место будет превращено в руины! Аминь........ОГОНЬ!!!!!!!!!!!"

    Мостик сотрясался от того, что бомбы срывались из своего жерла, падая на несчастное здание. Люди внизу корчились в огне, извивались точно змеи! Пару сотен человек придавило обломками, а остальные либо сгорели заживо, либо их разорвало на мясо......

    Внезапно все затихло..."Довольно"-промолвил Майор: " Это не наша главная цель." "Командир, держим курс на цель №1"

     

     

    Все! :(

    [Ретро] [Романтики] [Долой стереотипы!] [ХО, бред, вздор и прочие проявления истероидности]

    Вступай в ряды Гильдии!

  • Цитата
    • 2 недель позже...

    Не помню откуда. :)

     

    История одной ошибки

    дата: 25/08/06 / автор: Mira

     

    Я устала. Просто устала от всего этого. Меня никто не понимает. Просто не хочет понять. Я сама себя не понимаю. Сама не знаю, чего я хочу. И мне никто не поможет. Единственный человек, который мог меня понять умер семь лет назад.

    Интегра Хеллсинг остановилась и посмотрела на портрет отца. Она никогда не могла понять, почему люди умирают. Почему они умирают тогда, когда они нам нужны. Почему пока у нас кто-то или что-то есть, мы не ценим это и не понимаем порой как нам это дорого. Как много хотела бы сейчас она спросить у своего отца… Почему когда он был жив ей не приходили в голову эти вопросы?

    Настроение ни к чёрту. Хочется просто сесть и заплакать, надеясь, что вместе со слезами уйдут все проблемы и сомненья. Мало мне рыцарей круглого стола, так сегодня ещё и приезжала тётушка Элизабет. Эта старая дева пыталась убедить меня, что срочно надо менять стиль одежды и поведения и искать себе мужа! Конечно, я понимаю что Хеллсингу нужен будет наследник, но надеюсь что об этом ещё лет десять я ни от кого не услышу. Да и браки в нашей семье всегда заключались только по расчёту. Вот только никто этого не понимает. Не понимают, что я не хочу никакой любви, просто что бы потом не было больно. И уж тем более не собираюсь красоваться ни перед каким будущим мужем. Не хочу!

    Девушка со всей силы ударила кулаком по столу, на глазах появились слёзы. Она любила считать себя сильной, хотя это было совсем не так. Она боялась. Боялась душевной боли, боялась будущего и пауков. Но вот признаваться во всём этом даже себе она не хотела. И уж конечно об этом никто не знал. Кроме Алукарда. Потому что ему не надо было об этом говорить или показывать это. Он знал о ней всё. И был её другом. Хотя в этом она тоже никогда не признавалась. Потому что это тоже не было необходимо. Он и так знал это. Он был, наверное единственным кто мог её понять.

    Как странно… Единственный кто хоть чуть-чуть меня понимает – шестисотлетний вампир. Неужто всё так плохо? Я никому не нужна. Просто никому. Алукард… Он ведь всё знает, знает что я его люблю. Да, я сама понимаю что это просто привязанность, одиночество – не любовь. Но больше я никак не могу это назвать. Порой мне не хватает слов, что бы выразить всё, что я чувствую. Он всегда помогал мне, так или иначе, не требуя ничего взамен. Но я уже давно всё решила. Решила подарить ему свободу. Хеллсинги долго не живут, а потомки… Ну не будет их у меня. Всё равно не будет.

    Интегра выключила свет и вышла из кабинета. Работать сегодня не хотелось. А отчёты можно будет доделать и завтра, не к спеху. Она зашла в свою спальню, остановилась и огляделась. Ничего не изменилось. Конечно, ничего не меняется. Её всегда удивляло то, что комната выглядела так, будто в ней никто не жил.

    И когда я умру ничего не изменится. Даже никто не заметит. И не поймёт. Меня никто не понимает.

    Девушка посмотрела в окно. В Лондоне дожди. Осенние, мерзкие. Но не смотря на это она любила дождь. Ей нравилось, как маленькие капельки падают с разъярённых небес на грязный асфальт, сливаясь друг с другом и образуя большие лужи. Если и плакать, то в дождь – он плачет вместе с тобой. Отец всегда говорил так. Она приоткрыла окно и пошла в душ, поразмыслив что нет разницы под какой водой мокнуть, не закрывая дверь – чтобы из кабинки можно было смотреть в окно. У неё сегодня были странные желания. Взгляд остановился на бритвенном лезвии. Она не имела понятия, откуда оно взялось и когда здесь появилось. Интегра пыталась думать о чём-нибудь хорошем, но слёзы то и дело железным кнутом стягивали горло. Взгляд постоянно натыкался на лезвие.

    Порезать себе вены… Многие ведь это делают. И всех спасают. Ну почти всех, ну даже если умру, то что? Всё равно всем будет плевать. Смысл мне жить ещё год, два, да даже десять лет? Всё равно ничего не изменится. Вампиров меньше не становится, сколько не старайся. А я стараюсь, делаю всё, что могу, из кожи вон лезу. И ни разу не получила за это благодарности. Как будто бы я проклята. Пусть они сами со всем справляются, без меня. Без ме-ня…

    Интегра накинула халат взяла в руки лезвие. «Только бы было острое… Напугаю их всех. Пусть побегают вокруг меня…» - мысли каруселью крутились в голове, сбивая друг друга. Она улыбнулась и медленно провела по руке. Ноги подкосились и она упала на колени, на белоснежном халате появились внушительные пятна крови. Голова кружилась и перед глазами всё плыло. Она сцепила зубы и резанула ещё несколько раз. Боль, казалось, раздирала всё тело. Секунды медленно перетекали в минуты, возвращая понимание того, что же она сделала. И никто не приходил, никто не спасал её. Она ведь никому не нужна. Никому…

    Я и подумать никогда не мог, что она может такое вытворить. Даже не сразу признал в этом теле, плавающем в собственной крови, свою хозяйку. Я медленно наклонился к ней, хотел просто посмотреть ей в глаза. Глаза, полные страха и отчаянья. Глупая девчонка.

    - Дурочка… Зачем ты это сделала?

    - Меня никто не понимает… - прошептала она. Вокруг всё обволакивала пустота. Пустота чёрного цвета. Теперь все её действия казались ужасно глупыми ей самой. И умирать совсем не хотелось. Так умирать…

    - Тебя уже не спасут, - медленно произнёс вампир. Ему было жалко её – он никогда не понимал самоубийц. И ведь она не хотела умирать. – Почему вы, люди, так привязаны ко всему этому? Вы хотите понимать всех вокруг, хотите что бы вас понимали… Зачем вам всё это? Вы сами придумали для себя игры, сами выдумали правила, что бы потом изо всех сил сопротивляться им… Вы все боритесь сами с собой, губите себя же. Почему вы совсем не цените жизнь, и без того короткую?

    В окно залетали маленькие капельки дождя, на улице начиналась буря. Алукард наклонился к своей хозяйке и осторожно поцеловал её. Даже не поцелуй, просто лёгкое касание губами… Он мог предложить ей помощь, которую она всё равно бы не приняла. Она всегда была упрямой, в душе оставаясь всё тем же ребёнком. Печати скоро рухнут, и у него будет ещё немного времени… Но зачем это ему? Он никогда не давал ей ложных обещаний – он один. Был, есть и будет. Он выбрал жизнь, она смерть.

    Вампир подошёл к окну, оставляя за собой кровавые следы. Внутри всё сжалось, как верёвкой перетянуто, резкая боль и всё. Он стал свободен. Улыбка появилась на его лице. Он старался не думать о цене его свободы. Это не его вина, он не хотел чтоб всё так вышло. В небе сверкнули молнии, дождь становился всё сильнее. Скоро будут перемены, большие перемены… И ему предстоит большая битва. Самоубийцы попадают в ад, так что кто знает – может быть совсем скоро они встретятся. Алукард нагнулся, обмакнув пальцы в её кровь и посмотрел на стену. Он выбрал жизнь, она смерть. Это её ошибка. Улыбка стала шире, а на стене появилась кровавая надпись: история одной ошибки…

  • Цитата

    Это тоже не моё. :)

     

    Свидание

    Автор: D

    - Маста, Маста, Маста-а-а. – Целес в одной ночной рубашке, которая была чуть-чуть подлиннее ее вызывающей формы, и не однотонная, а в миленьких плюшевых мишках, стояла перед раскрытым гробом на коленях и уже битый час пыталась добудиться до хозяина.

    - Ну, м-маст-та, оч-чнитесь. Мне очень н-надо. - от долгого сидения на сыром каменном полу Виктория уже вовсю стучала зубами, точнее клыками и дрожала как лист на сильном северном ветру.

    Веки Аллу затрепетали, приоткрылся левый кроваво-красный глаз, увидел полицейскую в одной ночнушке, да еще с медвежатами, и тут же закрылся обратно.

    - Маста-а-а, Ну пожа-а-алуйста-а. - завывала Виктория, временами картинно всхлипывая.

    - М-м-м, гав.- Алукард все так же посапывал в обе дырочки, и просыпаться не собирался. Виктория вздохнула, всхлипнула еще разик и запустила руку в бюстгальтер. Через несколько томительных секунд она выудила оттуда подозрительного вида баллончик.

    - Ну ладно, Маста, сами напросились! – злорадно прошипела полицейская и всхлипнула еще раз.

    Виктория направила баллончик на ничего не подозревающего, безмятежно дрыхнувшего вампира и нажала на кнопку. Из баллончика вырвалась струя подозрительной жидкости и оросила невинный лик Алукарда.

    - А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-у-у-у-у-у-агрх-х-ш-ш! - Алукард подскочил в собственном гробу, хватаясь руками за лицо и обрастая шерстью, принялся нарезать круги по подвалу.

    Виктория успела слиться со стеной.

    - Ты что творишь! Какой дрянью ты меня полила! – заорал вампир, протягивая одну руку к Шакалу, другой, прикрывая черные шелковые семейки с огромной надписью красными буквами «Integra forever, Andersen must die!» на них, своей красной широкополой шляпой.

    - Ну-у, это, так… водичка святая… - ответила Виктория, скромно шаркая ножкой и потупив взор своих красных, огромных как блюдца глаз в пол, т.к. смотреть на хозяина в этот момент ей не очень-то и хотелось.

    Картина была, мягко скажем, отнюдь не привлекательная: озверевшие, налитые кровью глаза и лыба шизофреника, несмотря на то, что в тот момент Алукарду было явно не до шуток (просто вода разъела кожу на лице, обнажив все зубки Алукарда – аля «человек, который смеется»).

    - Да что ты себе позволяешь! У Интегры научилась, что ли святой водой поливаться? Пришла ко мне средь бела дня (ну, все знают, что вампиры ведут ночной образ жизни :D ), да еще в… (тут взгляд вапирохантера скользнул по фигуре Целес)… одной ночнушке, кстати, довольно миленькой, – ехидно заметил он.

    - О-о-о, и за что мне все это?! – при этих словах Алу воздел руки к небу (хотя, какое небо, подвал все-таки). - И это благодарность за то, что я подарил ей вечную жизнь, забочусь о ней, беспокоюсь. О, неблагодарная!

    Причитания истинного носферату были прерваны громкими, надрывными всхлипываниями: полицейская сидела на полу, размазывая по моське соленые, крупные крокодильи слезы.

    - Т-так я же, я же, т-только… - Виктория уткнулась лицом в ладони и зарыдала еще горше.

    Алукард сразу прекратил свои стенания и подошел к полицейской.

    - Мент, ты че? Офонарел? – «дружелюбно» рявкнул он.

    Виктория зарыдала еще безутешнее. Алукард помрачнел – он ненавидел женские слезы, особенно слезы Виктории, ибо не знал чем их остановить и, вообще, что в таких случаях нужно делать.

    - Ну, ладно, не реви, а то весь подвал затопишь, где я потом жить буду? Не с тобою же в одном гробу мне спать!

    Поток слез внезапно стих. Виктория преданно уставилась на хозяина и вдруг совершенно неожиданно кинулась ему на шею.

    - А почему бы и нет? Гроб у меня большой, места всем хватит…- жарко зашептала Целес на ухо Алукарду.

    Внезапно дверь подвала распахнулась, и на пороге появился Волтер с полуденным чаем для леди Интегры, и застыл от увиденной им картины. А застыть было от чего: раскуроченный гроб, Алукард в одних только семейках с полуобнаженной Целес у него на шее. Бедный Волтер, зачем он только пошел на шум?!

    - Прошу прощенья, – пролепетал Волтер, тихонечко прикрыл за собой дверь и чинно отбыл со своим «лучшим цейлонским чаем» для леди Интеграл Уингейтс Ван Хеллсинг.

    - Только я вас в свой гроб не пущу! Даже не надейтесь! – Виктория быстро слезла с шеи Алукарда, села на пол и изобразила из себя обиженную невинную девчушку.

    Алукард обалдело уставился на полицейскую, от шока его руки разжались, и Шакал грохнулся на пол. Совершенно не заметив этого, вампир облегченно вздохнул, и уселся на каменные плиты рядом с Викторией, обмахиваясь своей шляпой.

    - Ну, ладно, говори, зачем пришла,- Алукард уже успел обрести спокойствие, кожа на лице давно регенерировала.

    - Маста, у меня к вам просьба.

    - Гм,- Алу удивленно хмыкнул, одна из бровей без разрешения хозяина взметнулась вверх.

    - Это очень важно,- заговорщически проговорила полицейская.

    - «Это очень важно»,- передразнил ее Ал писклявым, необычайно похожим на Викторию, голосом.- Ну, наверное, важно, раз пришлепала сюда, чтоб меня разбудить. Чего тебе от меня надо?

    - Станьте мной на один день!- выпалила Виктория на одном дыхании как абсолютная фанатичка.

    - Что-о-о?!- Алукард от такой странной и жуткой просьбы вскочил на ноги, но он, бедняга, забыл о Шакале, сиротливо валявшемся на полу, брошенный самим же хозяином, споткнулся и растянулся на каменных плитах подвала, сложив лапки.

    - Маста?- Виктория перевернула тело Мастера на спину.

    Левый глаз Аллу нервно дергался, остекленевший безумный взгляд вперился в Целес, а руки тряслись как у заправского алкаша.

    - В каком смысле, мент? Объясни по порядку.

    - Ну, это, понимаете…, тут такое дело, ну, того…, короче, э-э-э-э-м-м-м, как бы сказать, ну-у, я…, то есть меня, в общем…

    - Ты мне Ваньку не валяй! Говори короче, в чем дело!- рявкнул Алукард.

    - Янвлентанпгласилмнянасвидние!- на одном дыхании выпалила полицейская.

    - Что-что?

    Виктория собралась с духом и сказала немного разборчивей:

    - Ян Валентайн пригласил меня на свидание, а я не могу пойти…

    - А я здесь причем?- Алукард непонимающе уставился на Викторию, хотя червячки сомнения уже успели закрасться в его несуществующую душу.

    - Не могли бы вы пойти вместо меня?

    - Ч-ч-что?- Акадо упал в обморок, за что и получил дополнительную дозу из баллончика прямо в лоб, так, для профилактики.

    - Ну, пожа-а-а-алуйста…- Виктория умоляюще посмотрела на своего Масту и угрожающе захлюпала носом.

    - Нет, нет и еще раз нет! Даже и не проси!- заголосил он дурным голосом, но, заметив слезы, добавил уже немного помягче.- Кстати, а почему ты не можешь пойти?

    - Ну, у меня, это, проблемы.

    - Что еще за проблемы?

    - Вот.- Виктория показала пальцем на свой нос.

    Взору Алукарда предстал большой жуткий прыщ, который, услышав, что речь идет о нем, еще больше раздулся и горделиво покраснел.

    - Ну, подумаешь, прыщ! Его даже и не видно…

    - То есть как это не видно?!- Виктория зверела прямо на глазах из-за того, что Маста не воспринял ее проблему всерьез.

    - И-и-и, к тому же я занят,- быстро нашелся он,- вдруг Интегре понадоблюсь, или Бернадотте предложит в картишки перекинуться, или Андерсен в гости забежит, или Волтер в своих ниточках запутается, или…- Алукард срочно придумывал список неотложных дел.- Да и вообще, я нарасхват! Без меня никуда! Ни-ни!

    - Маста, а, Маста…- Виктория лукаво смотрела на своего хозяина,- а я могу «случайно» проболтаться леди Хеллсинг, кто почтальона вчера загрыз. И это точно не собака Баскервилей была, уж я-то помню…

    - Ах, ты…ты… - Алукард от возмущения не знал, что и сказать.

    - …или вот, куда делась любимая пепельница Интегры, или кто сгрыз ее сигары, или… - Виктория ехидно улыбалась и загибала пальцы, припоминая, в чем еще повинен ее Маста.

    - Ладно-ладно, я согласен, Андерсон тебя побери! - Алукард примирительно сложил руки на груди, что, учитывая то, что он лежал на полу, делало его похожим на покойника, коим он и являлся. Мало ли на что способна Интегра, если узнает обо всех его провинностях. Алукард задумался.

    - Хана, полицейская, твоей идее, - радостно подколол он ее.

    - С чего вы это взяли? – теперь настал ее черед удивляться.

    - Ну, нас же невозможно спутать! – Алукард, найдя тоненькую ниточку спасения, держался за нее изо всех сил.

    - А я уже все продумала! – сказала Виктория, выйдя из долгих раздумий, - Пойдемте.

    Взяв обреченного Масту за руку, Целес повела его к себе в подвал.

    ***

    - Вот, выбирайте! – полицейская услужливо распахнула перед Алукардом дверцы своего шкафа.

    - Но, мент, здесь же все одинаковое! – Алукард уставился на ряд одинаковых голубых форменных рубах и кофточек.

    - Ничего подобного! – возмутилась Вики. – Вот эта более темная по тону, у этой воротничок поплотнее, у этой юбочка покороче, а вот здесь пуговички красивенькие, а здесь вот…

    - Хорошо-хорошо, - Алукард уже устал слушать этот бред, - я понял.

    Спустя час Алу вертелся перед зеркалом, наверное, позаимствованном у Волтера, в форме полицейской.

    «А что, даже прикольно…» - подумал про себя вампир.

    - А что с прической делать будем? – поинтересовался он у Виктории, и поинтересовался, честно говоря, очень даже зря.

    - Вот! – виктория победоносно посмотрела на Алукарда и вытащила откуда-то из тумбочки краску для волос. – Будем вас в рыженький красить! – сладким голосом пропела она.

    - Не понял?

    - Да ладно, что вам стоит новые патлы отрастить, а смена имиджа еще никому не повредила.

    ***

    - Виктория, не халтурь, еще эту прядку покрась! А то передумаю! – капризным голосом протянул Алукард.

    Полицейская послушно покрасила указанную хозяином прядь и устало опустилась на стул…

    - А это зачем?

    - Ну не могу же я выглядеть как бледная поганка, - пробормотала Виктория, вытряхивая на кровать содержимое своей косметички.

    Алукард, уже рыженький, стоял позади нее и с ужасом наблюдал за ее действиями.

    - Сядьте на стул!

    - Зачем?

    - Ну не стремянку же мне брать, чтоб вас накрасить!

    - А может не надо? – вяло засопротивлялся Алукард.

    - А то непохоже будет, - Вики невинно потупила глазки в пол.

    - А-а, понятно, раз дело того требует…

    Вампир уселся поудобнее и приготовился к дальнейшим превращениям, морально, разумеется.

    - Вот здесь еще чуть-чуть, ага, теперь подводку поправим…угу…хорошо…теперь губки блеском оживим. Ну вот, теперь совсем другое тело! Все! Отлично! Мне даже нравится! – Виктория, потная как Интегра, отошла от Алукарда и открыла ему проход к зеркалу.

    - Ну, как?

    - Вообще-то ничего, даже, похоже, - промямлил он, дабы не обижать полицейскую, – а с ростом что делать будем? Не пилить же меня! – сказал Аллу, с ужасом разглядывая комнату полицейской в поисках пилы.

    - Ну, это проще простого. Скажите, что я туфли на каблуках обула.

    Алукард облегченно вздохнул, радуясь, что ему не придется становиться Люком Валентайном.

    - Кстати, свидание через два часа, - Виктория то и дело поглядывала на часы.

    - А где встречаетесь?

    - На «сеновале»

    -?!(офигевшее лицо рыжего Алу)

    - Ну, кафе такое, в Лондоне, просто название такое… - поправила себя Виктория.

    - Ну, тогда я пошел. – Алукард медленно побрел из подвала.

    - Удачи, и смотрите, сразу на шею ему не кидайтесь! Не грубите, не паясничайте, но и ему руки распускать не давайте. Потом мне все расскажете. – Кричала счастливая Вики вдогонку удаляющемуся Масте.

     

    «Как же, распустит он у меня…» - злобно подумал Алу, выходя из подвала

    ***

    «Алукард! Где тебя шатает, псина несчастная?! Сколько же можно ждать?! Быстро в мой кабинет!» - словно разряд электрического тока пронеслись слова в голове у Акадо.

    - Вот черт! – ругнулся вампир и поплелся к Интегре.

    - Ну, зачем звали, хозяйка? – любезно поинтересовался вампирохантер, просачиваясь сквозь стенку.

    На него уставились десятки вопрошающих глаз. Народу в кабинете было почему-то из ряда вон много, как-то: Фергюсон, Волтер, Пип, Интегра и кто-то еще.

    - А почему здесь так много народу? – нагло поинтересовался вампир и по привычке хотел сунуть руки в карманы плаща, но осекся: плаща-то тю-тю! Только мини-юбка его подопечной. Жуткие мысли пронеслись в голове у Алукарда: «Вот позор-то!»

    - Х-хай! – догадался пискнуть Алу и рванул к двери под ошалелые взгляды окружающих.

    - Стоять! – рявкнула леди Хеллсинг.

    Ал застыл, примерно сложив ручки и потупив глазки в пол.

    - Да, леди Интеграл? – Алукард попытался скопировать голос Целес, но в данный момент у него что-то не получилось так выразительно пискнуть.

    - Целес, какого черта являешься ты, когда я зову Алукарда? И где, кстати, этот кобель шляется? – вредным голоском поинтересовалась Интегра.

    - Ну, знаете ли, Маста… - Алукард хотел ответить на оскорбление, но потом опомнился и смущенно поковырял кирзачом пол, - ну, вы же знаете: дура дурой! Ослышал…ась…

    - Ладно, ты тоже нужна. Я тут подумала и решила: у нас такая опасная работа, мало ли, что может случиться. Нам надо сделать коллективное фото, так, на память. Иди и найди мне этого вампира!

    - Хай!

    Аллу вздохнул с огромным облегчением и рванул к двери мужским вариантом женской походки от бедра

    - Заработалась бедная, - подумала Интеграл, искренне жалея Целес, - ноги заплетаются, голосок охрип. Вот дура, надо нормально питаться, то есть тьфу, отсыпаться, а не шляться по городу.

    Алукард вышел из кабинета и пошел в подвал, чтобы надрать Виктории уши или еще что-нибудь, как вдруг…

    - Це-е-е-лес, а Це-е-е-лес! – сладко-садистски пропел откуда-то со стороны спины чей-то смутно знакомый голос. Алукарду поплохело. «Только не ЭТО, Андерсон его побери!» - мысленно воздел руки к небу Алу и приготовился к самому худшему.

    ЭТО решительно и нахально обняло рукой талию Лже-Виктории. Вампир заскрипел зубами от безысходности: одна его часть (ну, первые две собачьи головы Пушок и Шарик) хотели хорошенько наподдать бессовестно пристававшему Бернадотте или сделать из него старшего Валентайна (т.е. укоротить на полметра), другая же его часть (Бобик и Дружок) не хотела позориться перед всей организацией. В конце концов, победила вторая часть Алу.

    - Пусти, хам! – Пропищал Акадо, пытаясь вырваться из объятий Пипа.

    - Солнышко, ну, что ты сердишься… - мурлыкал Пип.

    - Убери… свои… грабли, извращенец! – Тоненько возмущался еле держащий себя в руках вампир. – Все про тебя Масте расскажу!

    Пип довольно ухмыльнулся и еще сильнее прижался к переодетому Алу.

    - А твоему Масте плевать…

    - А на ЭТОТ раз будет не плевать!

    - Ну, поцелуйчик, ну хотя бы один! – заканючил Пип и потянулся губами к лицу Лже-Целес в надежде на поцелуй, что было немного проблематично, ведь Алукард не

    Целес! (в плане роста)

    Вампир взревел и чуть не принял звероформу. Через секунду Пип синюшного цвета стекал по стене.

    - Я - тя поцелую! – сладеньки басом пропела «Целес» и погрозила Бернадотте пальчиком, - … потом.. А сейчас мне надо найти Це… своего Хозяина.

    Вампир, покачивая бедрами, медленно начал удаляться от Пипа, потом обернулся, миленько та-а-а-к улыбнулся и сказал:

    - Мы с тобой потом как-нибудь встретимся… вечерком. Лады?

    - М-м-м-м… д-да. – Пип медленно приходил в себя.

    ***

    - Одевайся! – ревел во все четыре своих клыкастых глотки взбешенный Алукард. Из распахнутых пастей на Викторию укоризненно смотрело несколько десятков кроваво-красных глазок.

    - З-з-з-ачем? – Целес была ошарашена внезапным появлением Хозяина.

    - Да потому, что ты, то есть я нужен Интегре… - вампир пустился в пространственные объяснения…

    ***

    - Янусик! Здравствуй! – Алукард усиленно пытался изобразить из себя счастливую девчушку, то бишь, Викторию.

    - Блин! Я тя, в натуре, заждался! Э-э-э, то есть я рад, что ты наконец-то пришла. Что тебя так задержало? – Младший Валейнтайн сидел за столиком, вульгарно раскинув ноги и куря сигару, но при появлении «Виктории» поднялся и поклонился, как истинный джентльмен. – Присаживайся. – При этих словах Ян выдвинул стул и рукой указал на него, предлагая сесть.

    Алу сел, и Валейнтайн придвинул стул поближе к столику, чтобы «Вики» было удобнее. «М-м-мда-а… - пронеслось в голове у Алукарда, - наверное, Люк поработал над братцем, вишь, какой вежливый…, а может полицейская постаралась…»

    - Что будешь заказывать, дорогая? Первая группа, вторая, или…

    - Кровь… первую… - рявкнул Ал, но потом вспомнил закидоны своей подопечной и поспешно добавил - … пожалуй, не буду… м-м-м… э-э… лучше томатный сок.

    Валейнтайн улыбнулся и подозвал официанта…

    Тем временем в Хеллсинге…

    - Алукард! Где ты шлялся? – Интегра была в бешенстве, - И куда, мне интересно знать, подевалась Целес?

    - Я здесь! – пискнула Виктория, забыв о том, что она на данный момент вместо Хозяина.

    - Да я вижу, что ты здесь! Я спрашиваю, где Виктория…

    - Да тута я, тута, неужели не видите?

    - Алукард, не выводи меня из себя! М-м-м… какой-то ты сегодня не такой…, усох, что ли?

    Виктория осеклась и перестала орать о том, что она «тута», вспомнив о возложенной на нее роли.

    - Э-э-э… да так, не выспался… м-м-м… пойду, поищу ее, что ли… - Промямлила Виктория и натянула шляпу Алу на самые глаза. (Ее-то никто не красил :D)

    - Быстро! – рявкнула сэр Хеллсинг и устало опустилась на стул, массируя виски. «Что-то здесь не чисто… может сказать фотографу прийти завтра?»

    ***

    - Э-э-э… ну, может, я пойду? – от выпитого томатного сока Ала уже начало тошнить. – Что-то я себя неважно чувствую…

    Ян обеспокоено посмотрел на «Викторию» и помог «ей» подняться.

    - Ну, раз так…

    Валентайн притянул к себе Алукарда. Томатный сок просился наружу и Алукард не стал сопротивляться действиям Яна.

    - Я тебя провожу, можно? – Ян умоляюще посмотрел на Лже-Викторию. Алукард ничего не ответил, удостоив Яна только кивком головы: один до поместья он бы не дополз…

    - Убью-ю-ю-у-у-у! Сволочь! Ты мне все сегодняшние планы сорвал, паршивец! – Интегра в ярости мерила шагами кабинет, то и дело, поглядывая на шкаф, в котором уже с час забаррикадировалась Виктория в прикиде своего Масты.

    «Бли-и-ин… ну, почему я не научилась проходить сквозь стены?», - Целес сидела в темноте и вытирала мокрую от слез моську плащом Алукарда…

    - Ну, вот, мы и пришли… - Ян жестом указал на ворота. – Виктория, а можно я тебя поцелую?

    Алукард прошипел в ответ что-то нечленораздельное и попытался смыться, но Ян приняв шипение за согласие оказался проворнее и быстро чмокнул Алу в щеку, за что и получил пяткой в нос и по почкам.

    - Какая она нервная… - пробурчал Ян, отплевываясь от земли и глядя вслед удаляющемуся Алукарду.

    - А может не надо… - Целес, имевшая неосторожность выползти из шкафа, позарившись на образовавшуюся тишину (Интегра пила, принесенный Волтером чай) теперь лежала на полу придавленная сапогом сэра Хэллсинга.

    - Надо, голубчик, надо… Волтер, что ты там шебуршишь под дверью? – Интегра посмотрела на дверь, но Волтера там не обнаружила.

    - Хай, Маста! А что вы с Це… моим Мастой делаете? – Алукарда под действием треклятого томатного сока немного шатало.

    - Ага-а-а… Вот ты и попалась! – садистски протянула Интегра и отошла от Алукардистой Целес. – Где ты была?

    - Сок пила! – Алукарду уже порядком надоела вся эта галиматья, и ему до ужаса хотелось назад, в свою постельку, ну, т.е. гробик.

    Интегра от такой наглости просто офигела и опустилась в кресло.

    - Так мы, пожалуй, пойдем? – поинтересовался Алукард в форме полицейской, отскребая Викторию от пола.

    Интегра гневно посмотрела на них обоих, но сил орать уже не было.

    - Да катитесь вы… в подвал. Я с вами завтра поговорю…

    Ну, что и говорить, Интегра свои обещания выполняет: поговорила она с ними хорошо, бросаясь пепельницами, фарфоровыми вазами и бранными совами, разумеется, короче устроила своим подчиненным полный разнос…

    ***

    Неделю спустя…

    Ночь. Темнота. Подвал Алукарда. Целес сидит на полу перед гробом Хозяина и будит его самого.

    - Маста… Маста-а-а…

    - Ну чего тебе? – сонный Алукард машет руками, в надежде прогнать полицейскую, словно надоедливую муху.

    - Ну… это… дело есть…

    - М-м-м…?

    - Понимаете, я тут недавно Андерсона встретила, и он предложил пойти с ним в кино…

    - Ш-ш-ш-та-а-а?!

    - Не могли бы вы…

    - У-у-у-у-у-у-у-у-у-у!!! – восьмиглазая адская гончая помчалась по коридору, преследуемая Целес в ночной рубашке на голо тело…

    The end!

  • Цитата
    • 1 месяц позже...

    НАЗВАНИЕ: Пятница. Вечер.

    АВТОР: Alice Parker, Mona

    САЙТ: www.shunkoku.ucoz.ru

    КАТЕГОРИИ: Hellsing

    ПЕРСОНАЖИ/ПАРЫ: Пип/Виктория

    РЕЙТИНГ: PG

    ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ: два плохих слова, скрытых ***

    СОДЕРЖАНИЕ: Отношения между Пипом и Викторией складываются не лучшим образом, когда она сталкивается с реальностью в виде его планов посетить девушек в Пятницу вечером.

    СТАТУС: закончено

    ОТ АВТОРА: об отношениях/не стёб. Выкладываю собственный фик. Простите, что имя не совпадает. Уж так зарегилась.

     

    ________

    Пип зевнул и открыл холодильник. Это просто невыносимо - жить, как вампиры - просыпаться ночью и отсыпаться потом днём.

    Прошло уже немало времени с тех пор, как Волтер всё таки позволил ему пользоваться личным холодильником Хеллсинга. За заслуги перед организацией. Но гусям по-прежнему запрещалось так свободно шататься по всему дому, что угнетало Пипа, хотя он и понимал, что это справедливо.

    Вики сидела в углу кухни на высоком барном стуле и попивала охлажденную медицинскую кровь. Она наблюдала за капитаном со стороны, притаившись, пока тот ее не заметил. Легкая улыбка появилось на ее белом личике

    Пип присел, чтобы осмотреть, что же находится на нижних полках холодильника, держась за край дверцы. Точнее: имеется ли хотя бы на нижних полках ПИВО.

    - Разве сегодня вампиры не устраивают гулянья, девчушка? - не отрывая взгляд от полок, спрашивает Пип. Наивная, она погалает, что человек с единственным глазом, но зорким, как у хищной птицы, не заметит её в кухне. Это часть его работы - замечать подобное.

    Виктория опешила. как он мог ее заметить, если она сидела тихо-тихо как мышка.. Она оторвалась от пакетика. Ротик слегка приоткрылся от удивления.

    На Пипе была чёрная футболка и военные штаны. Коса свободно лежала на слегка согнутой спине, пока он искал пиво в холодильнике.

    -Да.. вообще-то.. я спросила у моего Хозяина, и он сказал, что его Хозяин сказал.. то есть.. то есть сказала.. что может быть в Хэллсинге будет небольшая вечеринка на Хэллоуин. Леди Хэллсинг позовет все военные отряды, девочек с кухни, прачек и всех-всех. представляете, какое будет веселье!! Только Волтер не рад, потому что ему придется хлопотать по устройству вечеринки, и заботиться об угощениях. Хлопотно, правда, капитан, накормить столько человек?;)

    Пип застыл на месте.

    - Да. Представляю.., - ухмыляясь, сказал он, глядя в одну точку, прекрасно зная, КАК это будет.

    -Бедный Волтер, мне его так жалко. Может мне ему помочь! Как думаете? Ну он уже вроде человек в возрасте, все такое.. - складывает руки лодочкой у себя на коленках.- .. он мне тоже помогал на первых порах.., когда я только сюда пришла..

    Пип резко поднялся и захлопнул дверцу холодильника, так ничего и не отыскав. Она бабахнула, и холодильник слегка пошатнулся. Пип Нажал кнопку на чайнике, чтобы вскипятить воду. Трезвый подход.

    Чайник стал тихонько шуметь, пока нагревалась в нём вода, а Пип потянулся в карман и извлёк сигареты, сунув одну в рот, он взял у газовой плиты "свечу" (ту железяку, которой зажигают печь, когда газ уже включён) и закурил, опустив глаза. Ему, наверное, влетит за это, но вентиляция в особняке на высшем уровне. - Ну, если тебе хочется..Хотя тут столько девчёнок будет, они ему точно помогут.. - он улыбнулся, затянувшись, и посмотрел на Викторию.

    Она в свою очередь смотрела на затягивающегося капитана, и дрожь пробирала от приятного волнения.

    - Знаете, капитан... - поморщившись нос, неуверенно начала Серас. - Может, Леди Интегра или Волтер не почувствуют запаха, но вот это..-показывает пальцем наверх, на датчик-уловитель-дыма, который висит на потолке, прямо у Пипа над головой - здесь будет море воды через 2 минуты.

    "Ни выпить, ни покурить" - подумал Пип и поднял голову, вытянув шею.

    - Вот дерьмо..

    - Не ругайтесь капитан:-)! курить вредно:-)!

    Он затушил в сигарету в пепельнице (которые, да, расставлены везде) и достал кружку.

    Открывая по-очереди шкафчик за шкафчиком, Пип морщился в поисках чая. И всё таки нашёл. Чёрный чай он сыпанул прямо из пакета в кружку и залил всё это кипятком. Чаинки закрутились в горячей воде, и он почему-то представил Викторию в ванной со всеми этими шампунями, гелями..

    С расползающейся улыбкой Виктория наблюдала за его упражнениями с чаем. Она встала со стула, достала из холодильника молочник и поднесла к его кружке с чаем, как бы спрашивая: "налить?"

    Он помотал головой, улыбаясь, глядя на неё сверху. "Она такая маленькая. И такая сильная. Ну, почему она не пьёт кровь, как все вампиры.."

    -Не надо, я к вашим английским традициям, наверное никогда не привыкну - хихикнул Пип, вспоминая, как впервые попробовал такой вот чай: с молоком..

    - Ну как же так, капитан! - удивленно воскликнула Серас - Это же вкусненько! Да вы попробуйте!

    - Ты же не хочешь кровь, так и я не хочу чай с молоком. - Заулыбался он. По пятницам Пип был в очень хорошем настроении и расслаблен. Он помешал ложкой чай и, подняв кружку, отпил немного, поморщившись, какой он был горячий. И крепкий. Виктория надулась немного.

    - Ой, да вас бесполезно уговаривать! То же, что и Хозяин, он ни в какую мне не уступает! Как бы я его ни упрашивала об отдыхе, он даже слушать не хочет.

    - Он не даёт тебе отдыхать? - удивился Пип. Он не знал, что Кровосос её так гоняет. Капитан сделал ещё глоток.

    - Да он вообще!! - она была очень возмущена. - Вы представляете, заставляет меня по десять раз превращаться в туман и обратно. Ну я же так не могу! У меня совсем плохо получается! Из десяти попыток раза два, может, получится, и то, если я не уставшая. А он говорит - десять! Конечно! Хозяину-то это - раз плюнуть, он и не такое умеет! - прикрыв рот рукой с одной стороны, чтобы, якобы никто не слышал она тихонько добавила - Да он вообще такое умеет..Даже Леди Хэллсинг не знает всего, что он умеет, не то что я.

    Пип отпил чаю и, протянув руку, поправил прядки её рыжеватых волос, которые прикрыли ей глаз, пока она эмоционально жаловалась на Хозяина.

    - Мне почему-то кажется, что леди Хеллсинг как раз знает :D)

    Он снова подумал о том ,как умиляет его эта девушка. Виктория. Он вообще страшно любил общаться с девушками. Особенно с этой.

    Тем временем она перешла на заговорческий шепот, чуть наклонив корпус тела к нему, чтобы он лучше слышал - Может быть она многое знает, но точно не все. Хозяин говорит, что настоящий вампир сам не знает предел своей силы. Да. Так мой Хозяин говорит. Хотя, Леди Хеллсинг, конечно, знает гораздо больше моего. - она говорила совсем тихо - Знаете, капитан, Лорд Алукард постоянно сидит в ее кабинете.. Постоянно! Я как-то хотела зайти в Леди Интегре - а он там! Ну я и вышла быстро. Ну он, конечно, меня заметил.. - волнительно выдохнула Виктория. Глаза её горели, а сама вся сжалась, словно рассказывает великий секрет.

    -Ещё бы, Серас, тебя не заметить. - сказал Пип, с едва скрытым умилением глядя на неё. Ну, он не может не смотреть на её грудь. Она у неё очень красивая. Когда Серас наклонилась, ему захотелось обнять её и хоть что-нибудь с ней сделать. Но кухня - есть территория дворецкого и ещё некоторых людей. Волтер, конечно, его друг, но даже он не позволил бы приставания в таком месте.

    Для Пипа нет законов.

    Он погладил Викторию по щеке. Крепкий чай по идее призвал взбодрить человека, а этот чай его расслабил ещё сильнее. Отдернувшись от неожиданности, она уставилась на него. Она не привыкла, стобы капитан трогал ее так. Только когда поправлял ей руки, когда она держала оружие, и правильно устанавливал ноги, когда она делала упражнения по борьбе.

    Смутившись, Виктория опустила глаза. Но затем она оживилась, вспомнив кое-что. Она подняла голову, ее большие бордовые глазки горели - А, знаете что, капитан!!? - возбуждённо воскликнула она. Пип настороженно на неё покосился.

    - Что?..

    - Леди Интегра разрешила мне по выходным ходить в гражданской одежде! Представляете! Не в форме! - щебетала она . Так быстро, что он едва мог разобрать эту скороговорку. - Завтра я иду с Нэнси, ну это горничная, помните ее? и с Кэтрин - это наш секретарь , я иду с ними по магазинам покупать одежду. О, я не могу дождаться! Сейчас, знаете, модно такие юбки - она показала на себе что-то непонятное. - Я хочу такую розовую. Да. И желтую! Это же подойдет к цвету моих волос, как думаете, капитан??

    Пип смотрел на неё, находясь в замешательстве от того, как она его всё таки умиляет. От мысли, что Виктория Серас поедет покупать себе все-эти-милые-женские-тряпочки, которые всё время так и хочется с них стащить, у него кружилась голова. "Да..что будут за выходныыые..."- подумал Пип и снова посмотрел на Викторию, он представил её в гражданском и началось..

    Конечно он обожал её форму, но гражданская давала ещё больше вариаций..

    Он прикоснулся к краю её юбки, посмотрев вниз.

    - Конечно, только если она ещё покороче будет.. - ухмыльнулся Пип.

    И, о да, он помнил Нэнси. Лучше её помнили пара человек из его гусей, но он её помнил тоже.

    Серас возмущенно шлепнула его по руке, чтобы он не трогал ее юбку. - Я еще не решила насчет длины!

    "Все женщины в этом особняке определённо хотят "неприятностей". Как же нам это всё терпеть, блин..."

    Когда она его ударила, Пип рассмеялся и ответил:

    -Ну, я тебе и говорю: покороче, и нормально!

    Это было нестерпимым извевательством для него. Она говорит ему о таких вещах, которые здорово щекотят фантазию. И не только её.

    - Да вы вообще, Мсье Бернадотт, только и думаете об одном! - обиженно сказала Виктория. Она отвернулась, выбросив пустой пакетик из под медицинской крови в мусорное ведро.

    -Ну, что я могу поделать, если тебе и правда красиво в короткой юбке, - сказал капитан, приобняв её за плечи, положив подбородок на её левое плечо. Чёлка щекотала ей ухо.

    Пипу очень нравилось ,когда она называла его Мсье (хотя она чаще называла его так, когда злилась), потому что в Англии используют обращение Сэр, а в его родной стране Мсье..

    Серас стояла смирно, не смея шелохнуться. Ждала, что он дальше сделает. "Вот пусть только попробует что-то сделаеть. Я ему так вмажу. Хоть он и мой капитан, хоть он меня потом и гонять будет без устали, я ему, честное слово, так вмажу!".

    Она снова пахла этими шампунями и кремами. Пип вспомнил про ванную. И он уже едва не поцеловал её в шею, как в боковом кармане штанов зашипела рация..

    Он выпрямился и мысленно выругался

    -Да. - Ответил он, нажав на кнопку.

    -Только не говори нам ,что ты уже кого-то от*** и пропустишь Пятницу Вечер! - раздался радостный голос одного из "гусей". Пип зажмурился, стиснув зубы. Он совершенно не хотел, чтобы Виктория слышала такое.

    -Нет, я еду.

    -Вот и за***сь! девчёнки обещали... - И Пип вырубил рацию, иначе это уже слишком. Он просто очень хорошо знал своих людей, и он знал, что следовало за словами.

    Виктория возмущенно-удивленно подняла брови. Но её лицо быстро приобрело пофигистично-отстраненный вид, девушка сжала губы. -Приятно провести "Пят-ни-цу Ве-чер", капитан! - процедила она сквозь зубы.

    Он сунул рацию обратно в карман и посмотрел на Серас.

    - Всего хорошего, рядовой. - Сухо сказал Пип и направился к двери. В тишине особняка были только слышны его шаги - звук топанья тяжёлых ботинок по полу

    Серас вздыхнула, и с унылым видом поставила его кружку с недопитым чаем в раковину. Она долго таращилась в одну точку, представляя, как капитан целуется и обнимается с какими-то другими девушками. Потом она всё таки понуро поплелась к окну, чтобы посмотреть, как "гуси" дружно запрыгивают в хаммер капитана и врубают какой-то ужасный грохочущий металл.

    Один из них помахал рукой куда-то в сторону, подзывая. Пип прошёл быстрыми шагами, выкуривая на ходу. Он открыл дверцу машины и уже поставил ногу на ступеньку. Но на мгновение замер, затем всё таки забирался в машину и сел за руль. На обратном пути, конечно, водитель сменится. У них всегда есть прозапас трезвый водитель.

    Сегодня, когда одна из девушек будет стонать, обвивая руками его шею, он всё равно будет думать о той, которая так хочет ходить в гражданском..

    http://o.foto.radikal.ru/0701/4004c4ddc6aa.jpg

    Spoiled Alice: Hellsing Related

  • Цитата

    НАЗВАНИЕ: Поцелуй на полигоне

    АВТОР: Alice Parker/Mona

    EMAIL: aliceparker@yandex.ru

    КАТЕГОРИИ: Hellsing

    ПЕРСОНАЖИ/ПАРЫ: Pip/Victoria

    РЕЙТИНГ: PG

    ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ: поцелуй :huh:

    СОДЕРЖАНИЕ: Виктория совершает очередную глупость, разобрав свой Харконен по частям. Пип, конечно, поможет его собрать..

    СТАТУС: завершено

    ОТ АВТОРА: предполагается, что это первый (один из) их поцелуй

     

    Полигон. Стрельбище.

    Виктория Серас сидела в сторонке и пыталась разобрать свой Харконен, надев на себя куртку Пипа, которую он оставил возле неё. Но, так как, хоть тягать она Харконен могла, как пушинку, в устройстве его почти не разбиралась. Виктория нервно сдула непослушную чёлку, спадающую ей на лицо.

    На улице давно стемнело. Почти все тренировки проходили ночью, и это невероятно изматывало Пипа. Ночью хотелось спать, а днём надо работать, но часто приходилось делать совсем наоборот. Капитан зевнул и посмотрел в сторону, где сидела Виктория со своим огромным Харконеном. Пип всегда удивлялся, удобно ли ей с таким БОЛЬШИМ оружием ходить. И зачем вообще? При её-то силе..

    Он с грустью вздохнул и поплёлся к Виктории, в одной руке неся свою винтовку, а другую держа в кармане.

    Вики была настолько увелечна разбором Хорконена, что совершенно не заметила капитана. Своими маленькими ручками она тихонько разбирала Харконен, разложив перед собой на земле несколько его деталей, которые успела снять.

    Капитан ухмыльнулся мысли о том, что эта девушка кутает своё тело в его одежду. Он подошёл и присел сзади, пока Виктория его не видит, через её плечо тихо сказал ей:

    - Собираешь оружие в темноте, Серас.. Прям как на фронте.. - его низкий, немного усталый голос прозвучал до неприличия близко с её ухом.

    "Она пахнет девушкой -она пахнет шампунем и какими-то, наверное, духами...", подумал Пип.

    У бедняжки Серас от неожиданности чуть сердце из груди не выскочило. Она вскрикнула, резко обернувшись.

    -КАПИТАН! Я испугалась!

    Развернувшись к нему лицом, она переложила Харконен ближе, чтобы показать, что она наделала.

    Пип встретился с ней взглядом и на мгновение замер. Ну, почему он хочет её всякий раз, когда она рядом? Он опустил голову, некоторое время не отрывая взгляд от того, что она сделала со своим оружием. ТАКИЕ пушки ему приходилось разбирать пару раз, и то, потому что это необходимо уметь, раз с Викторией они работают вместе. Пип снова вздохнул.

    - Зачем ты сделала это?..нужно было просто снять с предохранителя. Ты вечно забываешь и думаешь, что он сломался..боже.. - устало сказал Пип. Всегда одно и тоже.

    -Я.. , - Красные глазки уставились на него, - Я, понимаете, решила проверить, может быть туда что-нибудь закатилось, ну я имею ввиду в какую-нибудь щелочку мусор попал, и он плохо работает, всмысле... я снимала с предохранителя! честно! - попробовала оправдаться Вики, нервно улыбаясь.

    После воскресной гулянки у Бернадотта всё ещё болела голова. Что-то а насмешить своим щебетом маленькая вампирша умела, это да. Так же быстро, как и разозлить.

    -Закатилось??? Да что туда закатиться может, это же автоматика..и с такими патронами закатывайся-не закатывайся, всё равно рванёт как обычно.. - бубнил Пип, начиная вскипать, перебирая деталь за деталью, которые она, конечно, все поперепутывала.

    -Mon dieu! А это ты как открутила?.. - воскликнул Пип, показывая на мощную изогнутую пластину. Вероятно каркас. Серас немного отодвинулась назад в легком испуге. Кэп ругается, это плохо. Кэпа вообще-то лучше не злить. Вики отползла немного в сторону, подобрала что-то с пола и показала ему. Она держала своими белыми крохотными пальчиками маленькую пружинку.

    - Еще вот это откуда-то выкатилось. Знаете, Мсье Бернадотт, я подумала, что у такого БОЛЬШОГО оружия такая маленькая деталька совершенно не играет никакой роли. - и она зажала пружину в кулачке. - Может, не будем ее приделывать?..

    Пип начал по-настоящему вскипать. Он прикрыл глаз, пытаясь успокоиться. "Боже, её надо либо....либо её надо".

    - Эту вообще вытаскивать нельзя! Не так поставишь, и он взорвётся у тебя в руках при попытке выстрелить!!!

    Ему совсем не хотелось, чтобы Викторию взорвало.

    Виктория растерянно посмотрела на наёмника, уже совершенно не зная, что сказать, чтобы не разозлить его. Она рассеянно переводила взгляд с Пипа на Харконен, на детали, которые, бог знает, как собрать теперь вместе. Она не знала что делать. Находясь в сильнейшем замешательстве, она с ужасом думала, что же будет дальше. Когда капитан ругается, у Виктории вообще прекращается какая-либо мозговая деятельность.

    Кончики её растрёпанных волос завитками лежали на воротнике его куртки. Грудь слегка вздымалась, когда она делала вдох, чтобы снова сказать какую-нибудь глупость.

    - Так..ладно..- Бернадотт собрался с силами, но в этот день было невероятно тяжело работать. За немалое время он привык быть на заданиях и тренировках ночью, но это всё же было тяжело. Он стал по очереди выбирать из деталей основные и второстепенные и составлять их обратно. Одну к другой, щелчок за щелчком. Глаз слипался от усталости и от дыма его вечных сигарет. Он потёр глаз тыльной стороной ладони и продолжил.

    В это время Виктория сидела тихонько, как мышка, и наблюдала, как всезнающий кэп собирает ее пушку. Она такая милая и красивая, думал он. И ещё он думал о том, как осточертели ему все эти выстрелы и детали оружия, гули и зомби..Почему вот нельзя сейчас зелезть в постель с какой-нибудь милой и красивой Серас и не думать об этом всём..

    А Вики украдкой рассмотривала его профиль. "Он такой сосредоточенный и серьезный. Настоящий капитан.."

    Она посмотрела на его губы, прядки темно-рыжих волос, спадающих на лицо, на загорелую шею и руки. Не выдержав, Вики неожиданно напрыгнула на Пипа сбоку, и обняла его за шею.

    -Капитан, вы такой добрый ко мне!

    Пип оторопел, не в состоянии ничего понять. "Она что-то задумала, или просто так?..Или чего с ней?.." Она, эта девушка, так близко, что у него дух захватило. Все те бардельные девицы, если и кидалить к нему на шею, то только за деньги.

    Его рука едва заметно опустилась ей на поясницу. "Ну, вот, сейчас опять ударит"

    Быстро вспомнив, что обниматься с капитанам - это не очень по нормативным правилам Хэллсинга, Виктория быстро отстранилась от него, потупив взор. Она начала сосредоточенно перебирать ставшиеся пару деталей, чтобы отвлечься от этих странных нахлынувших эмоций.

    Пип осторожно поставил пружину, приподняв к себе оружие, чтобы лучше было видно. Ещё несколько деталей, и Харконен был собран. Бернадотт поднялся и взгромоздил этот 30 килограммовый пушняк себе на плечо. Если пружина стоит не так, то он сейчас умрёт. Пип сжал зубы. Нацелившись на ближайшую мишень, он выстрелил. Мишень разнесло на куски. От отдачи Пип пошатнулся..

    -Видишь, стреляет..

    Серас подняла на него свои такие ещё детские глаза и тихо пропищала - Спасибо. Я больше не буду его разбирать - она смахнула челку с глаз - Я дважды проверю ... проверю.. как его черт.. предохранитель!

    Он улыбнулся, потому что сам перенервничал, погибнуть же мог.

    "Нет, ну как можно до сих пор быть девственницей. Неужели она настолько упрямая, что никто её на это не уломал.."

    Вики резко выпрямила спину. Наивная улыбка исчезла с лица, Серас показалась, что она смогла совсем немного уловить его мысль. Даже не мысль, а общую эмоцию.

    -О чем вы сейчас думали, капитан? - Нахмурив брови, девушка смотрела на Бернадотта в упор. Пип номентально "очнулся". Он постоянно забывает, что она учится и скоро тоже будет читать мысли, как Алукард.

    - О тебе.. - быстро оветил Пип первое, что пришло ему в голову. Придумывать просто не было сил.

    - Я уже поняла, что обо мне, капитан. - Насупившись, процедила Серас.

    - А, ну..вот, о том, что ты мысли скоро совсем научишься читать, и что нам всем потом делать...? - нервно улыбаясь, окинув взором всех своих солдат, сказал Пип. Но Виктория не сводила с него подозрительный взгляд - Все таки вы что-то от меня утаиваете. Я это чувствую. Когда-нибудь я смогу в точности понять всё.

    "Да что тут понимать?!!!" подумал Пип и снова улыбнулся. Вики забрала у него свой Харконен, и на ее милом личике снова появилась застенчивая улыбка. Виктория Серас не умела долго злиться. - Спасибо, капитан, что починили его, даже и не знаю, что без вас делала бы. Волтер точно убил бы меня, если бы я сказала ему, что нужно купить новый, хихи..

    -Ха! Это точно! - и Пип представил внешне спокойного но совершенно убитого этой новостью Волтера. - Харконен был исправен! Его разбирать не надо было вообще. Наконец Пип хитро взглянул на Викторию, слегка склонив голову набок.

    - А что мне за это будет?..

    На это у него всегда находились силы. Он встретил её испуганный взгляд

    - А.. а.. что нужно?

    - Ну, не знаю. А что ты могла бы такого сделать, чтобы тебя потом не сильно совесть мучила? - нахально ухмыльнулся Пип, играя на её наивности.

    - Нуу, - Вики задумалась, - Я бы могла отмазать вас перед Госпожой Хеллсинг. От проверок отмазать. Сказать, например, что вы больны и всё такое..

    - Ну, это я и сам могу устроить..

    - Ну.. я бы смогла в вашей комнате уборку сделать!

    - Да там за век порядка не навести!!

    Кто-то в этот момент окликнул Пипа издалека. Кто-то из его солдат. Он, не пововачивая головы, поднял вверх два пальца, мол, "подожди", солдат кивнул, продолжив возиться с оружием.

    - Я..я не знаю.. - сдалась Виктория, опустив глаза.

    Она очень нервничала, потому что боялась, что он попросит что-то такое, что она не сможет сделать. Или постесняется.

    Совершенно смущенная, она сложила ладошки возле рта, чтобы сказать Пипу на ухо и никто не слышал. До уха, естественно, дотянуться ей непросто.

    -А?..- Пип слегка наклонил голову, чтобы послушать, чтоже такое эта девушка хочет сказать, что это даже слышать никому нельзя.

    Она прошептала:

    - Я моку.. ну конечно.. если фам это интересно.. я пы мокла фас.. ммм... поцелофать.. - воздух защекотал ему ухо.

    Пип наклонил голову пониже.

    - Ты будешь целовать меня при них, Серас?..- спросил он с такой интонацией и выражением лица, словно ему вообще всё равно, где. Ему-то всё равно, но он знал, что она постесняется при людях.

    Сжав губы, Вики отрицательно покачала головой. - Нет.

    Капитан покосился на солдат, которые уже давно изредка поглядывали на парочку.

    -Значит Я. буду целовать ТЕБЯ. при них. - Сказал Пип и приложил ладони к её холодным щекам, а губы - к её губам. Он слегка прикрыл руками ей и уши, чтобы она не слышала присвистов издалека, а то совсем умрёт от смущения, потому что целует он её так, как очень давно хотел. Стоя к ней очень близко, он наслаждался ещё и тем, как её пышная грудь прижимается к его телу, хоть и в одежде были они оба. Не отпуская Вики, Пип не давал ей вдохнуть. Как хорошо, что ей дышать не надо. Маленькая вампирша даже не думала открывать глаза, чтобы посмотреть, что творилось вокруг. Вики просто дико хотела, чтобы кэп не только целовал ее, но в тоже время пребывала в неописуемом смущении, млея от теплых губ капитана, она усиленно пыталась держать себя под контролем. А колени все равно дрожали, выдавая её неописуемое волнение. Он целовал её сильнее и глубже, чтобы не упустить такой момент. Его пальцы слегка поглаживали её уши, но затем легли плотнее, чтобы она не слышала ни выстрелов, ни этих засранцев вдалеке, которые присвистывали и что-то кричали.

    Виктория бы рада, чтобы капитан хоть часами целовал ее, но всё-таки ее очень смущало присутствие всех гусей на стрельбище, поэтому она попыталась отодвинуть Пипа. Нехотя, он отстранился.

    Смущённая, как никогда, Вики схватила Харконен и быстрым шагом направилась к своим мишеням 300-метровой дальности. Делать хоть что-то, только не думать о капитане ТАК, как она сейчас о нем думала.

    Ухмыляясь, Пип развернулся в противоположную сторону и пошёл к солдатам. Они молча ждали, когда он поравняется с ними.

    - Отставить комментарии. - Отрезал Пип, и они начали посмеиваться.

    - Тишина!! Мишени 200.1, 200.2, 300.6 живо!

    http://o.foto.radikal.ru/0701/4004c4ddc6aa.jpg

    Spoiled Alice: Hellsing Related

  • Цитата

    Автор: (Хельга)

    Рейтинг: R

    Жанр: ангст

    Статус: Закончено

    Действующие лица: Алукард и его воспоминания

    Предупреждения: Особых нет. Кроме тех, что достаточно эмоционально, ну и самокопания, самокопания...

    Описание: Ты плачешь, вампир? А разве тебе есть, о чём плакать? Ты плачешь, но разве тебе есть по кому?

    От автора: Посвящается главному пиарщегу Алукарда, Nataly G, и "музе" КапиТану (Кровавому парнише).

    Последнее обновление: 11.10.2006

     

     

     

    --------------------------------------------------------------------------------

     

    Тёплая липкая тяжесть на щеках… Что это? Длинные дорожки горячих слёз. Ты плачешь, вампир? А разве тебе есть, о чём плакать? Ты плачешь, но разве тебе есть по кому? Ты плачешь, но разве ты можешь себе это позволить? А плачешь ли ты вообще?!

    Алая пелена, застилающая глаза, есть, но нет тягостного ощущения отчаяния и безысходности, нет наступающего после слёз облегчения.

    Ты плачешь, вампир, но разве могут слёзы быть «бесцветными»? Ты плачешь, вампир… но даже твои слёзы – всего лишь кровь.

    О чём тебе плакать? О поражениях? Тебе снилось твоё единственное поражение?

    Единственное?! Неправда. Сколько было этих поражений? Сколько раз ты возвращался от турок в гордом одиночестве, потеряв свою армию, но принимался вновь и вновь собирать горячие головы Валахии, менял стратегию и шёл на несметные орды измученных твоим упорством и напуганных твоей «жизнью» сарацин? Не раз и не два. И, наконец, поражение стало победой. Полной и бесповоротной. Ты отомстил им за свою «нежизнь», загнав их обратно в огненные пустыни, отобрав их мечту о мусульманском мире, разрушив их веру в себя на долгие века.

    Ты плакал по своим поражениям, утирая слёзы измазанными в крови руками – ещё будучи человеком, мальчишкой, заменил кристально чистый эликсир облегчения на солёный алый нектар. Свои поражения и обиды ты топил в криках страха и бешенства, неистового сумасшествия и сладостной трусости, оглашавших весь твой путь, каждый твой день и час «жизни», когда ты собственноручно забивал колья в очередного пленника, выворачивал им внутренности крюками, распинал на дыбах, поджаривая на огромных кострах. И уже тогда тебя задевали только самые жестокие пытки, только самые перепуганные пленные и побеждённые, сходящие с ума от понимания неизбежности бесконечной боли, что за руку сведёт их в царство теней, привлекали твоё внимание. Уже тогда ты стал забывать, что значит «милосердие», «жалость», «симпатия». А ещё раньше ты позабыл и «благоразумность», «здоровую рассудительность»… Слов же «трусость» и «чувственность» ты не знал никогда.

    Глупо плакать об отомщенных поражениях. А плакать о победе ублюдка ван Хеллсинга ещё и неблагодарно: победив тебя, он дал тебе причину «жить» дальше, зажёг огонь, на который ты так отчаянно стремишься последние полторы сотни лет, - отобранную, призрачную свободу. Да, за это поражение ты уже не стребуешь с почившего Абрахама ни одного крика, стона или перепуганного взгляда. Но по обидам предков отвечают потомки по крови. Интеграл Файрбрук Вингейтс Хеллсинг… Вполне возможно, она будет платить по счетам. Достойный противник, очередная попытка, очередной выбор новой тактики, очередная битва. И оборона уже начинает сдавать. Ты всё по-прежнему ведёшь свою войну, расчетливый полководец. Так зачем плакать по столь «удачному» поражению?

    А может, тебе претит звание чудовища? Монстра? Чуть ли не дьявола? Вот уж нет. Они правы – да, ты не пуст, не бесчувственен, не холоден, но все твои эмоции – порождения человеческих страданий, наслаждение от унижения других, безумство кровавого экстаза. Ты – маньяк, ведомый лишь своей жаждой и стремлением к свободе. Да, ты благодарен ван Хеллсингу. Тогда… Ты ведь помнишь, кто научил тебя быть таким, каким тебя видят люди, – давно уже растерял себя в их мыслях о тебе, когда начал потакать заблуждениям, потому что быть самим собой более не мог: этот новый мир, в который ты рухнул, словно в полынью, после нескольких веков забытия и аскетства, был чужд кровавому монстру, слишком нов и непонятен, и принять его ты не мог.

    Кроме того, в закромах твоих воспоминаний есть и пара живописных картин, доказывающих, что ты – не страшнее и не безумнее людей. Взять того же Абрахама: безумный медик-оккультист, раскопавший в свои исканиях образцы печатей Кромвеля и записки о якобы вампире… Острый резвый ум, подчинённый сумасшедшей воле спятившего ученого. Жертва в несколько человек, которых он без зазрений совести называл своими друзьями, и посмертная «эпитафия» им в виде книги – что ж, очень умно и ровно так же отрезвляюще-отвратно. Когда на твоё сознание ложились не столь древние, но от этого не менее действенные печати, ложились вместе с кровью Харкера, Морриса и третьего, чьего имени ты не запомнил, а ван Хеллсинг шептал над ним формулы на смеси латыни и старого английского, ещё с резкими отголосками саксонского, порой бросая успокоительное «Мой друг, потерпи, ещё немного осталось» кому-нибудь из мужчин, высыхающих с каждой секундой, ты дрожал от негодования, вопил за них, ощущая боль предательства, умирал в очередной раз, сгорая в осознании, что такое – «человек». Их жизнь и кровь были отданы чему-то вроде алхимических кругов, а ты, вампир, не в силах двинуться с места, с остервенением вспоминал тех немногих, которых при жизни мог назвать друзьями, и воспоминания о гибели каждого из них отдавались серебряными штыками в сердце, и от этого ненавидел Абрахама всё сильнее. У тебя уже не было и не могло быть никого, ближе темноты внутри тебя. И ты порой завидовал людям, способным хоть на какую-то симпатию, и видеть, как предают эту наивность, больно было тебе. Тебе не забыть того, как безудержно и радостно смеялся этот «человек», забивая в твоё тело осиновый кол в конце ритуала. Чисто и безумно, тут же забыв о своих «друзьях». Пьяно от такой небывалой победы. Искренне счастливо от того, что он не знал и половины правды.

    «…это не дурной сон…» - Абрахам, что ты знаешь о снах? Знаешь ли ты, что вечность – это тот же длинный, тускнеющий лоскут времени, который вы привыкли называть снами? Что это – иллюзия, от которой нет спасения. Не очнуться от него, не сбежать никуда, кроме как в небытие. Стоит ли надоевший серый сон, лишь изредка радующий яркими красками, этого шага в пропасть?

    Ты, вампир, раз за разом выбираешь – видеть этот сон дальше. Возможно, он даже нравится тебе.

    «Твоего замка и земель больше нет» - нет уже с тех пор, как они перестали нуждаться в тебе. Как только отгремело последнее эхо сарацинских набегов и в Валахию пришёл «мир», эти земли перестали быть твоими. А замок – зачем тебе камни? Тебе не нужна даже земля – она не примет твоего бездыханного тела, отторгнет. И лишь огонь… Огонь – руки языческих богов. Лишь он примет тебя, когда ты, наконец-то, устанешь от обмана.

    «слуги твоих последователей мертвы» - как мертвы и полчища храбрых воинов Валахии, и тьмы сарацинские, и тысячи мирных жителей, и религиозные фанатики, приходившие по твою голову… Хотя нет, не мертвы – они просто исчезли: от момента смерти их души принадлежат тебе. Что ты обещал им? «Все эти жизни я подарю тебе, и ещё больше, на множество веков, если ты на коленях поклонишься мне». Ты отобрал добычу у Сатаны или сам стал им, вампир? Или стал языческим богом? Кромешником? Но ты проходишь век за веком, а ещё ни разу не говорил ни с Богом, ни с Дьяволом – только с человеческими душами, воспоминаниями и мечтами. Тебе не нужны слуги, ибо имеешь ты их в достатке.

    «… клеймо исчезло…» - исчезло, значит, ты проиграл битву за эту душу. Неужели так тяжело понять, что теперь она – такая же, как и тот, в кого ты забиваешь кол? Свободная, юная, голодная… Потому что вампир дал ей свободу, напоив своей кровью. «Она не будет твоей» - а зачем она тебе, вампир? Зачем тебе униженная девка, не способная постоять за свою любовь? Зачем тебе еда, не дающая сил, питьё, не дающее освежения? Она не нужна тебе. Тебе не нужен никто! Не нужен хозяин! Но они все будут твоими! «Женщины, которых вы любите, уже все мои, а через них и вы будете моими – моими тварями, исполняющими мои приказания! Моими шакалами!» Но как бы ты хотел ошибиться…

    «…несчастный король нежити! У тебя больше ничего нет! Граф…» - зачем умирающему дары, вещи, слуги, имена, титулы? В последний путь с собой много не унесёшь. Зачем тому, кто не помнит радостей «жизни», хоть что-нибудь, кроме страданий, боли и ужаса других людей? Что может согреть иссохшую ледяную плоть, заставить сердце биться? Что, кроме крови? Так зачем тебе, что-нибудь кроме крови и ненависти?...

    Да, эта ненависть – тоже его дар. Ты «живёшь», чтобы отомстить за эту изнуряющую страсть и вернуть себе свободу.

    Или ты плачешь по любви? А кого ты любил, вампир? Или человек? Любовь смертного умерла, как только «родился» вампир. Ты предал свои чувства, ступив в реку крови. Все слёзы по любви, даже если и умел монстр когда-то чувствовать её, были пролиты уже тогда. Уже тогда вырвал ты это умение из себя. Твоё сердце онемело… И даже те три девицы… Пожалуй, если любовью можно назвать нелепое недолгое бурное увлечение и похоть, глупость – тогда, может, ты и любил. Но в твоём сердце – не лёд, не бездна, не пламя, а пустота, хаос, небытие. Всё, что ни пронеслось бы у тебя в голове, ни отозвалось в сердце, ни задело душу, утопает и исчезает в неутолимом голоде твоего сердца, а голод, как известно, не отдаёт своей добычи и не даёт ничего взамен. Остались лишь воспоминания, не будоражащие ничего внутри: как слишком наивные грёзы девственницы. Ты знаешь, что любил, но уже не вспомнишь, кого, даже если ткнуть тебя носом в портрет «возлюбленной». Кровь помогает забыть слабое чувство – любовь. Смешное чувство, человеческое чувство. Нет для тебя любви. Нет женщины или мужчины, которых ты смог бы назвать своими возлюбленными, потому что нет у тебя отражения… Нет отражения, как нет и оправдания твоей «жизни», или «нежизни», нет содержания – лишь кровожадная голодная жестокая оболочка. Нет, потому что не может существовать безразличного зла или доброго безразличия или…

    Ты не можешь, существовать, но существуешь. Не должен чувствовать, но чувствуешь. Не должен радоваться этому миру, но радуешься! Не должен сметь выжимать из людей больше страданий, чем уже добился, но крики боли, ужаса и отчаяния всё ещё звучат по твоей вине!!!

    Нет! Не думать! Зачем тебе, исчадию холодной, безумной и голодной бездны, думать о такой ерунде?!

    Тихо!... тишина…

     

    По ком звонит колокол?

    По чём ты плачешь, вампир?!

     

    Алукард резко встал с кресла, отняв от лица руки в перепачканных кровавыми слезами перчатках, неловко задел стол, на котором стояла бутыль и бокал с вином… Красное, терпкое, с приятным благородным запахом, оно залило стол и крупными, тяжёлыми каплями стало падать на пол, словно…

    Ты не плачешь, вампир. Просто, слишком много в тебе чужой крови, чужых страданий, чужых душ – они льются через край…

    Нет нечего проще,ранить словом.Нет нечего проще,словом убить.Слов не окинуть сожиленьем взором.Как жаль,что словом не оживить.
  • Цитата
    http://animehs.narod.ru/fanart/ksana34.html очень интересный фанфик... необычный, атмосферный... всем советую почитать
    Ах! Зло под солнцем бесконечно, И будут люди — будут вечно...
  • Цитата

    самый любимый на данный моменть фик.

     

    ПРО КРАСНУЮ ШАПКУ

    Типа, эпиграф:

    Wendy:

    The roof, the roof,

    The roof is on fire!

    And I'm, and I'm

    In love with vampire!

    Herzik: RAMMSTEIN !!!!!!!!!!!

     

    Примечание#1:

    Wendy: Rammstein и все сцены насилия над Алукардом целиком и полностью лежат на совести Herzik.

    Herzik: Was? Да я даже не знаю, кто он такой!!!...

    Примечание#2:

    A/N - авторские 5 копеек.

    * * *

     

    - Алукард, давай...

    - ...

    - Алукард, просыпайся!

    - >_<

    - Алукард, давай, кому сказала!

    - Иди к себе...

    - "Идите, Мастер!"

    - Да-да, н е п о ш л и б ы в ы, Мастер!..

    - Ах, ты ж!.. - Интегра забралась верхом на Алукарда и стала трясти его за ухо. - Просыпайся!!

    - м-м-м-м...

    - Алукард, ты же прекрасно знаешь, что без э т о г о я не смогу за снуть. Кто ж тебя тогда ночью на задание пошлет?

    Один красный глаз с трудом открылся только для того, чтобы узреть 13-летние чудовище в сиреневой пижамке, сидящее сверху, и тут же захлопнулся снова.

    - Давай, давай! Не кочевряжься! - Интегра оставила ухо и стала дергать Алукарда за длинные волосы, мотая его голову по подушке:

    - Д а в а й! Д а в а й! Д а в а й!

    - хррррррр...

    Не добившись успеха с волосами, Интегра схватилась за ремни красного скафандра на груди у Алу и стала трясти его с несвойственной 13-летним девочкам силой:

    - С К А З - К У! С К А З - К У! С К А З - К У!.. - скандировала она, словно болельщик на хоккейном матче, при каждом встряхивании отрывая Алу от любимой подушки.

    - ХА-РА-ШО! ХА-РА-ШО!.. - трясся наконец проснувшийся Алукард.- Хорошо! Расскажу тебе сказку!

    - В А М ! С К А З К У !! М А С Т Е Р !!!

    - Ооооо... Вам сказку, Мастер.

    - То-то жа! - добившись своего, Интегра, наконец, слезла с Алу и, улегшись справа от него, приготовилась слушать сказку.

    - Ну, так вот... - начал Алукард, усиленно моргая, чтобы разлепить сонно слипающиеся красные глаза. - Однажды...

    - Нет, не надо про "однажды".

    - Ну, тогда "жили-были"...

    - Нет, эту я тоже уже слышала.

    - Охх!.. В одном темном-претемном лесу...

    - Вот, уже лучше!

    - Уфф!.. - облегченно вздохнул Алукард. - В одном темном-претемном лесу жила маленькая девочка...

    - Это что про меня сказка?

    - Да. Не перебивай... те, Мастер ... маленькая девочка... Мать любила ее без памяти, а бабушка еще больше. Ко дню рождения внучки подарила ей бабушка красную шапочку...

    - ^.^

    - ... с тех пор девочка всюду в ней ходила...

    - :P

    - ... соседи так про нее и говорили: "Вон Красная Шапочка идет!"...

    - хи-хи-хи-хи!..

    - Что смешного?!

    - Алукард, а сказка-то про тебя!

    - Чего?!..

    - А кто у нас в красной шляпе безвылазно ходит, я что ли?

    - Во-первых, я не маленькая девочка, а во-вторых, что плохого в красном цвете?!..

    - Ладно, ладно, давай дальше.

    - Да... так вот... испекла как-то мама пирожок и сказала дочке: "Сходи-ка, Красная Шапочка...

    - О, а вот это уже про меня!

    - ???

    - Ну, кто тебя все время посылает (на задание)? Я. Так что я - мама, а ты, Алукард, как ни крути, - Красная Шапочка.

    - Да никакая я не Красная Шапочка!!..

    - хы-хы-хы!..

    - Я могу и не рассказывать, - насупился Алу.

    - Только попробуй - в святой воде искупаю!

    - Брр!.. - передернуло Алукарда.

    - Рассказывай!

    - и сказала дочке: "Сходи-ка Красная Шапочка к бабушке...

    - Ага, это к королеве с секретным донесением.

    - и снеси ей пирожок и горшочек масла".

    - Хм... шифровка, наверное...

    - Собралась Красная Шапочка и пошла к бабушке, - продолжал

    Алукард, не обращая внимания на подколы. - Идет она лесом, а навстречу ей Серый Волк...

    - Андерсон!.. (A/N - притворимся, что Андерсон был всегда)

    - Ну, причем здесь Андерсон?! - наконец, не выдержал Алукард. - Если уж на то пошло, то я больше на роль Волка подхожу! - добавил он, гордо показывая свое достоинство (клыки, разумеется)

    - Оба хороши, псы бродячие.

    - Я лучше!

    - Ага, до сих пор с ним справиться не можешь!

    - Ррррр!..

    - Цыц!.. Дальше давай.

    - "Куда идешь, Красная Шапочка", - спрашивает Волк. - Продолжил Алу, стиснув зубы и дав себе слово больше не реагировать на замечания Интегры. - "Иду к бабушке и несу ей пирожок и горшочек масла"...

    - ... пирожок и горшочек масла... Нет, не понимаю...

    - "А далеко ли живет твоя бабушка?"- спрашивает Волк. - "Далеко",- отвечает Красная Шапочка. - "Вон в той деревне за мельницей в первом домике с края".

    - Да, Алукард, ты всегда отличался излишней болтливостью.

    - "Ла-а-адно", - сказал Волк. - "Я тоже хочу навестить твою бабушку. Я по этой дороге пойду, а ты ступай по той. Посмотрим, кто из нас раньше придет". - Сказал это Волк и побежал что было духу по самой короткой дорожке.

    - Превратился, небось, в листочки и унесся ветром, - Интегра дунула в воздух и помахала ладошками, иллюстрируя процесс.

    - А Красная Шапочка пошла по самой длинной дороге... <зевок>...

    Шла она неторопясь, по пути останавливалась... <ба-а-альшой зевок>... рвала гулий на части и собирала их в букеты...

    - о_О

    - Устала, как собака, и... хрр... прилегла под кустиком отдохн... хррр...

    - Алукард, не смей засыпать!

    - Хр... А?.. Ах, да... Не успела она еще и до мельницы дойти, - скороговоркой продолжил Алу, борясь со сном, - а Волк уже прискакал к бабушкиному домику и стучится в дверь: тук-тук! - "Кто там?" - спрашивает бабушка. - "Это я, внучка ваша, Красная Шапочка, - отвечает Волк. - Я к вам в гости пришла, пирожок принесла и горшочек масла".

    - Пирожок И Горшочек Масла... Ааа! Дошло: "Привет (от) Интегры - Гулии Мертвы"!

    - А бабушка была в то время больна и лежала в постели. Она подумала, что это и в самом деле Красная Шапочка, и крикнула: "Дерни за веревочку, дитя мое, дверь и откроется!"

    - Даа, интересный способ...

    - Волк дернул за веревочку, дверь и открылась. Бросился Волк на бабушку и разом проглотил ее. Он был очень голоден, потому что три дня ничего не ел.

    - Пост, должно быть, соблюдал, священничек!..

    - Потом закрыл дверь... улегся на бабушкину постель... и... заснул...

    - Я тебе дам "заснул"!! - Интегра яростно принялась толкать Алу, пока тот не проснулся снова:

    - А?.. Что?.. О чем это я?..

    - Красная Шапочка...

    - Ах, да-да... Пришла Красная Шапочка и постучалась: тук-тук! - "Кто там?" - спрашивает Волк, а у самого голос грубый, хриплый...

    - Представляю, хе-хе!..

    - Красная Шапочка испугалась было, но потом подумала, что бабушка охрипла от простуды...

    - Умная девочка!..

    - и ответила: "Это я, внучка ваша, принесла вам пирожок и горшочек масла". - Волк откашлялся и сказал потоньше...

    - А вот этого не представляю! Хотя, наверно, навыки пения в церковном хоре помогли! Хе-хе-хе!..

    - "Дерни за веревочку, дитя мое, дверь и откроется"...

    - "Дитя мое"... Точно - о т е ц Александр!

    - Красная Шапочка дернула за веревочку, дверь и открылась...

    - Сдается мне, что этой загадочной веревочкой была подвязана не дверь, а чья-то католическая ряса!..

    Алукард скрипнул зубами, старательно сосчитал в уме до десяти барашков и только после этого продолжил:

    - Вошла девочка в домик, а Волк спрятался под одеяло и говорит: "Положи-ка, внучка, пирожок на стол, горшочек на полку поставь... а сама... приляг рядом со мной...

    - O_O

    - Красная Шапочка подумала: а какого х%ра?.. Постель такая мягкая... прилегла рядом и... хрррррррр!..

    - Алукард!

    - хрррргхрррр!..

    - Алукард!! - Интегра опять попыталась его разбудить, но на этот раз ни дерганье за уши, ни пинки в бок, ни даже угроза посадить на чесночную диету не дали результата - Алу спал самым что ни на есть мертвецким сном и храпел, как заведенный "Harley-Davidson".

    - Считаю до трех, Алукард! Раз!.. - Интегра достала последнее средство - припрятанный в гробу балончик.

    - Два!.. - направила его на отрубившегося Алукарда.

    - Хррррррррррр!!..

    - Два с половиной!..

    - Хррргхррррррхррррррр!!!...

    - Три!!

    - УУУАААААААААААААААААААААУУУУУУУ!!!!!!!!!!!!!!!... - моментально вскочил в гробу Алукард, одновременно выхватывая "Кассул" из-под подушки и наугад целясь им в темные углы подвала. - Ааааа!!!.. Что?! Где?!..

    Гули?!!.. Андерсон??!!..

    Никого и ничего, кроме разгневанного личика "обожаемого" Мастера.

    - Что это было?!! - спросил Алу, изумленно ощупывая свое лицо. Напрочь сожженные щеки открывали такую широкую и зубастую улыбку, какую вампиру никогда бы не удалось воспроизвести при нормальных условиях.

    - Ничего особенного - всего лишь немного святой водички для бодрости, - ответила Интегра, многозначительно встряхивая балончиком.

    - Кровопи-и-и-йца, - тихо застонал Алукард, регенерируя, и повалился обратно на подушку.

    - Ха! Кто говорит-то?.. Ну-с, (хе-хе!) Человек, Который Смеется, рассказывай, что там дальше было.

    - Ооооо, боже! - хотел было сказать Алукард, но вовремя спохватился. - Так на чем я остановился?..

    - На Андерсоне (гы-гы!)

    - А... да... Ганс Кристиан Андерсен...

    - Э?..

    - Королева... да... прикрыла горошинку двенадцатью тюфяками, а поверх тюфяков набросала еще двенадцать перинок гагачьего пуха...

    - Опять какой-то бред пошел...

    - ... на эту кровать уложила принцессу... хрр... и та сразу же... хрррр...

    - Алукард! Не спать!

    - Да не сплю я, не сплю! - тотчас отозвался Алу, памятуя о балончике. - Так на чем я..?

    - На том, как ты лег в постель к Александру Андерсону...

    - WHAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAАААААAААААААT ????!!!!!!!! -

    даже после святой воды Алукард так не вскакивал, как в этот раз. Сна не осталось ни в одном красном глазу - Алу проснулся окончательно и бесповоротно и в шоке уставился на своего гыгыкающего Мастера:

    - Я ЧТО?!!!...

    - гых-гы-гы-хы-хы!!!...

    - Никогда я такого не говорил!.. - Алукард лихорадочно стал соображать, что еще он мог наболтать спросонья. - И не делал!!.. И не думал даже!!!

    - гых-хы-хых!!.. - продолжала давиться Интегра. - Ну, ты же сам сказал: Красная Шапочка прилегла рядом с Волком...

    - Ффффьююююююфф!... - облегченно выдохнул Алу. - И всего-то?..

    Повторяю в последний раз: Я НЕ КРАСНАЯ ШАПОЧКА!!!

    - Ладно, Некрасная Шапочка, все равно давай рассказывай дальше.

    - Красная Шапочка спрашивает: "Бабушка, а почему у тебя такие большие руки?" - "Это чтоб покрепче обнять тебя, дитя мое"...

    - О-па-ньки!..

    Алу мысленно матюкнулся и в который раз пожалел, что стал рассказывать именно эту сказку, а еще больше о том, что в свое время не разыскал и не загрыз автора этой во всех отношениях увлекательной сказки.

    - Ну, и какими еще частями бабушки интересовалась Шапочка?

    - "Бабушка, а почему у вас такие большие зубы?" - продолжил Алу, преступно сокращая сказку.

    - А потому, что ты, гад, укусил меня, и теперь я - вампир по твоей милости, - ответила за Волка Интегра, которой, честно говоря, уже надоела сказка и, как она ни старалась это скрыть, очень хотелось спать.

    Алукарду было уже все равно. Его дневной сон был в очередной раз загублен, а впереди ждала еще одна нелегкая ночь.

    - Но по счастью в это время проходили мимо домика дровосеки с топорами на плечах...

    - Rammstein!** (A/N - притворимся в угоду Herzik, что Раммштайны были всегда. < Herzik: "Ja-ja, Rammstein fur immer!!!">)

    - Ну и при чем здесь Rammstein? - вяло поинтересовался Алу, уставившись в потолок теперь уже ни в какую не желающими закрываться глазами.

    - Ты же сам сказал: "проходили мимо" - значит, были в гастрольном туре, и вообще просто потому, что мне так хочется!

    - А, ну если так.., - апатично согласился Алу, изучая географические особенности потолка.

    - Значит, проходили они мимо, - продолжила за Алукарда Интегра и пели песню в мою честь...

    - ??

    - Ди Транен грайсе Киндерша-а-а,

    Иш ци зи ауф айн вайсес Ха-а-а! -

    громко начала распевать Интегра, старательно подражая интонациям Тилля Линдемана.

    Алу по опыту знал, что это надолго, а потому закрыл глаза и попытался опять заснуть.

    - Верф ин ди Лафт ди нассэ Кетте-е-е

    Унд вунш мир дасс иш айнэ Муттер хэтте-е-е! - голосила Интегра, обхватив коленки руками и раскачивая ими из стороны в сторону, насколько это позволяли стенка гроба и лежащий рядом Алукард.

    - Кайнэ Зоннэ ди мир ша-айнт,

    Кайнэ Бруст хат Милш гева-а-айнт,

    Ин майнэ Кёле штэкт айн Шла-аух,

    Аб Кайнэ Набэль ауф дэм Ба-а-ау!..

    Алукард начал уже было дремать под колыбельный мотив, но тут... пришел черед припева:

    - МУТТЕР!!!

    - Аааааа!

    - MУТТЕР!!!

    - Shut up!!

    - MУТТЕР!!!

    - .... МАТЬ!!!

    - MУТТЕР!!!

    - Рррщщщщааааа!!!.. - ощерился доведенный до ручки Алукард и, как кобра, навис над Интегрой, метя клыками в шею.

    И тут же поздоровался носом с готовым к употреблению холлиуотерным балончиком.

    - Только попробуй! - прошипела Интегра, ухмыляясь, и, как змея погремушкой, потрясла балончиком перед носом оскалившегося Алу.

    Поостыв (если можно так сказать о вампире), Алукард захлопнул пасть и вернулся к созерцанию подвального свода. С балончиком, без балончика, с печатью, без печати - он все равно никогда не смог бы причинить ей вред. И она об этом тоже прекрасно знала.

    - Ну и чем же закончилась вся катавасия? - спросила Интегра, сворачиваясь калачиком и, вроде как примирительно, тыкаясь носиком в красноскафандровое плечо.

    - Дровосеки зарубили Волка топорами (хорошая идея, кстати, - подyмал между прочим Алу, - надо будет попробовать) и освободили бабушку. А Красная Шапочка на радостях тут же всех перекусала - так что умерли они в один день, а потом жили долго и счастливо.

    Странно, но на этот раз никаких комментариев справа не последовало.

    Алукард удивленно повернул голову. Интегра спала, мирно посапывая по-детски курносым носиком. Неорущая, нетолкающаяся, не угрожающая балончиком она была сейчас похожа на маленького ангелочка. "Какой все-таки милый ребенок, - залюбовался Алукард. - Когда спит. И когда только ей надоест слушать сказки? Уже почти год прошел, а она так и не научилась засыпать без них днем".

    Интегра лежала, зарывшись белокурой головкой в такие же снежно-белые волосы смотрящего на нее вампира, и сейчас , пожалуй, их можно было бы принять за родных отца и дочь. "И что за гумбертские мысли (A/N - в отличие от некоторых, Алу знает всего Набокова н а з у б о к) лезут ко мне в голову?" - подумал Алукард, обнажая в ухмылке левый клык и наклоняя свою голову поближе к личику спящей Интегры. И если бы она могла сейчас видеть выражение этих сумасшедших красных глаз, то наверняка бы снова схватилась за балончик и... вышвырнула бы его (балончик) из гроба к чертовой матери.

    Но тут что-то в общей белокурой копне привлекло внимание монстра и, озабоченно порывшись, он выудил из нее одну прядь. Черную. И причем свою.

    "Вот она, бессонница, - подумал Алу, отрешенно рассматривая почерневшую от недосыпа прядь. - Если так пойдет и дальше, скоро почернею совсем! Нет, все: спать, спать!" - и, закрыв глаза, Алу провалился в наконец разрешенный Автором сон.

     

    А вы чего ждете? Слышали, что дядя сказал?

    Всем спать!

    Автор Wendy

    "My best weapon is my mouth... and I've got a microphone!!" B.M.
  • Цитата

    Мальчик не знал, зачем они остановились. Приказ, как и в большинстве случаев, звучал «Найти и уничтожить». И вот они нашли базу, но вампир почему-то не спешил переходить к исполнению второй части задания. Вместо этого они зачем-то развели костер у подножья поросшего лесом холма, на другой стороне которого находилась их цель, и стали ждать. Чего? Мальчик не знал этого. Сначала он рассчитывал на то, что вампир хочет, чтобы люди на базе заметили дым и пришли сюда. Если честно, он очень надеялся на это, он не хотел ждать, он хотел боя прямо сейчас. Как бы то ни было, никто не пришел к ним, и вскоре мальчик понял, что в этом не было ничего удивительного – солнце уже почти скрылось за горизонтом, стало слишком темно, чтобы заметить дым. К тому же их отделял этот не такой уж и маленький холм.

    Мальчик хотел спросить, когда они атакуют, но так и не решился. До сих пор он ни разу не заговорил с вампиром первым, а тот тоже не был особо словоохотлив. Он предпочитал сидеть молча, посадив на лицо эту жутковатую ухмылку, и наблюдать. Вскоре мальчик пожалел, что сел напротив чудовища. Когда они остановились, он хотел оказать только подальше от вампира, поэтому и занял место по другую сторону костра, и теперь глядящие строго перед собой красные глаза смотрели прямо на него.

    Еще недавно мальчик чувствовал радостное возбуждение перед предстоящим боем, а теперь на него начинал давить страх. Неприятнее всего был сам факт того, что он находится здесь наедине с вампиром. Да, видимо это и была главная проблема – вампир. Пока он лежал в гробу, все было в порядке, но стоило ему проснуться, как все отличное настроение и свойственная мальчику самоуверенность как рукой сняло.

    Мальчик тяжело вздохнул и подобрал под себя ноги, а вампир все не сводил с него пристального взгляда…

     

    ***

    Мальчик сидел у костра, обхватив колени руками, и невидящим взглядом смотрел на языки пламени. Зубы безостановочно стучали, по телу прошел озноб, на глазах то и дело выступали слезы, которые он так упорно старался сдержать. Ему было холодно, не смотря на то, как близко он пододвинулся к огню. Но еще больше ему было страшно.

    Он вдыхал запах вечернего леса, и ужас буквально парализовал его при мысли о том, что для него это может быть последний вечер. Солнце село около часа назад, и мальчик со стыдом вспомнил, что начал рыдать, когда последние лучи скрылись за верхушками деревьев, потому что понял, что для него оно село в последний раз. Он поднял с земли ветку и, несколько секунд подержав ее в руках, будто раздумывая над тем, стоит ли делать то, что он собирается, кинул в костер, после чего стал наблюдать за тем, как ее пожирает пламя. Так быстро… только что она еще была у него в руке, он мог чувствовать ее неровную поверхность, а теперь она горела, превращалась в пепел. И он тоже может умереть так просто, возможно, уже этой ночью. Он умрет, сгорит, станет пеплом, как и эта ветка,…

    Мальчик с ужасом понял, что от этой мысли снова начинает всхлипывать. Нет, он не будет, он не будет, он не будет плакать, иначе этот вампир снова начнет так гадко и довольно ухмыляться, будто бы наслаждается его страхом. Хотя, наверное, это чудовище и правда наслаждалось.

    Мальчик боялся вампира, он не понимал, зачем его посылали куда-то с таким монстром. Мальчик сомневался, что вампир хоть как-то поможет ему, когда придет время. Нет, вампир оставит его умирать, вампир бросит его там, среди трупов врагов и, наверное, еще раз ухмыльнется напоследок. «Надо было быть аккуратнее, Ангел Смерти, - скажет он, - кто ж так подставляет врагу спину?». Да, он скажет это, а потом уйдет. Уже сегодня ночью… последней для него ночью…

    Мальчик начал всхлипывать все громче и громче, уткнувшись лицом в колени. Внезапно ему стало все равно, будет ли ухмыляться вампир. Единственное, чего он сейчас хотел, это снова оказаться в Англии, в том месте, которое он привык называть домом, там, где он будет видеть это ужасное чудовище только издалека. Но не здесь, только не здесь…

    - Господи, пожалуйста, - еле слышно прошептал он, - пожалуйста… я не хочу умирать…

    Конечно, вампир услышал это. Не мог не услышать, с его-то нечеловеческим слухом. Поняв это, мальчик напрягся, ожидая, что сейчас последует какой-нибудь комментарий, что-нибудь о человеческой трусости. Но вампир молчал.

    Зато он смотрел на него, и это было еще хуже. Мальчик продолжал сидеть, уткнувшись в колени и уже очень тихо всхлипывая, и при этом чувствовал на себе насмешливый взгляд чудовища. Наверняка он ухмылялся, точно так же, как будет ухмыляться и сегодня ночью, стоя над бездыханным телом своего напарника.

    Почему жизнь была так несправедлива? Почему Бог так жестоко поступил? Он ведь еще ребенком. Да, сейчас мальчик готов был признать это – он был ребенком, слишком маленьким, чтобы воевать и, тем более, чтобы умереть. И почему это чудовище было так жестоко к нему? Почему он не захотел атаковать базу, как только они нашли ее, а только ночью? Он сделал это специально, сейчас мальчик точно знал это, вампир захотел дать ему время подумать и осознать, что умрет сегодня. Если бы они начали операцию сразу, то он бы просто ворвался туда, просто стал бы убивать, как делал уже сотни раз до этого, и так же просто умер бы. У него бы не было времени на страх… он бы не дрожал сейчас от холода, не пытался бы подавить истерику, он бы просто погиб в бою. Как и положено.

    Ветер поменял свое направление, теперь сквозь шорохи леса к ним прорывались звуки голосов. Оттуда, с базы, с того места, которое станет для него могилой. Мальчик не мог разобрать, что говорили те люди, но его это и не интересовало. Какая разница, что говорят люди, которых не станет уже сегодня ночью? Точно так же, как и его…

    Мальчик вдруг разозлился на себя. Какое вообще право он имел плакать? Он не был ребенком, он был солдатом, он убивал, его называли Ангелом Смерти. Он не имел никакого права рыдать как маленький. Тем более перед этим вампиром. И он не будет. Если уж ему суждено умереть, то он умрет, но он не будет рыдать от страха перед смертью.

    Он с яростью вытер белым рукавом рубашки мокрые щеки и достал из кармана сигареты. В тот момент, когда он сделал первую затяжку, вампир, наконец, заговорил.

    - Рано начинаешь курить, Ангел Смерти, - заметил он, с издевкой выговорив его прозвище.

    - Я уже два года курю, - буркнул мальчик, со злостью глядя на вампира.

    - Сколько тебе еще раз лет?

    - Почти четырнадцать.

    Ухмылка вампира стала еще шире.

    - А не маленький для сигарет?

    - Если не маленький для того, чтобы убивать, то значит не маленький и для того, чтобы курить, - это должно было прозвучать хорошо, но вместо этого прозвучало ужасно пафосно.

    Вампир запрокинул голову назад и разразился диким хохотом, от которого мальчика передернуло.

    - А разве ты не маленький для того, чтобы убивать, Ангел Смерти?

    - Нет! И я ничуть не хуже вас в этом деле, – прошипел он, и это тоже прозвучало как-то нелепо.

    На этот раз вампир не стал смеяться, вместо этого он встал и подошел к мальчику, тот тоже вскочил, со страхом глядя на своего напарника, и на всякий случай приготовился выпустить нити.

    - Ты боишься меня, мальчик? – тихо спросил вампир, подходя к нему. Больше всего он напоминал сейчас ленивого кота, приближающегося к застрявшей в мышеловке мыши.

    - Нет… - слабым голосом ответил он, руки дрожали.

    - Боишься, - покачав головой, ответило чудовище. В красных отблесках пламени его клыки казались обагренными кровью.

    - Нет… - прошептал мальчик, чувствуя, как к глазам почему-то снова подступают слезы.

    - Да. Ты боишься смерти. И ты боишься, что я оставлю тебя умирать там, - он еле заметно кивнул в сторону базы, – потому что не доверяешь мне. Ты не доверяешь мне, потому что боишься, а боишься, потому что не доверяешь. Хорошая дилемма, а? – он издал веселый смешок и подошел уже почти вплотную.

    Мальчик хотел отшатнуться назад, но почему-то не смог. Сигарета выпала из руки, и вампир наступил на нее, но мальчик не заметил этого. По щекам с новой силой струились слезы. Ухнула сова, и он сильно вздрогнул, почувствовав, что сердце в этот момент чуть не выпрыгнуло из груди. Дрожь усилилась, не смотря на то, что ему все еще было холодно, спина покрылась потом настолько, что рубашка прилипла к ней. Он сдавленно всхлипнул, потом еще раз, но уже намного громче.

    - Тс, успокойся… - прошептал вампир, наклоняясь так, что их лица оказались на одном уровне, - ты должен успокоиться, мальчик. И ты должен доверять мне, слышишь? Давай, смотри на меня, - он взял его за подбородок и заставил смотреть прямо в красные глаза. – Как ты дрожишь… успокойся. Я знаю, что ты хороший боец, мальчик, но в таком состоянии ты никого не сможешь убить. Давай, Ангел Смерти не должен бояться смерти, он должен нести ее другим. Я знаю, что ты лучший, иначе бы тебя не послали со мной. Я видел, как ты дерешься. Ты прав, в этом деле ты не хуже меня. И за это ты мне нравишься. Так что успокойся, я не даю умирать людям, которые мне нравятся.

    Мальчик судорожно кивнул и несколько раз глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Он не знал, действительно ли стоило верить вампиру, но ему хотелось этого. Хотелось думать, что он будет жить. Да и то, что вампир признал, что мальчик дерется не хуже его, пусть и было явной ложью, но все равно льстило.

    - Я… я просто… извините… - пробормотал он, ему было стыдно, видит Бог, ему было так ужасно стыдно! Хотелось отвести взгляд, но не получалось. Глаза вампира будто гипнотизировали. – Я не хотел… не хотел рыдать… я… просто… просто…

    Вампир снова ухмыльнулся, но уже не так, как обычно, не так издевательски. Так, по крайней мере, ему показалось.

    - Тебе только тринадцать, мальчик. Было бы странно, если бы ты не боялся умереть. Пусть тебе и не дают быть ребенком, в глубине души ты им все равно остаешься.

    - Я не ребенок… - слабо улыбнувшись, ответил он. Просто так. Потому что всегда говорил это. И на прошлой неделе, и пять, и десять лет назад.

    Ухмылка вампира стала шире.

    - Вот и правильно, - заметил он, взъерошив волосы у мальчика на голове, вернулся на свою сторону костра и заметил не понятно к чему, - смотри, сегодня полнолуние.

    - Когда мы атакуем?

    - Ровно в полночь, Ангел Смерти, - сейчас он произнес его прозвище совершенно нормально, как это обычно делали другие.

    - Почему? – спросил мальчик, опускаясь на землю. На самом деле его это уже не интересовало, появилась потребность отключить мозги и слепо доверять вампиру, потому что он слишком устал думать.

    «Нет, нельзя, - с сожалением подумал он, - не раньше, чем работа будет сделана, потом отдохну…»

    Мысли о том, что никакого «потом» для него уже может не быть, ушли. Мальчик вопросительно посмотрел на вампира, который с рассеянной улыбкой разглядывал луну. И когда он уже решил, что ответа не будет, чудовище снова перевело на него свой взгляд.

    - Представь себе такую картину, Ангел Смерти, - мечтательно протянул он. - Два безжалостных убийцы - ребенок и пятисотлетний вампир - на фоне полной луны, да еще и в полночь. Это будет смотреться эффектно.

    - А это так важно?

    - Да, Ангел Смерти, правильный момент – это уже половина победы.

     

    2.

    I'm a soldier,

    These shoulders hold up so much, they won't budge, I'll never fall or fold up

    I'm a soldier,

    Even if my collarbones crush or crumble, I will never slip or stumble

    I'm a soldier.

    Eminem, «Soldier»

     

    - Черт! Подожди! Стой, я подвернул ногу!

    Вампир и не думал остановиться.

    - Алукард, я подвернул ногу! – еще раз крикнул мальчик, опускаясь на ступеньки и начиная растирать лодыжку.

    - Это моя проблема? – не оборачиваясь, спросил тот. Судя по голосу, он ухмылялся, впрочем, как и всегда.

    - Нет, но ты мог бы подождать меня.

    - Догонишь.

    - Неужели так тяжело один раз не издеваться? – прошипел мальчик, пробуя подняться, но стоило ему перевалить свой вес на больную ногу, как ее тут же пронзила дикая боль. – Будь… милым… и… понимающим… о, черт…

    Он снова грохнулся на ступеньки, голова сильно кружилась.

    - Извини, не умею.

    - Постарайся, - от боли на глаза выступили слезы.

    Вампир медленно спустился назад к нему и сел рядом.

    - Как по мне, так дело не только в твоей ноге, - заметил он. – И подвернул ты ее не сейчас, ты уже с тех пор, как мы вышли из третьей лаборатории хромаешь.

    - Да ну?

    Мальчик не помнил, что в лаборатории у него болела нога. Впрочем, до сих пор у него вообще ничего не болело, хотя ран хватало. Бой опьянял. Еще несколько минут назад он чувствовал себя как в игре. Были плохие, и был он, и он должен был убивать плохих. И с каждой новой смертью, он начинал ощущать себя всесильным. В голове была только одна цель: убивать. Но сейчас бой окончился, они остались в огромном комплексе зданий вместе с кучей трупов и пугающе приятной мыслью о том, что это они уничтожили всех этих людей – он и вампир, а реальность брала свое, возвращались боль и усталость.

    Мальчик также не помнил, когда стал обращаться к вампиру на «ты». Еще во дворе он помнил, что кричал: «Осторожней, сзади вас!», а уже где-то в первой лаборатории орал не своим голосом: «Да пришиби же ты этого сукиного сына, Алукард!».

    - Иди назад во двор, а я наверх, - милостиво предложил вампир.

    - Что тебе там надо? – выдавил мальчик.

    Он пожал плечами.

    - Вообще-то нам неплохо бы захватить кого-то и расспросить, что тут к чему было.

    - Ты мог бы сказать об этом, когда тут еще было, кого захватывать.

    - Тут еще есть кто-то живой… я чую это…- протянул вампир, кровожадно ухмыльнувшись. - Ладно, иди во двор. Разведем там костер.

    - Какая любовь к кострам… - буркнул мальчик и кое-как поднялся, хватаясь за обляпанную чьей-то кровью стену.

    Вампир жизнерадостно подмигнул и снова стал подниматься по лестнице. Мальчик проводил его равнодушным взглядом и потащился во двор, где грохнулся на землю и закрыл глаза, прислонившись к какому-то чахлому деревцу. Все фонари, стоящие по периметру высокого бетонного забора, потухли, и мальчик подозревал, что это произошло из-за того, что вампир выстрелил в ту железную коробку, которая выдала несколько электрических вспышек и, недовольно затрещав, замолчала. Он точно помнил этот момент. По сути, почти единственное, что он помнил из всей бойни.

    Сейчас мальчик чувствовал только усталость и боль. Из порезов на руках текла кровь, в правое плечо будто насыпали раскаленные гвозди, а голова кружилась все сильнее и сильнее. Он услышал приближающиеся к нему шаги, и принял их за галлюцинацию. Вампир был наверху, а кто еще здесь должен был ходить? Кто-то подошел к нему совсем близко, подумав, наверное, что он без сознания. Шорох одежды, щелчок, мальчик почувствовал приятно-прохладное дуло пистолета у себя на лбу. Не думая и даже не открыв глаза, он вскинул правую руку и выпустил нить.

    Как он подумал позже, сидя у разведенного вампиром костра, этот человек мог еще автоматически нажать на спуск и снести ему голову.

    Но человек не сделал этого, он просто грохнулся на землю рядом с мальчиком. Через несколько секунд появился вампир.

    - Ты убил последнего выжившего, - заметил он.

    - Ну и отлично, - буркнул мальчик, открывая глаза. Намного лучше видеть он от этого не стал – все двоилось и расплывалось, превращаясь просто в тусклые пятна.

    - Я собирался его допросить.

    Мальчик отчетливо слышал, что этот маньяк продолжает ухмыляться, и почему-то внезапно разозлился на него. Все для него игра, вся эта идиотская война, все эти смерти, вся эта кровь – его это веселит.

    - Значит, не допросишь, не велика потеря.

    Вампир расхохотался, чем разозлил еще больше.

    - Нам же больше работы, Ангел Смерти. Кстати, я тебе аптечку принес. И папку себе.

    - Какую папку? – вообще-то он хотел поблагодарить за лекарства, но в последнюю минуту передумал.

    - Для легкого чтения, - весело ответил вампир, - может, там стоит что-то стоящее. Если уж нашего потенциального информанта ты убил.

    - О, извини! – выкрикнул мальчик. – Наверное, стоило бы позволить ему отстрелить мне голову! Тогда б ты получил своего драгоценного информанта!

    Он дернулся, чтобы вскочить на ноги, но тело не слушалось, так что пришлось снова осесть на землю и прикрыть глаза. Конечно, вампир заметил это и разразился хохотом.

    - Заткнись! – он попытался рявкнуть, но оказался слишком слаб даже для этого.

    Вампир тем не менее тут же замолчал и ушел куда-то. А мальчик запрокинул голову назад и вскоре потерял сознание.

    Он очнулся оттого, что кто-то вливал ему в рот воду. Где-то совсем рядом трещал костер, обдавая его своим жаром.

    - Смотри, так умрешь еще от потери крови, Ангел Смерти, - пробормотал кто-то прямо над ухом.

    - Что?.. – слабо спросил мальчик.

    - Вот, выпей.

    Чья-то рука сунула ему в рот таблетку и снова влила воду. Мальчик поперхнулся и с огромным трудом сглотнул. Открыв глаза, он увидел нависшего над собой вампира.

    - Что это было?

    - Понятия не имею, - равнодушно и, кажется, совершенно серьезно ответил вампир. – Будем надеяться, что обезболивающее.

    - Который час?

    - Где-то около трех ночи.

    - Давно я уже отключился?

    - Минут двадцать назад, наверное.

    Мальчик молча кивнул и уставился в огонь.

    - Ты ранен, - с каким-то удовлетворением заметило чудовище.

    - Оцарапал руки нитями, это все, - ответил тот, прекрасно зная, что это было еще далеко не все. – Знаешь, для некоторых трюков надо наматывать нить себе на запястье, так что порезов не избежать… вообще-то, если перестараться, можно так отсечь себе руку, но…

    - Мечтай дальше, - вдруг оборвал его вампир, - по-моему, в тебе сидит пуля. Снимай рубашку, посмотрю.

    Перспектива давать вампиру обрабатывать раны пугала, но никого другого тут не было, а мальчик сильно сомневался, что сможет сделать это сам, поэтому стал расстегивать непослушными пальцами как назло маленькие пуговицы рубашки. На нескольких местах пропитанная засохшей кровью ткань прилипла к коже и отодралась только с трудом. Вампир, с интересом наблюдавший за его стараниями, как всегда ухмылялся. Теперь это, правда, не пугало, а только бесило.

    - Тебе повезло, пуля прошла навылет, - радостно сообщил он через несколько минут тщательного осмотра. – Зашивать надо будет, а?

    В ответ на это мальчик издал протяжный стон.

    - Ты хоть в этом разбираешься?

    - Всегда должен быть первый раз, Ангел Смерти…

    - Ты что, никогда этого раньше не делал?

    - Один раз. Еще смутно помню, как.

    - Давно это было? – обречено спросил мальчик.

    - Нет, что ты, всего лет четыреста назад.

    Мальчик снова застонал и тяжело вздохнул.

     

    ***

    - Готово. Еще жив?

    - Кажется.

    Вампир отодвинулся в сторону и, задумчиво посмотрев на свои руки, заляпанные кровью мальчика, слизнул красную жидкость с указательного пальца и оценивающе прищурил глаза.

    - Хм… неплохо…

    - Не… не делай больше этого… - выдавил мальчик, почувствовав, что его начинает мутить, - а то мне становится не по себе.

    Вампир, как и ожидалось, рассмеялся.

    - Я просто попробовал. Не волнуйся, я тебя не съем.

    - Знаешь, я уже в этом не уверен.

    - Я сыт, - утешило чудовище, не убирая с лица демонической ухмылки. - Честно.

    Костер уже почти потух, и вампир подкинул в него еще несколько деревянных обломков какой-то мебели.

    - А теперь займемся работой, - подытожил он и, подняв с земли вытащенную из здания папку и усевшись на крышку своего гроба, начал листать ее.

    - Откуда ты знаешь, что именно в ней стоит то, что нам надо? – поинтересовался мальчик.

    - А я и не знаю. Но она самая свежая. За этот месяц, если верить тому, что стоит на обложке.

    На долгое время воцарилось молчание. Вампир увлеченно читал, а мальчик оглядывал усеянный трупами двор. Он никогда еще не убивал так много людей за раз. Хотя были ли все они людьми? Кажется, нет.

    Постепенно небо начинало светлеть, а звезды блекнуть. К тому времени, как вампир закончил чтение, они превратились в еле заметные точки.

    - Ну, как? – лениво спросил мальчик. В течение всего этого времени он то и дело ненадолго отключался, но никогда не дольше, чем на десять минут.

    - Ничего такого, на самом деле…

    - Ты можешь как-нибудь связаться с лордом Хеллсингом?

    - Зачем? – в голосе вампира, кажется, прозвучало искреннее удивление.

    - Ну, мы же закончили работу, так? Надо доложить ему, чего мы добились.

    На лице монстра снова появилась ухмылка.

    - Мы еще не закончили.

    - Да ну?

    - Тут, - он встряхнул папкой, - стоит, что примерно в двадцати километрах на юго-запад находится еще одна лаборатория этих ублюдков, а там недалеко и до следующей. У них тут целый комплекс, и наша работа не выполнена, пока мы не уничтожим их всех.

    - Ты сошел с ума… - равнодушно заметил мальчик и подумал о том, что еще вчера не посмел бы сказать этого.

    - Да, уже давно.

    - Мы не сможем одним махом пройтись по всем их базам. Это самоубийство.

    - Я уже мертв.

    - А я нет. И умирать не собираюсь.

    - Сколько их было здесь, этих людишек и вампиров-полуфабрикатов? Сотня? Полторы? И, заметь, мы легко расправились с ними всеми. Еще пять сотен не должны составить труда.

    - Почему пять сотен?

    - Потому что тут пять баз. Ну, на той, до которой мы доберемся последней, врагов будет на самом деле больше.

    - Еще лучше… - буркнул мальчик и закурил.

    - А как же. Лучшее напоследок, Ангел Смерти. Последняя база – главная. Если повезет, увидим там их больших шишек.

    - Нереально. Нас убьют, Алукард. Или, по крайней мере, меня.

    - А ты у нас пессимист, напарник.

    - Нет, просто реалист.

    - В большинстве случаев это одно и то же. Убийство – это искусство, от искусства надо получать удовольствие.

    Мальчик со злостью выпустил изо рта струйку дыма.

    - Мне это удовольствия не доставляет, - сказал он и тут же спросил себя, так ли это на самом деле. К его ужасу, этого нельзя было сказать с уверенностью.

    - Никогда не задумывался о том, чтобы стать вампиром? – вдруг спросил монстр.

    - Что?

    - Вампиром, Ангел Смерти. Знаешь, таким людям, как ты нельзя умирать. Они заслуживают большего.

    - Я… польщен… - он почувствовал, что начинает заливаться краской.

    - Ну, так как?

    - Я не знаю. Я… я подумаю… - ошарашено выдавил мальчик. Такой гордости он не испытывал с тех пор, как научился управлять нитями.

    - У тебя есть время, - усмехнулся вампир, - сейчас я тебя вампиром все равно не сделал бы. Тебе вред ли бы понравилось на всю оставшеюся жизнь застрять в теле тринадцатилетнего. Вот будет лет семнадцать-восемнадцать, тогда можно.

    - Х-хорошо… то есть, я еще не согласился… я… просто… подумаю… да, подумаю… но вообще-то я не думаю… не думаю, что это хорошая идея… я имею ввиду, спасибо, но… но…

    Вампир только усмехнулся.

    - Давай так, - через несколько минут молчания вернулся к прежней теме мальчик, - ты свяжешься с лордом Хеллсингом – я знаю, что ты это можешь – и спросишь его, что нам делать.

    - Я не хочу нарушать его приказа, - с издевкой в голосе ответил монстр.

    - Какого приказа?

    «С ним бессмысленно спорить, - пронеслось в голове, - он сделает то, что собирается, а мне придется пойти с ним, потому что больше некуда». Но в глубине души мальчик знал, что последует за вампиром не только по этой причине, а еще и потому, что ему самому хочется убить их всех до одного и снести с лица земли их чертовы базы. Вампир заразил его этой идеей с такой легкостью, как обычно заражают гриппом, и теперь от этого не было спасения.

    - Перед тем, как отправить меня сюда, - протянул вампир, - хозяин сказал или, выражаясь точнее, заорал: «И я не хочу ничего от тебя слышать, пока ты не выполнишь свое задание до конца!». А поскольку наше задание звучало «Найти и уничтожить все вражеские исследовательские лаборатории», то, пока мы этого не сделали, я не имею права связываться с хозяином.

    - Ах, вот оно как, - со злостью выплюнул мальчик. – Если так, то мы можем не возвращаться, пока не уничтожим вообще ВСЕ вражеские лаборатории, какие только есть на этой планете.

    - Именно, - все с той же довольной ухмылкой подтвердил вампир.

    - Ты всегда извращаешь приказы лорда Хеллсинга настолько, что можешь делать что хочешь?

    - Всегда, когда это возможно. Не волнуйся, когда-нибудь он научиться формулировать приказы так, что я не смогу этого делать. Он просто еще молод, легкомыслен и нередко в стельку пьян. Его предшественник, по крайней мере, научился, - мальчику показалось, что в голосе вампира проскользнули грустные нотки.

    - Наверное, ты должен ненавидеть своего хозяина, - небрежно заметил он, радуясь, что, кажется, нашел у вампира больную мозоль.

    - Я уважаю его, - нейтрально ответил тот.

    - Но он, по-моему, не особо уважает тебя. Да и вообще, мне бы не понравилось быть чьим-то рабом.

    - Я предпочел бы слово «слуга», Ангел Смерти.

    Определенно, вампир был не доволен руслом, в которое ушла тема, и это нравился мальчику. Появилось мстительное желание отыграться за вчерашний вечер.

    - «Раб» подходит к твоему положению больше, чем «слуга».

    - Что ты знаешь о моем положении? – фраза была сказана небрежным тоном, но, кажется, он еле удержался от того, чтобы выкрикнуть ее. Теперь мальчик понимал, почему вампиру доставляло такое удовольствие издеваться над ним.

    - Не много, но, я имею в виду, слугам обычно платят и они принадлежат сами себе.

    - А кому, по-твоему, принадлежу я? – сквозь зубы прошипел вампир. В другое время, мальчик подумал бы о том, что его не стоит выводить из себя, но это было слишком веселым занятием.

    - Лорду Хеллсингу. Или я не прав? Ты называешь его хозяином, ты обязан выполнять все его приказы. Собственно, ты не можешь ослушаться его. Он имеет право делать с тобой все, что захочет. Так ведь? Разве это не значит, что ты принадлежишь ему?

    Вампир некоторое время молчал, мрачно глядя в огонь, а потом снова посадил на лицо привычную ухмылку. Только теперь она выглядела немного вымученно.

    - Хорошо, возможно, ты прав, Ангел Смерти. Только в таком случае ты такой же раб, как и я.

    - Нет, конечно.

    - Тебе платят деньги?

    - Эм, нет. Но…

    - Ты обязан выполнять приказы лорда Хеллсинга?

    - Да, но это не то. Я…

    - Ты когда-нибудь ослушивался его?

    - Нет, но…

    - Ты можешь согласиться с тем, что он может сделать с тобой все, что захочет?

    - Нет. У меня человеческие права и всякое такое.

    Вампир злобно и довольно расхохотался.

    - Человеческие права, Ангел Смерти? Я не знаю, откуда тебя взяли, но, насколько мне известно, ты в Хеллсинге почти с рождения и, готов поспорить, официально тебя не существует, и никогда не существовало. Тебя нет как человека, Ангел Смерти, следовательно, у тебя нет и никаких человеческих прав. И именно поэтому ты не можешь покинуть ряды Хеллсинга, мальчик. Тебя нет. Кстати, вероятно, твоя фамилия – творение юмора какого-то не совсем трезвого офицера. Единственное место, где Уолтер Кумм Ддоллнеацц когда-либо существовал - это наша великая организация на миссии Господа Бога, чтоб его. И можешь сказать аминь.

    Мальчик уставился на него, не зная, что ответить. Он ожидал услышать от вампира многое, но не это.

    - Я… я никогда не задумывался над этим…

    - Еще бы. Тебе этого никто никогда и не говорил.

    - Но я выполняю приказы… добровольно… - это прозвучало, по сути, глупо.

    - Только не говори мне, что ты пошел бить ненормальных ученных и плоды их трудов в компании с сумасшедшим нелюдем-кровопийцей добровольно, Ангел Смерти. Я тебе все равно не поверю. Тебе просто с детства вдалбливали, что приказам надо беспрекословно и не раздумывая подчиняться, и ты уже не можешь по-другому. Все вопрос воспитания.

    Мальчик опустил голову, изучая покрытый коркой запекшейся крови песок. Самое ужасное было то, что вампир говорил правду. Его просто послали сюда, вполне считаясь с тем, что, скорее всего, он умрет. Да еще и дали в напарники, несомненно, сильного, но при этом совершенно безумного и неуправляемого вампира. Цель оправдывает средства, не так ли?

    - Это же война… - робко заметил он, - на войне так положено…

    - Тебя готовили стать выпускающей нити машиной-убийцей еще до того, как началась война, мальчик. Да, ты прав, на войне так положено, но ты бы жил так, даже если бы не было никакой войны, поверь мне.

    - Я верю… - удрученно прошептал он.

    - Просто не думай об этом, Ангел Смерти, - утрированно-поучительным тоном заметил тот. - Ты все равно ничего не изменишь.

    Мальчик кивнул и, прищурившись, посмотрел на вампира. «Просто не думай»! Зачем же тогда монстр сказал все это, если не хотел чтобы он об этом думал? Мальчик уже был совершенно не рад, что затронул эту тему. Неужели он действительно надеялся выйти победителем из словесной перепалки с пятисотлетним вампиром?

    На следующие десять минут воцарилась тишина. Все мысли постепенно начинали сводиться к одной единственной.

    - Когда мы атакуем следующую базу? – спросил он и понял, что это было именно то, чего ему сейчас больше всего хотелось – убивать. Просто от внезапно появившейся злости на весь мир.

    - Зависит от того, как быстро доберемся, - вампир посмотрел на него, пожалуй что, с радостью, будто был доволен тем, что мальчик только что сказал.

    - Жаль, не будет полнолуния, когда мы будем там.

    - Пожалуй, но мы можем растянуть нашу маленькую войну так, что, когда доберемся до главной базы, луна снова будет полной.

    - Это значит месяц. Думаешь, лорд Хеллсинг переживет, если ничего не будет слышать от нас так долго?

    - Не волнуйся, Ангел Смерти, он услышит о наших героических деяниях…

    - …и увидит дым наших походных костров у себя в Англии, - закончил мальчик и усмехнулся.

    - А как же, - довольно протянул он и потянулся. - В следующий раз мы будем греться у горящей базы номер два. Кстати, эту тоже подожжем, когда будем уходить.

    - Когда?

    - Дня через два. Эти ублюдки там, - вампир махнул рукой куда-то в сторону, - еще будут видеть нас в своих кошмарах.

    - Ничего, им не долго мучаться. Скоро мы все равно убьем их всех.

    - Да. А пока спи – тебе надо хорошо отдохнуть, пока находишься где-то, где есть кровати.

    Солнце поднималось все выше над горизонтом. Они посидят на захваченной базе, а потом двинутся в путь, чтобы убивать дальше. Сейчас мальчику нравилась такая перспектива.

     

    3.

    Here we are again

    Just face to facing

    Each other another day

    Who wins?

    Well, who cares?

    It always ends up the same.

    Nickelback, «Breath»

     

    Взмахнуть рукой, один раз потянуть на себя, и вот еще несколько разрезанных пополам человек падают не землю. В лучшем случае они умирают моментально, даже не успев понять, что с ними произошло, в худшем остаются жить еще на несколько мучительных минут, которые для них, наверняка, тянутся часами.

    Иногда мальчик поражался тому, насколько легко можно лишить кого-то жизни. Эти люди, в том случае, если они были людьми, прожили в среднем лет тридцать, чтобы одной теплой сентябрьской ночью быть убитыми ребенком, выпускающим из перчаток разрезающие любую материю нити. В каком-то роде смешное представление.

    Иногда мальчик спрашивал себя, кем были эти люди до того, как он убил их всех. Были ли у них семьи? Жены, которые каждый день с нетерпением ожидали их письма? Дети, которые мечтали о том, что когда-нибудь, когда папа вернется, они пойдут вместе поиграть на детской площадке? Что скажут эти жены этим детям, когда вместо письма от мужа, получать оповещение о его смерти? Заслужили ли вообще все эти люди, которых он убивал, смерти?

    Но об этих вещах он думал только потом, сидя у костра или идя к очередной базе, и то с каждым разом все реже и реже, а в бою он просто и бездумно убивал. Более того, он получал от этого удовольствие. Еще один взмах рукой, и еще несколько несчастных лишились жизни. Ну и что? Да ничего, на самом деле, никого это все равно не волновало.

    - Алукард?! – крикнул мальчик, вспомнив кое-что.

    - А?! – вампир как раз вцепился в горло какому-то парню лет семнадцати, который издал слабый вскрик, тут же потонувший в окружающем шуме.

    - Какое сегодня число?!

    - Что?! – вампир оторвался от своей жертвы и откинул ее в сторону, по подбородку текла кровь.

    - Число сегодня какое?! Сзади тебя!

    Чудовище, не оборачиваясь, выстрелило и задумалось на несколько секунд.

    - Шестнадцатое! – крикнул он, наконец.

    - Точно?!

    - Да! В тебя стреляют!

    - Вижу!

    Противников осталось совсем немного, штук десять. Все они выглядели настолько напуганными, что, кажется, стоило крикнуть «БУ!», и они упадут в обморок. Мальчик прикончил еще двоих и снова повернулся к вампиру.

    - Если так, то у меня сегодня день рождения!

    Вампир расхохотался.

    - Будем праздновать! Оставь кого-нибудь из этих парней там живым!

    - Зачем?!

    - Выпью позже за твое здоровье!

    - Есть, сэр! – отозвался мальчик и тоже рассмеялся, поймав себя на том, что его хохот звучит совершенно маньякально.

     

    ***

    Уже в четвертый раз они развели костер во дворе вражеской базы. Уже в четвертый раз вампир начал помогать мальчику, обработать немногие раны. Уже в четвертый раз они стали обсуждать какую-то чушь. Все было, как и раньше. Хотя нет, раньше рядом с ними не сидело до смерти напуганного вражеского солдата, который смотрел на них блестящими от слез глазами и ожидал своей смерти. Мальчик вспомнил, как примерно также сидел у костра перед атакой на первую базу, и ему стало жаль парня.

    - Единственное, за что не люблю войну, так это за катастрофический недостаток женщин, - заметил вампир.

    - Не думал, что у тебя тоже такие проблемы, как у простых смертных, - отозвался мальчик, все еще задумчиво разглядывая солдата.

    - В этом плане у всех проблемы одинаковые, мой мальчик, запомни это. Подрастешь – узнаешь.

    - Ага… и когда ты спал с кем-то последний раз?

    Вампир на некоторое время задумался.

    - Давненько уже… даже не помню точно… очень давно. Но, знаешь, все равно приятно посмотреть на красивую женщину. Но где ж ты в Хеллсинге видел красивых женщин?

    Мальчик вспомнил представительниц прекрасного пола, которых можно было встретить в поместье, и неожиданно начал хохотать.

    - Вот-вот, - подтвердил вампир, - а теперь еще представь, что они наденут платья. Вот ты смеешься, а был бы взрослым мужчиной, то тут же повесился бы.

    - У солдат это самая насущная проблема, - выдавил мальчик, на которого напал сильный приступ смеха, - а с ними я больше всех общаюсь. Ну, еще с лордом Хеллсингом.

    - Ну, уж у него с тем, чтобы раздобыть женщин сложностей нет, - расхохотался вампир и подмигнул.

    - Ага. Все-таки, я у него дворецкий, так что видел.

    - Смотри, тех, кто много знает – убивают. Единственные женоподобные женщины, которых там можно встретить. А что конкретно ты видел?

    - Женщин, которые приходят к лорду Хеллсингу. Что еще, по-твоему?

    - Ну… например, что делают лорд Хеллсинг и женщины, которые к нему приходят. Готов поспорить, это намного интереснее.

    Мальчик почувствовал, что начинает краснеть, и буркнул что-то в ответ. Вампир начал хохотать. Солдат вздрогнул и как можно незаметнее отодвинулся в сторону.

    - Ах да, ты ведь еще тоже здесь! – вдруг кровожадно улыбнулось чудовище, поворачиваясь к нему.

    - Ich sage euch nichts! – истерично выкрикнул парень. (Я ничего вам не скажу!)

    - Brauchst du auch nicht, - вампир продолжал улыбаться. - Habt ihr hier Alkohol? (И не надо. У вас тут есть алкоголь?)

    Солдат распахнул глаза и уставился на него.

    - Was?! (Что?!)

    - Alkohol, - повторил вампир, - Bier, Wodka, Kognak, Whiskey. Der Junge hier hat Geburtstag. Da will er sicher kein Wasser trinken. Na komm schon, Mensch, selbst dein Blut stinkt nach Bier. Du wirst sowieso heute sterben, da kannst du auch etwas gutes vor deinem Tod tun. Wirst vielleicht deshalb in den Himmel kommen. Du glaubst doch an Gott, Mensch? (Алкоголь. Пиво, водка, коньяк, виски. У этого мальчик день рожденья. Так что он явно не хочет пить воду. Ну, давай, человек, даже твоя кровь воняет пивом. Ты все равно умрешь сегодня, так что можешь сделать еще что-то хорошее перед смертью. Может, попадешь за это в рай. Ты же веришь в Бога, человек?)

    Солдат судорожно кивнул. Мальчик подумал, что не дал бы ему больше девятнадцати.

    - Gut, - продолжил вампир, не переставая ухмыляться. – Dann tu doch etwas für dein Seelenheil. Na los, bring dem Todesengel was zu trinken. Ich gebe dir fünf Minuten. Die Zeit läuft. (Хорошо. Так сделай что-нибудь для спасения своей души. Вперед, принеси Ангелу Смерти что-нибудь выпить. Я даю тебе пять минут. Время пошло.)

    Солдат сорвался с места и понесся в здание. Мальчик вопросительно посмотрел на вампира, тот только покачал головой.

    - Увидишь. О чем мы там говорили?

    - О женщинах лорда Хеллсинга.

    - Точно. Даже не знаю, что еще о них можно сказать… ты точно не видел, чем они там занимаются?

    - НЕТ!

    - Жаль, - ухмыльнулся вампир, - может, я узнал бы что-то новое… знаешь, учиться никогда не поздно.

    - Так посмотри сам, если тебя это так интересует, - доставая сигарету, протянул мальчик.

    - Хорошая идея. Интересно, как лорд Хеллсинг отреагирует, если я ворвусь на самом интересном месте…

    - Будет в ярости…

    - …или слишком пьян, чтобы что-то заметить.

    - Но ты же этого не сделаешь, а?

    - Что не запрещено, то разрешено, Ангел Смерти, а я не припомню, чтобы мне запрещали что-то подобное.

    Мальчик рассмеялся, представив лицо лорда Хеллсинга, если бы тот узнал, о чем они сейчас говорят.

    - Скажи, у тебя в предках были бобры, Ангел Смерти? – внезапно спросил вампир.

    - Что?

    - Просто я так подумал, когда ты хватаешь эти свои нити зубами… учитывая то, что они прорезают все, что угодно. Это ж насколько крепкие у тебя зубы? В деле наверняка замешаны бобры.

    Мальчик снова начал смеяться.

    - Это просто трюк… научился… а вообще, может я и происхожу от бобров, кто знает?

    - Люди произошли от обезьян, вампиры от летучих мышей, а ангелы смерти от бобров, - подытожил вампир. – Надо запомнить.

    - Ты произошел от летучей мыши?

    - По крайней мере, так говорят. Насколько помню лично я, мои родители имели вполне человеческий вид.

    - А я своих родителей не помню вообще, - задумчиво протянул мальчик, но эта мысль совершенно не испортила настроения. – Я часто спрашивал о них, когда был маленьким.

    - Но тебе отвечали, что твои родители были хорошими людьми и теперь сидят на небесах и наблюдают за тобой. И поэтому ты должен быть хорошим мальчиком и делать все, что тебе говорят, чтобы они могли гордиться тобой, - закончил вампир.

    - Именно. Слово в слово. Только более поучительным тоном, - вот теперь стало немного грустно. - Как думаешь, мои родители бы гордились мной, если бы… ну, если бы и правда наблюдали?

    - Я не знал их, Ангел Смерти, поэтому не могу тебе ничего сказать по этому поводу. Я бы гордился тобой, если бы ты был моим сыном, но люди… они ведь не такие.

    - Спасибо, - с совершенно искренней благодарностью пробормотал мальчик. Это было намного приятней, чем если бы он сказал, будто им гордились бы его родители, которых мальчик все равно никогда не знал.

    К ним подбежал запыхавшийся солдат, держащий в руках бутылку с пивом.

    - Gerade noch rechtzeitig, - усмехнулся вампир, отбирая у него бутылку и протягивая ее мальчику. – Держи.

    - Пиво – это гадость, - заметил тот, с трудом открывая крышку, - а это еще и немецкая гадость.

    - Согласен, но, видимо, у этих ничего другого и нет. Так что пей уж это.

    - С удовольствием.

    - Тебе теперь четырнадцать, так?

    - Да.

    - Загадывай желание. Положено ведь, а?

    Мальчик на пару секунд задумался.

    - Хочу, чтоб мы кроваво убили всех этих фашистских ублюдков. Да, я хочу, чтобы лилась кровь.

    Вампир расхохотался.

    - За твое здоровье, Ангел Смерти, - торжественно изрек он, резко схватив солдата за волосы и подтянув к себе, запрокинул назад его голову и впился в шею.

    - За мое здоровье, - согласился мальчик и стал глотать холодное пиво.

     

    ***

    - Это ведь уже четвертая база, а?

    - Да, видимо, - задумчиво ответил вампир. Он лежал на спине, вглядываясь в звездное небо.

    - Знаешь, с каждым разом я все больше и больше ужасаюсь тому, что мы видим в их лабораториях.

    - Это потому, что каждый раз оно выглядит все хуже и хуже.

    Это была правда. То, чем занимались эти ученные, было гадко, отвратительно и тошнотворно. На этой базе мальчик чуть не вырвал, войдя в очередную лабораторию. Все эти люди. То, что от них осталось. Полуразложившиеся, воняющие гнилью, но все еще живые. Каждый раз мальчик убивал их всех не столько потому, что боялся, что они тоже могут начать нападать, а просто из жалости. Никто не заслуживал такого, разве что те, кто творил это безумие.

    - Какая бесчеловечность… - прошептал мальчик, тоже глядя на звезды, - и после этого у кого-то поворачивается язык называть монстром тебя.

    - Должен признать, что я в свое время сделал достаточно вещей, по жестокости вполне соизмеримыми с этим.

    - Давай обойдемся без описаний… мой желудок этого не выдержит.

    - Да нет, так гадко это не было. Просто очень жестоко.

    - Я все равно не хочу узнавать подробностей.

    - И правильно. Я б тебе и не рассказал. Не хотелось бы менять твоего взгляда на меня, если понимаешь, о чем я.

    Мальчик не ответил. Последняя фраза заставила его задуматься о том, какой у него собственно был взгляд на вампира. Мог бы он назвать вампира своим другом? Наверное, да. С ним было так легко говорить, что иногда это становилось странным. Конечно, среди солдат Хеллсинга у мальчика было пару приятелей, но он никогда не мог разговаривать с ними так, как с вампиром. С ними он не мог быть самим собой. С ними надо было быть сильным, крутым и неуязвимым. «Наш Уолтер – не человек, и уж точно никакой не ангел. Он демон, друзья мои, запомните это. Захочет – убьет за милое дело», - сказал совсем недавно Рик на той небольшой попойке в честь отъезда мальчика, и все, в том числе и он сам, согласились. Кажется, так считали все в Хеллсинге, кроме вампира. Для вампира он был просто ребенком с хорошими способностями, и, хотя первоначально это раздражало, в конце концов, начало нравится. Иногда приятно иметь кого-то, с кем можно быть человеком.

    - Знаешь, я буду скучать по нашим походным кострам, - признался мальчик, - мы ведь уже почти у цели… скоро это кончится…

    - Да. Мне тоже будет не хватать этого, Ангел Смерти. К хорошему быстро привыкаешь.

    В голове невольно появился вопрос, насколько честен был вампир. Вроде бы, это звучало вполне искренне, но неужели можно было рассчитывать на то, что вампир тоже считает его своим другом? Что для него вообще дружба?

    - Вот уж необычно провел день рождения, ничего не скажешь… - пробормотал мальчик, допивая остатки пива.

    - А как ты проводишь его обычно?

    - Да толком и никак, если честно. Когда я был маленьким, то в этот день мне не надо было учиться и тренироваться. У меня всегда на праздниках выходные были.

    - А так?

    - А так хрен. А сейчас мне и на праздники выходных никто не дает. Тяжелые времена…

    - И не говори, - поддакнул вампир, - у лорда Хеллсинга постоянные приступы творческого беспорядка, так что все твое время уходит на то, чтобы убирать за ним.

    - Не помню, чтобы когда-то говорил тебе об этом.

    - А ты и не говорил. Я сам видел.

    - Ну, я его дворецкий – это моя работа.

    - Да-да, а еще ты его мальчик на побегушках, личный телохранитель, секретарь и главное оружие. А?

    - Почти. Главное оружие все-таки ты.

    - Нет, что ты. Мне он все-таки не сильно доверяет, поэтому предпочитает посылать повсюду тебя.

    - Возможно, - неохотно признал мальчик.

    - Скажи, а тебе не кажется, что все это слишком много для такого ребенка, как ты?

    - Во-первых, я НЕ ребенок, - с неожиданной злостью выпалил мальчик, - а во-вторых, это мне только кажется, или ты и правда пытаешься настроить меня против лорда Хеллсинга?

    Вампир рассмеялся.

    - Нет. Я просто проверяю, понимаешь ли ты свою ситуацию. По-моему, не понимаешь. Ты считаешь, что это нормально, работать двадцать четыре часа в сутки. А я считаю, что это неуважение по отношению к тебе.

    - Почему неуважение? – скрипя зубами, спросил мальчик.

    - Потому что при всем притом, что ты делаешь для организации в твоем-то возрасте, хозяин ни капельки не ценит тебя, - небрежно ответил вампир. – Знаешь, я не считаю это удивительным или оскорбительным, что он не ценит меня. Чего ему собственно меня ценить? Все эти задания – для меня пустяки. Кроме того, еще обычно доставляют удовольствие. Ты же знаешь мою кровожадность, а? Он не уважает меня, а я не уважаю его. Потому что пока что не за что. Я подчиняюсь ему, потому что должен, и при этом не упускаю возможности поиздеваться над ним. Вся моя преданность вынуждена. Вдобавок ко всему он боится меня, не доверяет, ненавидит и, наверняка, с радостью убил бы на месте. Просто из-за паронаидального отношения к вампирам.

    Он подкинул пару веток в костер и зажмурился.

    - А вот ты, мальчик мой, это совсем другое. Ты действительно предан ему, как собака. Ты готов пройти для него через ад. Более того, ты это даже делаешь. А что делает лорд Хеллсинг? Он сидит у себя в кабинете, пьет виски, развлекается и считает твое поведение само собой разумеющимся. Он уже давно забыл, что на самом деле ты ребенок и что это все порой слишком для тебя. Он даже представить себе не может, что ты можешь устать, что тебе бывает страшно, что есть вещи, которые ты не можешь сделать. Он уверен в твоих силах так же, как уверен и в моих, только доверяет тебе намного больше. Разница в силах тринадцатилетнего, извини, четырнадцатилетнего мальчика и древнего вампира очень велика, но он этого не понимает и не поймет, пока ты не умрешь на очередном задании. Но будем надеяться, что это не случится, а?

    - Ты утрируешь, - отрезал мальчик.

    Ему совершенно не нравилось то, что говорил вампир. Он даже не хотел этого слушать, но вампир продолжал.

    - Вот именно в этом и проблема, - уже совсем мрачно заметило чудовище, - в твоей собачей преданности. Если так об этом подумать, то ты еще больший раб, чем я. Только не Хеллсинга, а своего собственного разума. Ты не допускаешь мысли о том, что Артур может ошибиться, ты не допускаешь мысли о том, что он может поручить тебе слишком много. По-твоему, он всегда прав. Ты слеп, сам этого не подозревая. Открой глаза, Уолтер, или когда-нибудь это убьет тебя.

    - А тебя это так волнует?! – разозлился мальчик. – Почему тебя вдруг заинтересовало, сколько я работаю и как я работаю?!

    - Да, меня это волнует, - необычайно серьезно ответил вампир, - я ведь уже говорил, что считаю, что таким, как ты нельзя умирать. И я это сказал не для того, чтобы тебе было приятно, а потому что я именно так и думаю. Ты относишься к тем людям, голову которых можно использовать не только для того, чтобы крепить к ней волосы, и это нельзя оставлять просто так. Подчиняйся лорду Хеллсингу и дальше, но не отключай при этом свои мозги. Он не бог – он молодой и неопытный человек, которому не хватает серьезности и концентрации. Я просто хочу, чтобы ты имел это в виду.

    - Хорошо, - буркнул мальчик, - только давай больше не будем об этом, ладно?

    Вампир только кивнул.

    - Ну… я… я лучше буду спать…

    Он был уверен, что не сможет заснуть, но продолжать этот разговор сейчас хотелось меньше всего.

    - Спокойной ночи, - сказал вампир, - а я пойду погулять.

    Мальчик открыл крышку гроба и вытащил толстый плед, который они раздобыли на одной из баз. Спать не хотелось совершенно, но мальчик все-таки лег, потеплее закутавшись и свернувшись калачиком. Примерно через час, когда надоедливые мысли о том, что сказал вампир, вылезли из головы, он все-таки заснул.

    Ему снился Лондон. Он и Рик были в такой знакомой казарме солдат Хеллсинга.

    - Ну что, как прошло? – спросил Рик. Он сидел на кровати, низко опустив голову. Длинные светлые волосы падали на лицо, полностью закрывая его.

    - Отлично.

    - Дали им хорошего пинка под зад, а, Уолтер?

    - Еще как! А как дела у тебя?

    - Хорошо, - ответил Рик, но в его голосе прозвучала фальшь.

    Только сейчас мальчик заметил, что они в казарме одни. Вдоль стен тянулись ряды кроватей, все аккуратно застелены и пусты.

    - А где все, Рик?

    - Все? Какие «все»?

    - Ну, Джон, Бобби, Майк, все остальные…

    - Тут никого нет кроме нас.

    - Где они?

    Рик все еще не смотрел на мальчика, который вдруг понял, что совершенно не видит его лица. Все эти волосы… стоп, что за волосы? У Рика ведь всегда была гладко выбритая голова.

    - Рик?

    Рик начал медленно поднимать голову, и только сейчас мальчик заметил, что его волосы не светлые, а седые.

    - Рик? Что с тобой?! Где все?! – закричал мальчик, хватая его за плечи.

    И тут он увидел лицо и с криком отпрянул назад. Это не было лицо Рика, это было одно из тех лиц, которые мальчик видел уже не раз за последние недели: изуродованные лица живых мертвецов из лабораторий. Левый глаз отсутствовал, из пустой глазницы вывалилось несколько червей, носа и губ не было вообще, во рту оставалось несколько гнилых зубов, через дыры между которыми был виден совершенно черный язык, истлевшая кожа почти полностью слезла, на желтоватых костях болтались ошметки гнилого мяса.

    - Никого больше нет, Уолтер, - спокойно сказал Рик, еще несколько червей вылезло из глазницы и поползло по щеке, оставляя на ней следы слизи.

    Мальчик с ужасом смотрел на своего друга, почувствовав вдруг сильный запах гнили.

    - Как?.. – выдавил он.

    - Смотри, что они сделали с нами, Уолтер, смотри! – Рик начал медленно расстегивать рубашку, демонстрируя свое уже начавшее разлагаться тело. – Это все из-за тебя!

    - Нет! Я… не…

    - Да, Ангел Смерти! Это ты, ты не спас нас, ты позволил им сделать это с нами!

    - НЕТ!

    Одна рука Рика отделилась от туловища и упала на покрытый темно-красным ковром пол. Нет, не ковром – кровью, в которой уже валялись несколько разлагающихся рук и ног, в обрывках ткани которых угадывалась форма солдат Хеллсинга. Совсем рядом с мальчиком проплыло глазное яблоко, мертвый зрачок которого смотрел прямо на него, и, тихо булькнув, утонуло в темно-красной жидкости.

    - Это все ты!

    - НЕТ-НЕТ-НЕТ-НЕТ-НЕТ! – не своим голосом заорал мальчик.

    Рик вдруг вскочил, схватил его за плечи и сильно встряхнул.

    - Проснись! – позвал вампир, встряхнув его за плечи.

    Мальчик распахнул глаза и, тяжело дыша, сел, судорожно вцепившись в руку вампира чуть выше запястья.

    - Ничего страшного, Ангел Смерти, это всего лишь сон. Сны ничего тебе не сделают.

    - Боже! – выдохнул мальчик.

    - Можно просто Алукард. Ты скоро сломаешь мне руку, если продолжишь сжимать с такой силой.

    Мальчик уткнулся вампиру в плечо, продолжая тяжело дышать. Вампир молча обнял его свободной рукой и успокаивающе погладил по голове.

    - У тебя тоже бывают сны, которые выглядят слишком реально? - мальчик глубоко вздохнул и закрыл глаза.

    - Были раньше. Сейчас мне очень редко что-то снится.

    Постепенно сон начинал терять свои очертания, только что мальчик мог вспомнить его во всех подробностях, но теперь знал только то, что там был Рик, который выглядел как покойник. Или, может, как те зомби из лабораторий? Мальчик уже не мог точно сказать этого.

    - Будешь спать дальше? – тихо спросил вампир.

    - Нет, лучше не надо. А то эта гадость еще приснится мне снова.

    - Не волнуйся, сон – это все равно только сон. И когда-нибудь, если они вдруг перестанут тебе сниться, ты будешь скучать за ними, даже за теми, от которых просыпался со слезами на глазах. Снов нельзя бояться, Ангел Смерти. Они – это отображение твоих мыслей, твоих желаний, твоих страхов, тебя самого. Нельзя бояться себя.

    - Наверное…

    «Думал ли я когда-нибудь, что буду так вот прижиматься к вампиру Алукарду, потому что мне приснился кошмар, а он будет утешать меня и гладить по голове?» - спросил себя мальчик и тут же без всякого труда ответил – нет, не думал. Это даже не была одной из тех вещей, которые вдруг брякаешь в веселой компании, пьющей плохой виски и полностью укутанной сигаретным дымом: «А вот представьте себе, если …», «Что бы вы подумали, если б…» или «А прикиньте, если сейчас…». Это была одна из тех вещей, которые слишком абсурдны, чтобы вообще прийти в голову.

    - Спи, - не допускающим возражений голосом сказал вампир. – Скоро эта история достигнет своего финала, и там быть не выспавшимся просто не позволительно.

    Мальчик слабо покачал головой.

    - Нет, я сейчас не засну.

    - Надо.

    Вампир отстранил от себя мальчика, который снова свернулся калачиком и уставился в костер, и, подойдя к гробу, пристроился на крышке. Повисла какая-то неприятная тишина.

    - Алукард? – прошептал мальчик через некоторое время, чтобы развеять обстановку.

    - Да? – голос вампира звучал задумчиво и отстранено.

    - Ты читал Стокера?

    - «Дракулу»?

    - Ага.

    - Примерно до половины. Потом надоело и я просто перелистнул на место моей смерти.

    - Это правда, то, что там стоит?

    Кажется, вампир задумался. По крайней мере, ответил он только спустя секунд двадцать.

    - Возьми Дракулу и Ван Хеллсинга. Учти, что остальные персонажи тоже могли существовать. И прибавь к этому время и место действий. В итоге получишь примерную картину совпадения книги и реальности.

    - А события?

    - Разве что местами отдаленно напоминает правду.

    - Так что из всего «Дракулы» правда?

    - Ну, давай посмотрим… то, что я в то время жил в Трансильвании и присвоил себе титул графа. Между прочим, это было большой скромностью с моей стороны, мой титул на самом деле намного выше. Ван Хеллсинг, само собой разумеется, тоже существовал, только на тот момент был несколько моложе и отнюдь не таким добрым дедушкой. То, что я решил навестить Англию. И то, - он вдруг замолчал, а потом словно через силу закончил, - то, что в конце Хеллсинг победил меня.

    Мальчик громко зевнул, почувствовав вдруг приступ сонливости.

    - А ты правда не отражаешься в зеркале? – вдруг спросил он, поняв, что никогда не обращал на это внимание.

    - Еще как отражаюсь, - издав тихий смешок, уверил его вампир. – И я не боюсь крестов. И, если уж на то пошло, не шарахаюсь при виде чеснока. На самом деле, вообще ничего против него не имею, разве что запах отвратительный. Особенно с моим обостренным чувством обоняния. А вообще, это мой маленький секрет. Зачем расстраивать хозяина, если он так уверен, что, пригрози он накормить меня чесноком, я буду падать в обморок от ужаса? Далее… я даже не могу представить, до какого истощения меня надо довести, чтобы мое тело действительно начало стареть, по-моему, это невозможно вообще. И уж что-что, а в Трансильвании у меня никаких недостатков в крови не было. Еще я не питаюсь младенцами, и никогда не питался. Все равно, что пить виноградный сок вместо вина. Можно, но совершенно ни к чему. Я, как ты сам видел, спокойно могу ходить под солнцем. Я могу хоть спать в обнимку со святыми реликвиями, и мне ничего не будет. И, если уж речь зашла о сне, я могу спать и не в гробу, так мне просто удобней. Ах да, и меня никто никогда не бил лопатой по голове, а если бы и ударил, то она должна была бы быть как минимум серебряной, чтобы оставить какой-то след. И чтобы убивать вампиров, совершенно не надо сначала проткнуть их, потом отрубить голову и нашпиговать чесноком. На меня бы это вообще никакого эффекта, кроме жуткого запаха изо рта, не произвело. Ну да ты и сам знаешь. Вообще-то, если посмотреть на «Дракулу», то меня там сделали довольно таки жалким существом. А, и последнее: я врожденный вампир, меня в него не превращали.

    - Такое бывает? – мальчику слишком хотелось спать, чтобы сильно удивиться этому.

    - Да, - подтвердил вампир и тоже зевнул, - у меня это наследственно. Но это вообще-то тоже моя маленькая тайна.

    - Но про серебро-то это правда, так ведь? – неуверенно спросил мальчик. - Иначе бы Хеллсинг не пользовался серебряными пулями. Да что там, я и прекрасно знаю, что это работает.

    - Только если оно попадает в кровь. На коже это просто ужасно неприятно. Если оно будет совсем чистым, то довольно сильно обжигает.

    - А святая вода?

    - При попадании в кровь эффект еще хуже, чем у серебра. Но так тоже вполне терпимо, хотя купаться я бы в ней все равно не стал, но если бы пришлось, то смог бы это сделать.

    - Странно… - пробормотал мальчик, чувствуя, что начинает засыпать, - а нам про чеснок всегда говорили, что… что… работает… а осиновые колы?

    - Лично меня протыкали уже несколько раз, и ничего. Неприятно, но не смертельно. Хотя если вампир будет совсем слаб, то это его убьет, особенно если кол еще обмакнуть в святую воду. Вот это действительно адски больно… - кажется, вампир скривился.

    - Буду знать… на будущее… - мальчик снова зевнул и поплотнее закутался в плед. - Про волков и крыс тоже не правда?

    - Про волков – да. Только где ты тут волков видел? А крыс лично я не люблю. И моль, кстати, тоже.

    Мальчик пожал плечами, а вампир сказал еще что-то, чего нельзя было расслышать сквозь пелену сна.

     

    4.

    All I ever really wanted was to be like you.

    So perfect

    So worthless

    Nickelback, «Breath»

     

    факел

     

    На этот раз это была лаборатория. Большая, с белыми стенами, вдоль которых стояли полки с колбами и странными приборами. Он сам лежал на твердой кушетке, стоящей посреди комнаты. Яркий электрический свет бил в глаза, но тут его загородила какая-то большая фигура.

    - Что мы тут имеем? – задумчиво спросил визгливый мужской голос.

    - Человека имеем, - ответил другой, низкий и скользкий.

    - Так-так, человека, значит?

    В лаборатории витал резкий запах каких-то медикаментов, от которого защипало в носу.

    - Так точно, человека.

    - А долго он еще будет человеком?

    - Нет, не долго, - довольно ответил второй, - скоро станет упырем.

    Обладатели обоих голосов гадко рассмеялись.

    - Сейчас будем делать о-пе-ра-ци-ю, - последнее слово было произнесено на распев.

    - Так точно, операцию. Вот скальпель.

    - А наркоз? – с притворным удивлением спросил первый.

    - Нету у нас наркоза, - пояснил второй, - будем, знач-ца, так делать.

    - Знач-ца будем, знач-ца будем, - подхватил первый. – Скальпель?

    - Прошу.

    Фигура нависла совсем близко, полностью заслонив свет. В руке, занесенной над ним, блеснуло что-то острое и металлическое.

    - Будем резать, приятель, - сообщил визгливый голос, - больно, ну да ты уж потерпи. Не кричи уж, а?

    - Да чего тебе, пусть покричит, - вмешался второй. – Пусть кричит, да-да.

    - Да хрен он кричать будет, рта-то нет.

    - А и правда ведь! Так точно, правда! Нету, и впрямь нету!

    Он попытался закричать и обнаружил, что рот не открывается. Из глотки вышло только приглушенное мычание. Обладатель визгливого голоса поднес скальпель к его глазам, будто желая продемонстрировать остроту прибора.

    - Начнем-с, - сообщил голос.

    Он хотел оттолкнуть фигуру руками, но понял, что они за запястья прикованы к кушетке, снова издал мычание, которое должно было быть криком, и бешено заметался по кушетке, пытаясь вырваться.

    - Ну-ну, приятель, не дергайся. Щас будет больно, а потом ты сам отключишься.

    Фигура снова подняла скальпель и с размаху воткнула ему в левый глаз.

    Он проснулся.

     

    ***

    Мальчик заорал, вскочил, сбросив с себя плед, и схватился за глаз. Вроде, все было в порядке. Он издал протяжный стон и огляделся. Уже сильно стемнело, но вампира поблизости не было. Крышка гроба была отодвинута, сам гроб пуст. Мальчик встал и прошелся из стороны в сторону. Сердце бешено колотилось в груди. Он поднял голову и посмотрел на полную луну. Сегодня, уже часа через два, наступит финал.

    - Хватит с тебя лабораторий, Ангел Смерти, - пробормотал он, обращаясь к самому себе. – А то становишься слишком впечатлительным…

    Он подошел к рюкзаку и вытащил бутылку с водой, за стальную крышку которой зацепилась какая-то черная нитка. Мальчик потянул за нее, с удивлением обнаружив, что она и не думает кончаться. Порывшись в рюкзаке, он увидел, что она идет от небольшого черного мешочка. Тут же вспомнилась попойка перед отъездом и пьяный Бобби, пихающий ему в руки этот мешочек и еле шевеля языком бормочущий: «Ты, эта… эта, мои карты… эта… на удачу, вот, короче».

    Сзади раздался шорох, и мальчик вздрогнул и резко обернулся.

    - Это я, - раздался тихий голос.

    - Ага, хорошо… - он задумчиво покрутил в руках мешочек, открыл его и извлек колоду мятых карт.

    - Смотри, азартные игры – это плохо, - поучительно заметил вампир. – Сыграем?

    Мальчик широко улыбнулся и стал тасовать их.

    - На деньги?

    - Глупости. Деньги – это неинтересно. Придумаем что-нибудь лучше.

    - Что?

    - Не знаю, не знаю… как насчет того, чтобы проигравший атаковал базу переодевшись девочкой?

    - Как-то ты не смахиваешь на девочку.

    - А мне и не надо, - на лице вампира появился радостный азарт, - переодеваться все равно придется тебе.

    - Мне? – переспросил мальчик и рассмеялся. – Да я никогда в карты не проигрываю, это тебе в Хеллсинге любой скажет.

    Вампир ухмыльнулся и сел напротив него.

    - Ну-ну.

    - Да и вообще, где женскую одежду достать?

    - Не волнуйся, это мы как-нибудь устроим. Хотя парик тебе бы не повредил.

    - ТЕБЕ, а не мне.

    - Так что, по рукам?

    Мальчик, прищурившись, посмотрел на вампира.

    - По рукам. Сколько партий?

    - Одной хватит.

    Мальчик ухмыльнулся. Если бы он видел, как это выглядело со стороны, то заметил бы, что его ухмылка выглядела совершенно идентично с ухмылкой вампира, и это бы обрадовало его.

    Нет нечего проще,ранить словом.Нет нечего проще,словом убить.Слов не окинуть сожиленьем взором.Как жаль,что словом не оживить.
  • Цитата

    - Ты проиграл.

    - Ты играл нечестно.

    - Ты тоже.

    Вампир улыбнулся и встал.

    - Ну что, теперь надо выполнять договор, а?

    Мальчик кивнул, силясь стереть с лица глупую гордую улыбку, но не мог. Вампир на несколько секунд закрыл глаза, пробормотав что-то про свои печати, и вдруг превратился в бесформенный сгусток чего-то черного. Мальчик, который уже не раз видел такое, с интересом прищурился, все еще продолжая улыбаться. Гордость буквально распирала его. В какой-то момент черная жижа стала принимать очертания и, наконец, стало возможным различить низенькую человеческую фигуру. Несколько секунд после того, как вампир полностью перевоплотился, мальчик молча смотрел на него, а потом начал бешено хохотать.

    - Боже! – выдавил он.

    Вампир злобно ухмыльнулся, обнажив ряд острых белых зубов, и поправил берет.

    - Признайся, это хорошо, что проиграл ты, - отсмеявшись, заметил мальчик. – Из меня такой хорошей девочки бы не вышло. Ты выглядишь так… мило.

    - Спасибо. Может поменять пол, как думаешь? - елейным голосом ответил вампир. - Если уж мне это так идет… - он вдруг подкинул берет в воздух и что-то радостно выкрикнул. - У меня хорошее настроение, Ангел Смерти! Время убивать! Время крови! Как я рад!

    - Я тоже, - честно признался мальчик и, стянув с себя галстук и жилетку, стал отжиматься, чтобы размяться перед боем. Пришла мысль, что спустя месяц, проведенный с этим существом, его уже мало что удивит.

    - Выходим через пятнадцать минут.

    - Хорошо.

    Мальчик сделал сальто, на ходу выпустив нить, которой уцепился за большой сук, подтянулся и вскочил на него, балансируя теперь в нескольких метрах над землей. Взгляд упал на черный гроб и выгравированную на нем надпись. С такого расстояния буквы нельзя было различить, но он точно помнил слова и вдруг понял, что никогда не задумывался над их значением.

    - К чему эта надпись на гробу?

    Вампир сказал что-то, но слишком тихо, чтобы это было слышно.

    - Погромче, а? У меня не твой слух, - он втянул нить, будто ныряльщик, головой вниз прыгнул с ветки, приземлившись на руки и перекатившись, встал и повернулся к вампиру, который продолжал задумчиво разглядывать полную луну.

    - Ты думаешь, это обязательно должно иметь глубокий смысл? – явно уклоняясь от ответа, произнес он. Все веселье вдруг в момент исчезло.

    - Ага. Ничего не бывает просто так. Особенно у тебя.

    - Этот гроб у меня уже почти всю жизнь, но надписи только пол века, - и уже совсем мрачно прибавил: - Ее захотел выбить Ван Хеллсинг.

    - Зачем?

    Вампир, нахмурившись, пожал плечами.

    - Захотелось ему. Откопал где-то эту фразу и решил, что она хорошо описывает мою ситуацию. Знаешь, кто такой Гермес?

    - Посланник богов у древних греков, вроде?

    - Да. А еще покровитель обмана, воровства и еже с ними. Так что, мой первый хозяин пришел к выводу, что это все подходит к моей натуре. Птица я ему, видите ли… - он со злостью плюнул в костер, - ага, а еще собака, козел отпущения и подопытный кролик. Этот урод мог бы со мной целый зоопарк открыть, если б захотел. А вторая часть очень красочно и подходяще описала процесс моего усмирения. Я думаю, ты можешь себе представить, что я отнюдь не добровольно стал рабом какого-то человека.

    - Этот «какой-то человек», между прочим, победил тебя, - с каким-то злорадством заметил мальчик. Все-таки было приятно думать о том, что предок человека, на которого он работал, смог сделать что-то подобное. Появилось странное и совершенно глупое чувство гордости.

    Вампир явственно скрипнул зубами, в глазах что-то вспыхнуло.

    - Я заметил, - это было сказано его обычным насмешливым тоном, но голос звучал как-то не так.

    Мальчик спросил себя, стоит ли продолжать этот разговор, но тихий злой голос любопытства внутри настойчиво сказал «ДА!».

    - И как он это сделал?

    - Жестоко и болезненно, - ответил вампир уже совершенно спокойно и ухмыльнулся. – Знаешь, если почитать «Дракулу», то можно подумать, что он был очень милым дяденькой. На самом деле, он был примерно таким же кровожадным и беспощадным ублюдком, как и я. Монстр, Ангел Смерти, запомни – все подобные люди на самом деле монстры. Как ты уже видел сам, в этом жестоком мире вечной борьбы нет места для человечности. Ты ведь и сам на пути к тому, чтобы стать таким вот чудовищем.

    Мальчик нахмурился и задумчиво кивнул, не зная, что сказать, и вдруг спросил себя, боится ли он финала. Кажется, нет.

    Он представил, как ворвется на базу и начнет убивать. Как и всегда, как и предыдущие четыре раза – не оставляя в живых никого, не задумываясь, не колеблясь. Что может быть лучше?

    «Ты ведь и сам на пути к тому, чтобы стать таким вот чудовищем», - эхом отдались в голове слова вампира, и мальчик понял, что это правда. За этот месяц у него появилась почти что наркотическая потребность крови. Мальчик хотел видеть, как она хлещет из ран убитых им врагов, как струями стекает на землю, образовывая багровые озера, как застывает, превращаясь в твердую корку. Видеть все это давало такое странное ощущение жизни. В такие моменты мальчик действительно осознавал, что ЖИВЕТ. Он никогда раньше не задумывался над тем, как прекрасно иметь возможность чувствовать прохладу ветра, дующего прямо в лицо и растрепывающего волосы, или запах горящего дерева, созерцать, как языки пламени лижут ветки, превращая их в пепел. Он никогда раньше не понимал, как это здорово, уметь двигаться, как слажено вообще работает его тело. Он осознавал все это только, когда убивал, когда видел, как легко лишить людей возможности делать все эти вещи.

    Это было довольно странно, ведь он убивал и раньше, но никогда не испытывал при этом такого приятного чувства. Подумав над этим, мальчик решил, что дело в вампире. Он слишком сильно заражал своим азартом, заставляя смотреть на происходящее как на игру, а на людей как на что-то настолько ничтожное, что их жизнь или смерть даже не имела значения. Просто мелкие преграды на пути к главной цели. Еще на последней базе мальчик поймал себя на том, что пытается убить больше людей, чем вампир, потому что это была игра – одна большая и кровавая игра.

    Одновременно с этим, мальчик понял еще кое-что: ему это нравилось. В конце концов, убивать входило в его работу, так почему бы ни получать от этого удовольствие?

    Сейчас он смотрел на вампира, и не видел в нем ужасного монстра, а кого-то, кем он восхищался. Своего друга, человека, с которого мальчик брал пример, на кого хотелось быть похожим. Или не человека – это не имело значения.

    Главное было то, что он был именно таким, каким он был – гордым, самоуверенным, опасным, веселым и одновременно устрашающим и сильным. Да, таким безгранично сильным. Мальчик не знал, кем был его отец, но в своих мечтах стал вырисовывать его похожим на вампира.

    - Пора, - вдруг решительно сообщил вампир и улыбнулся в предвкушении бойни.

    - Отлично, - мальчик тут же вскочил на ноги и стал тушить костер.

    Вампир подхватил походный рюкзак и плед и запихнул их в гроб, после чего без всякого труда водрузил его себе на спину.

    - Ну, вперед, Ангел Смерти, - торжественно произнес он.

    После примерно пятнадцатиминутного марша по лесу, вампир вдруг резко остановился и застыл со сконцентрированным выражением лица, явно вслушиваясь во что-то. Мальчик тоже остановился и стал молча ждать, что скажет его напарник.

    - Слышишь?

    Он слышал довольно много: шуршание листвы на деревьях, пение какой-то птицы, собственное дыхание, звук падающей на землю ветки, но ничто из этого явно не было тем, что он должен был слышать.

    - Нет.

    Вампир ничего не сказал и снова двинулся вперед, но всего метров через сто снова остановился.

    - Машина стоит на дороге, - почему-то шепотом изрек он, - а в ней два человека. Один высокий – за рулем, другой маленький и толстый – на заднем сидении.

    - Ты что, все это слышишь? – мальчик тоже автоматически перешел на шепот.

    - Нет, вижу. Мы идем вдоль дороги. Если повернешь голову влево, то тоже увидишь.

    - Очень смешно, - буркнул мальчик, но голову повернул.

    От дороги их отделял большой отрезок густо растущих деревьев, между ветками которых в полутьме действительно можно было различить очертания машины с сидящими в ней двумя людьми. Мотор и фары были выключены, оба молчали и совершенно не шевелились, в какой-то момент мальчику даже показалось, что они мертвы. Он бросил вопросительный взгляд на вампира, который мотнул головой, указывая на дорогу.

    - Посмотрим. Тихо.

    Мальчик кивнул и при помощи нитей запрыгнул на ветку дерева, а потом на следующую, быстро и практически бесшумно добравшись таким образом почти вплотную к дороге. Оглянувшись назад, он увидел, что вампир совершенно спокойно, будто скользя, идет по земле. Опавшие листья, обильно устилающие его путь, не издали при этом ни еденного шороха.

    Мальчик перевел свой взгляд на машину. Развалившийся на заднем сидении маленький толстяк, склонился над чем-то. Судя по еле слышному скрипу пера, писал. Здоровяк за рулем больше всего напоминал статую – он сидел, не двигаясь и, наверное, даже не моргая, чего, правда, не было видно. Его осанке позавидовала бы любая директриса школы для благородных девиц. Во всей фигуре чувствовалось напряжение.

    Мальчик немного отодвинул руку, потому что какой-то сучок впился в ладонь, и зацепил одну из маленьких веток, листья которой тут же тихо зашуршали. Он готов был поклясться, что при этом звуке здоровяк напрягся еще больше, будто готовясь к чему-то.

    - Готово, - вдруг сказал толстяк, и его голос прозвучал так резко и неожиданно, что мальчик вздрогнул. – Эти дела, эти дела. Всегда забываешь о них, а вспоминаешь в самый последний момент, не так ли?

    Здоровяк ничего не сказал, и даже не пошевелился.

    - Ну что ж, едем. Нам сегодня предстоит сделать много важного. Что-то не так? – вдруг спросил он, видимо тоже заметив напряжение своего шофера.

    Но тот снова не подал никаких признаков жизни, а машина с шумом тронулась с места и, подпрыгивая на многочисленных кочках, понеслась дальше.

    - Любопытно, - заметил вампир, стоящий под деревом мальчика. – Как думаешь, кто это?

    - На толстяке была форма майора, если не ошибаюсь, а на втором капитана, - отозвался тот и спрыгнул с ветки.

    - Что-то с этим вторым не так, не находишь? – вампир задумчиво покусывал прядь длинных волос.

    - Не знаю. Странный какой-то тип. Отмороженный начисто.

    Вампир только покачал головой и направился назад к тому месту, откуда они увидели машину.

    - А по дороге не пойдем?

    - Так угол срежем. Идем, до полуночи недолго осталось.

    Мальчик кивнул и пошел за ним. Остаток пути они прошли молча.

    Последняя база выросла перед ними, оказавшись совсем не такой, как предыдущие четыре. На самом деле, это был просто огромный и сильно обветшавший дом. Даже привычный несколько метровый бетонный забор отсутствовал. Просто дом, ничего больше. Мальчик даже почувствовал что-то вроде разочарования.

    Они стояли на самой границе леса, деревья скрывали их от взглядов людей на базе. Им же был виден весь двор. Та самая машина стояла у входа, те двое в сопровождении еще нескольких человек как раз зашли внутрь. Вампир оказался прав – они действительно хорошо срезали угол. Спустя еще несколько минут молчания, мальчик заговорил.

    - Откуда начнем?

    - Вон оттуда, - вампир ткнул на одно из заколоченных окон, хорошо видных в лунном свете, и зевнул.

    Мальчик не стал узнавать причины – вампир никогда не ошибался в таких вещах. Возможно, дело было в его нюхе, а может в чем-то вроде шестого чувства.

    - Как я и думал, - снова зевнув, продолжил его напарник, - солдат тут больше, чем на предыдущих четырех базах. И ходячих трупов тоже. И есть еще что-то. Довольно странно… - снова зевок.

    - Ты еще поспи, - недовольно буркнул мальчик и закурил.

    - Знаешь, а идея мне нравится.

    Он вдруг поставил гроб, который все это время нес на плече, на землю, раскрыл его, выбросил содержимое и забрался в него сам.

    - Я вообще последнее время слишком мало спал… прихватишь гроб внутрь, ладно? Я позже присоединюсь.

    «Он не сделает это! - со смесью ужаса и удивления сказал себе мальчик. – Он просто… просто шутит».

    Вампир схватился за крышку и начал закрывать ее.

    «Нет, невозможно. Он не сделает этого».

    Щель между гробом и крышкой сильно уменьшилась.

    - Ты с ума сошел?! – прошипел мальчик, снова распахивая ее нитями.

    - Нет, конечно. Я просто хочу спать. Ты что, без меня не справишься?

    «Нет, не справлюсь».

    - Конечно, справлюсь.

    - Тогда в чем проблема?

    «В том, что мне страшно делать такое самому», - он понял это настолько внезапно, что сам удивился.

    - Ну вот еще, по-твоему, я буду делать всю работу, пока ты дрыхнешь?

    - Ты что, боишься?

    «Да, твою мать! Боюсь!»

    - Глупости.

    - Не волнуйся, я такое развлечение не пропущу. Я не буду спать больше получаса. И уж если у тебя будут серьезные проблемы, то и меньше.

    «Тогда какого хрена ты ложишься спать СЕЙЧАС?! Я не справлюсь сам, я не справлюсь сам. Мне страшно, я не хочу и не могу. А ты, хренов маньяк, тебе так нравится пугать меня, да?!»

    - А я и не волнуюсь.

    - Отлично. Значит, увидимся уже там.

    «НЕТ! НЕ НАДО!»

    - Увидимся.

    Крышка гроба, будто нарочно медленно, снова начала закрываться. Мальчик нервно затянулся и бросил задумчивый взгляд на окно третьего этажа, через которое ему надо было пройти.

    - Подожди еще минут пять, прежде чем начнешь.

    Мальчик кивнул и выпустил струю дыма.

    - Я знаю, что было не так с тем типом из машины, - вдруг заявил вампир. – Кровь у него не так пахла. Ты осторожней там.

    Крышка гроба с шумом захлопнулась, и мальчик тут же остро ощутил одиночество, но попытался затоптать это чувство.

    - Ты справишься и без него, - тихо сказал он себе, - ты всю свою жизнь справлялся без него, почему вдруг не можешь сейчас?

    «Потому что он сильнее. Он единственный в Хеллсинге, кто может защищать меня, всех остальных должен защищать я», - ответил голос в голове – его собственный голос, разозлив мальчика еще больше.

    Он докурил сигарету и достал новую. Кажется, в конечном итоге ему действительно удалось взять себя в руки. В конце концов, вампир все равно будет тут и если что, то сразу выйдет. От этой мысли сразу становилось спокойнее, но это ему тоже не понравилось. С каких это пор он вообще так зависит от помощи вампира? Почему вдруг?

    - Я справлюсь и без тебя, - заявил мальчик гробу, но и сам не поверил в это.

    Наверное, пора было идти. Он обвил нити левой руки вокруг гроба, а нитями правой приготовился уцепиться за карниз. Взгляд упал на рюкзак, и мальчик запомнил, где он лежит, чтобы забрать на обратном пути.

    Была ровно полночь, когда он проломил доски на окне и влетел внутрь.

    Финал начался.

     

     

    Добавлено:

    5.

    Hands on the mirror

    Can't get much clearer

    Can't make this all go away

    Now that you're bleeding

    You stare at the ceiling

    And watch as it all fades away

    Nickelback, «Because of you»

     

    («У тебя тоже бывают сны, которые выглядят слишком реально?»)

    Мальчик не знал, спал он или нет. И если спал, то когда. Ему снилось сразу несколько снов, и он не мог сказать, что из всего этого действительно было сном. Просто череда странных событий, накладывающихся и переплетающихся друг с другом.

    («Снов нельзя бояться, Ангел Смерти»)

    Он точно помнил свой бой со странным типом, который потом куда-то делся…

    («Светлые волосы, голубые глаза – истинный ариец, чтоб его»)

    Он помнил вампира, он помнил, как они вышли за дверь и разделились…

    («Ты налево, я направо – где-нибудь встретимся»)

    Он помнил, что убивал, он помнил почти каждое свое движение до одного определенного момента. А потом на все опустилась густая пелена тумана. И все.

    Где он был? Что он делал? Как он попал туда, где был? Какое сейчас было время суток?

     

    За окном были видны звезды и погружающая все в серебристое свечение полная луна, а сквозь деревья пробивался тусклый солнечный свет. В коридоре стоял сильный сквозняк, но все равно было жарко, он стянул с себя жилетку и кинул куда-то, а в лесу было ужасно холодно, рванная и мокрая от крови рубашка совершенно не грела. Он бежал, уничтожая все на своем пути, и одновременно он еле плелся непонятно куда и зачем, и каждый шаг, казалось, был последним, который он мог сделать. Он не чувствовал боли, находясь полностью во власти жажды крови, но вместе с тем каждая клетка тела болела, левый глаз заплыл, лицо превратилось в один большой синяк, губа и нос были разбиты, на шее красовались иссиня-черные следы пальцев верзилы, при каждом глотке создавалось впечатление, что кто-то пытается изнутри разрезать горло тупым ножом, голова раскалывалась, а разрывающая боль в боку становилась все сильнее и сильнее.

    Он задыхался…

    …от бега.

    …от боли.

    Убивая, он смеялся совсем как вампир.

    Все еще идя вперед, он рыдал от захватывающих его усталости и бессилия.

    Он находился одновременно в двух мирах, и не знал, какой из них реален.

    Возможно, никакой?

    Возможно, оба?

    И вокруг этих двух миров витали, словно мошки вокруг фонаря, обрывки каких-то воспоминаний, голоса, которые он слышал когда-то или не слышал никогда, вещи которые они говорили или могли бы сказать, мысли обо всем и ни о чем.

    - Боже, что же ты со мной делаешь? Останови это! – прошептал он, и будто в насмешку над его словами откуда-то вырос еще один мир.

    В нем он лежал. И в нем было тепло. И в нем он слышал чьи-то приглушенные голоса, спорящие о чем-то. Такие знакомые голоса…

    Но в другом мире он все еще шел, чувствуя пожирающий его изнутри жар.

    А в третьем… а что было в третьем?

    Людей вокруг мальчика стало заметно больше, они смыкали вокруг него плотный круг, а отбиваться становилось все тяжелее и тяжелее. Теперь боль и бессилие настигли его и тут. Он уже чувствовал, что шатается.

    («Мы не сможем одним махом пройтись по всем их базам. Это самоубийство»)

    А где был вампир? Где он был теперь, когда так нужна была его помощь? Он обещал прийти в нужный момент, но сейчас его не было. Откуда-то издалека донесся взрыв, на голову мальчика посыпалась штукатурка, делая волосы седыми.

    («Как у Рика»)

    По нему стреляли. По нему всегда стреляли. Добрая половина его жизни прошла за тем, что по нему стреляли. Мальчик понял, что ему надоело это. Он снова взмахнул руками, нити взмыли в воздух. Он прыгнул, уходя от пуль и одновременно режа людей вокруг на кусочки. И тут, на высшей точке прыжка, бок пронзила вспышка боли, в лицо брызнула собственная кровь. Дыхание прервалось, кто-то словно со всей силы сжал легкое, не позволяя воздуху поступать в него дальше. Мальчик уже не успел снова сгруппироваться, и просто плашмя упал на залитый кровью пол.

    Он попробовал дышать, воздух со свистом вырывался наружу. Но не из ноздрей, как ему было положено, а из пробитого легкого. Мальчик закашлялся, выплевывая пугающе большие количества крови. Он издал тихий стон, и это причинило еще больше боли. Казалось, воздух, которым он дышал, был пропитан ядом.

    «Не теряй сознание! ТОЛЬКО НЕ ТЕРЯЙ СОЗНАНИЕ!» - этот крик, идущий из его еще не полностью обезумившего от боли разума, на несколько секунд полностью разорвал все мосты между другими мирами. Сейчас он находился только здесь, и нигде больше, в этом он был уверен. Кровавый туман полностью застилал глаза, и мальчик встряхнул головой, чтобы отогнать его. Навстречу ему откуда-то выплыли заляпанные кровью черные ботинки, за ними края штанин. Он попытался поднять голову, чтобы увидеть лицо их обладателя, но не смог.

    - Алукард… - в отчаянии прошептал он, - ну где же ты… ты должен прийти… ты сукин сын…

    Ответом послужило еще больше боли. Кто-то схватил его за волосы и резко рванул вверх. Мальчик тонко вскрикнул и потерял сознание.

     

    ***

    Снова чьи-то голоса, снова все вокруг перемешалось, он снова был сразу в трех местах. Но лес был ярче всего. Такой красивый и зеленый, с поющими птицами и невыносимым чувством голода и жажды. Сейчас он бы предал Хеллсинг за один стакан воды.

    Ноги болели, но мальчик зачем-то продолжал идти. Как он вообще оказался здесь? Когда он спрашивал себя об этом, то перед глазами всегда вставало заколоченное окно в конце коридора. И больше ничего.

    Вампира все еще не было. Но это не удивляло. Вампир просто бросил его, разве мальчик не знал всегда, что чудовище сделает это? Возможно, ему показалась забавной идея, что кто-то, кто так доверяет ему, погибнет только из-за того, что его не окажется рядом. А может, в итоге он и придет, когда мальчик будет рыдать и звать его.

    Подумав об этом, мальчик понял, зачем идет. Он идет назло вампиру, чтобы показать ему, что может справиться и сам. Он доберется до ближайшего поселения и без помощи чудовища. А, оказавшись в Лондоне, он еще обязательно расскажет обо всем лорду Хеллсингу. Эта мысль давала силы. Ведь, как бы плохо не было мальчику сейчас, он знал, что вампиру в итоге будет намного хуже. Он не знал, как, но как-нибудь лорд Хеллсинг это устроит.

    («Ты не допускаешь мысли о том, что Артур может ошибиться, ты не допускаешь мысли о том, что он может поручить тебе слишком много. По-твоему, он всегда прав»)

    А что, если он не дойдет?

    Мальчик опустил голову и увидел, что сквозь кое-как наложенную повязку на боку уже активно течет кровь. Она так сильно выделялась на белой рубашке… есть… почему-то он вдруг подумал о том, что ему хотелось есть…

    Голова закружилась еще сильнее, он грохнулся на колени и вырвал и без того скудное содержимое желудка. Постояв так несколько минут, он зачем-то заставил себя подняться и идти дальше.

    …А окно было так далеко. Он бежал к нему, но оно все еще было далеко. Он несся вниз по лестнице, перепрыгивая через ступеньки, и кто-то бежал за ним. И этот кто-то был быстрее, мальчик не оглядывался, но знал, что его догоняют. Окно. Он прыгнул, проламывая доски, и полетел куда-то. Ветер сильно бил в лицо, а сзади раздался взрыв, и мир рассыпался на мелкие осколки…

    Мальчик почувствовал толчок и упал назад. Открыв глаза, он понял, что столкнулся с деревом. Вставать больше не было сил, не было сил даже дышать.

    - Алукард… - сквозь слезы позвал мальчик, но никто не ответил. Он был один.

    Под деревом рос куст с какими-то ягодами. Такими же ярко-красными, как и кровь на рубашке. Мальчик вытянул руку вперед и с третьей попытки, наконец, схватил рукой одну из веток. Тут же судорожно вцепившись в нее, он потянул на себя, не обращая внимания на то, что в ладонь врезаются шипы. Перчатки почему-то не было, но имело ли это значение? Нет, сейчас была важна только еда.

    Ягоды давились под тяжестью его руки, разбрызгивая вокруг свой алый сок, вместе с ними с куста обрывались шипы и листья, тоже оставаясь в его руке. Мальчик схватил это все и запихнул в рот, жадно глотая даже не разжевав. Горло, казалось, раздирало на клочки, но он даже не обратил на это внимание.

    Мальчик повторил этот процесс еще четыре или пять раз, а потом его вырвало. Он снова с яростью начал срывать с куста ягоды и листья, запихивая их себе в рот. Эффект был таким же, как и в предыдущий раз. Он скрутился в клубок и тихо зарыдал. Сейчас больше всего он хотел, чтобы остановилась боль, но она и не думала этого делать, становясь наоборот только сильнее.

    К горлу снова подступила тошнота, и он вырвал, теперь правда только желчью. Только сейчас мальчик заметил, какой он горячий. Пожалуй, на нем можно было кипятить воду. Под ним расплывалась лужа крови. В конце концов, это тоже была жидкость, а ему так хотелось пить…

    Мальчик дотянулся до лужи языком и стал слизывать кровь с травы. Это не сильно утоляло жажду, но все-таки было уже хоть чем-то.

    Не прошло и пяти минут, как он снова начал рвать.

    Но он должен был идти дальше. Должен самому себе. Он ведь мог справиться… ведь мог же, правда? Он был лучшим. Возможно, этого не смогли бы простые люди, но он ведь был не таким. Это признавал даже вампир. Вампир, которому он доверял. Вампир, который предал его. В душе зародилась по-детски наивная обида. Он ведь обещал. Обещал позаботиться о том, что мальчик не умрет. Еще тогда, перед нападением на первую базу. Сейчас мальчику казалось, что это было в другой жизни. И вот он умирал, и никто не приходил помочь.

    В голове играла музыка. Какая-то давно забытая мелодия, от которой болела голова. Было жарко и холодно одновременно, волосы прилипли к потному лицу. Это было несправедливо, он лежал тут, и ему было так ужасно, а где-то люди продолжали спокойно жить. Дети его возраста действительно были детьми, и они бегали по улицам и гордились тем, что у них есть осколок какой-то бомбы или целая коллекция гильз.

    («Скажи, а тебе не кажется, что все это слишком много для такого ребенка, как ты?»)

    Нет, он никогда не был ребенком, и никогда им уже не будет. Это было так несправедливо, что хотелось рыдать. Но слез больше не было, из горла вырывались тихие всхлипы, но глаза оставались сухими. Зато холодный пот обильно лил по лбу, и это тоже было несправедливо. У его тела и так оставалось слишком мало влаги, так почему он должен был так бессмысленно тратить ее?

    Кроме того, ему все еще было холодно. Лужа крови на траве становилась все больше и больше, мальчик стал терять сознание. Совсем перед тем, как отключиться, ему показалось, что где-то завыл волк.

    («Только где ты тут волков видел, Ангел Смерти?»)

     

    ***

    Сначала сквозь туман прорвался звук. Как будто бы кто-то вдруг включил радио.

    - …поэтому не стоит терять времени.

    - Да. А с этим что?

    - Пусть он попробует на парне гипноз.

    - Но… эта способность у него еще не доработана, Вы же знаете…

    - Пусть попробует, мальчишка сейчас слаб. И он может быть полезен. Да-да, очень полезен. Давай, попробуй…

    Потом звук снова выключили, и мальчик увидел самого себя. Это было странно, видеть себя со стороны («Как во сне, но это же и есть сон…»). Но одновременно с этим он видел глазами того своего «я», на которое сейчас смотрел. И это было еще страннее. Все вокруг него самого заволокло туманом, но себя он видел на редкость четко.

    Мальчик буквально висел в воздухе. Ноги касались земли, но все равно не выдерживали веса тела. Кто-то в белой перчатке держал его за волосы, запрокинув голову назад, и одновременно сжимала скрученные за спину руки. Несколько человек стояло рядом, но все они терялись в тумане, как и хозяин белой перчатки. Из раны на боку мальчика при каждом его вздохе вырывались брызги крови, которая и так безостановочно текла вниз по рубашке на штанину, чтобы потом влиться в красное озеро на полу. Кровь текла и из носа, под левым глазом вырисовывался большой фингал, на шее виднелись ярко-красные пятна. Он закашлялся, выплевывая еще больше красной жидкости, вместе с которой из тела выходила и жизнь.

    Все это он видел и одновременно чувствовал, хотя предпочел бы остаться только наблюдателем. Среди всей той боли ярко выделялась приятная прохлада чьих-то пальцев на горячем лбу. Это действовало как-то расслабляюще. Перчатка оттянула его голову еще дальше назад, так что теперь мальчик мог видеть ее хозяина, который склонился над ним. Точнее видел бы, если бы мог. Вместо этого он различал только светлое пятно лица и еще что-то яркое, что видимо было глазами. Да, он был даже уверен, что это были глаза, точно также как был уверен, что видел их где-то и раньше. Но где – вспомнить не мог.

    Кто-то что-то сказал. Отдаленные голоса эхом отдавались в голове.

    - Перчатки… чатки… вай… ми… жет… сен… сен… сен…

    Кто-то стал стягивать с него перчатки, но мальчик не сопротивлялся. Он просто смотрел в пятна-глаза и думал о чем-то. Или не думал ни о чем? Что с ним вообще происходило? Возможно, стоило что-то предпринять?

    Только что… было больно, но если он будет смотреть в глаза, то боль будет уходить. Он знал это. Это говорили голоса в голове.

    «Просто смотри в глаза и все будет хорошо, Ангел Смерти».

    Ангел Смерти… так называли его все, даже вампир. Вампир… вампир… вампир? Да, вампир. Ручной вампир Хеллсинга, как сказал кто-то. Был ли это Рик? («Рик… сон… все из-за тебя, Уолтер… глаз тонет… глаза… смотри в глаза… просто смотри…»). Больно… все еще было больно…

    Вампир говорил когда-то что-то о боли. На второй базе, кажется. Да, точно. У костра. Он всегда любил рассуждать у костра.

    - Тебе не больно, когда тебя так вот расстреливают? – спрашивает мальчик.

    - Знаешь, боль – это понятие относительное, - отвечает вампир, разглядывая пламя. - К ней можно привыкнуть, и ее можно преодолеть. Больно ли мне? Да, мне больно. Но что это меняет? Разве я могу позволить себе грохнуться на землю, выть и рыдать, как же мне плохо? Нет. Надо просто сдерживаться, а если не можешь, то уйти. Знаешь, боль можно отстранить. Не навсегда, конечно. Она потом вернется и будет вдвойне сильнее. Но ведь это будет потом, когда это можно себе позволить. Если ты, конечно, додержишь ее до тех пор. Это как рушащаяся дамба. Она вот-вот обвалится, и ты это знаешь, но важно не то, что она это сделает, а то, чтобы она простояла нужное время. То время, которое понадобится тебе, чтобы уйти туда, где тебя не затопит. Понимаешь, о чем я, Ангел Смерти? Надо просто выстроить дамбу. Вот сейчас я лягу в гроб, и она может рушиться. У них были серебреные пули, так что это серьезно, но я-то переживу, - он подкидывает несколько веток в огонь и зажмуривается. - Звучит сложно, не так ли? Но на самом деле это легко даже для человека. Знаешь, человеческое тело способно выносить намного больше, чем это можно себе представить, особенно в смертельно опасных ситуациях. Все, что для этого нужно, это желание жить. Борьба, Ангел Смерти, мы в этом мире для того, чтобы вести вечную бессмысленную борьбу со всем вокруг…

    А костер все горит и тихо потрескивает, как помехи в радио…

    Мальчик улыбнулся, подумав о костре. Это было что-то такое родное и близкое…как глаза… смотри в глаза… продолжай смотреть в глаза…

    НЕТ.

    Он вдруг кинулся вперед, выдираясь из хватки белых перчаток. Боль пронзила тело. Дамба? Так ведь сказал вампир? А еще он сказал, что это должно быть легко. Но мальчик продолжал чувствовать боль.

    - Тихо-тихо, не дергайся, - этот голос прорвался сквозь туман и вызвал в мальчике приступ ярости.

    («Ну-ну, приятель, не дергайся. Щас будет больно, а потом ты сам отключишься»)

    Тихо?! ТИХО?! Этот урод, кем бы он ни был, говорил с ним, как с приведенным на убой животным. НЕ ДЕРГАЙСЯ! И что будет тогда? Может, ему перевяжут раны, дадут поесть и посадят в самолет домой?!

    Он вспомнил лаборатории и стоящий в них отвратительный запах.

    Уроды! Садистичные ублюдки! Все они, все до одного! НЕ ДЕРГАЙСЯ?! Может, они говорили такое и солдатам, которых превращали в ходячих покойников?!

    «Не дергайся, приятель, тогда все будет хорошо. Мы вернем тебя домой к твоей жене и ребенку и дадим еще вдобавок много денег», так что ли?

    Козлы, сукины дети, моральные уроды! Пусть они горят в аду, пусть горят все до единого! Сволочи! Ублюдки!

    - Ублюдки! – хрипло заорал мальчик и кинулся вперед, вслепую нанося кому-то удары.

    Перчаток не было, но это уже не имело значения. Ничто больше не имело значения, все растворилось в ярости. Кто-то схватил его за плечо и дернул с такой силой, будто хотел вырвать руку. Мальчик вывернулся и укусил этого козла («монстр, Ангел Смерти, запомни – все подобные люди на самом деле монстры») в ладонь, почувствовав во рту вкус ткани. Незнакомец разжал пальцы и попытался высвободить свою руку, но мальчик не отпускал. Сейчас он пожалел, что у него нет таких зубов, как у вампира.

    Кто-то ударил его по голове чем-то очень тяжелым, но мальчик не обратил на это внимания. Вместо этого он впился в руку еще сильнее. Сквозь ткань на язык стала просачиваться кровь.

    Еще череда ударов по голове, от которых перед глазами стали прыгать цветные пятна. Мальчик разжал челюсть и лягнул кого-то, кто издал тихий вскрик. Удары прекратились. Сквозь туман он увидел дверь, на пути к которой высилась отдаленно знакомая фигура («перчатки»). Мальчик обогнул ее и ринулся вперед, когда дверь заслонил еще кто-то, кто вдруг резко выбросил одну руку вперед. В глазах снова все запрыгало, рот наполнился кровью. Он отшатнулся назад, рухнул на пол и сплюнул красную слюну вместе с куском зуба.

    Мальчик снова перестал что-либо видеть, и это почему-то только усилило его ярость. Он предпринял попытку вскочить, но сразу несколько человек («не люди, монстры, монстры, монстры») навалились на него, пытаясь то ли оглушить, то ли скрутить. Видимо, они сами толком этого не знали.

    - Сдохните, уроды! – остервенело заорал мальчик и вцепился ногтями в чье-то лицо.

    Ярость поглотила все другие чувства. Ему было наплевать на все, он хотел только убивать. Их всех, всех этих козлов, всех этих сумасшедших, всех этих маньяков, всех этих тупых идиотов, которые всерьез думали, что могли противостоять ему. ЕМУ! Это было так смешно, что мальчик залился диким, нечеловеческим хохотом. Он мог все! Он был непобедим! А они, эта горстка идиотов, что они могли ему сделать?! ЧТО ОНИ МОГЛИ?!

    - Да держите же его! – донесся до него знакомый голос. – Он и так уже полумертвый, неужели это так тяжело?!

    Мальчик снова захохотал и, кажется, пнул кого-то.

    - Я тебе сейчас покажу, кто тут полумертвый!

    Раздался взрыв, пол под ними задрожал.

    - Да черт с ним, убивайте уже! Нам еще и этот вампир сейчас свалится на голову!

    Мальчик отпихнул кого-то и кинулся вперед. Дверь снова маячила перед ним. Сзади слышались чьи-то возгласы, потом выстрелы, но мальчик уже бежал вниз по лестнице, а кто-то несся за ним. Он слышал его дыхания сзади себя, и больше ничего. Где-то что-то взорвалось, уже заметно ближе, чем в предыдущие разы.

    Впереди было заколоченное окно. Он оттолкнулся от последней ступеньки и прыгнул вперед, почувствовав приглушенную боль от столкновения с досками. И вот он уже летел вниз, а сзади все взорвалось, рассыпалось…

    И вдруг тишина поглотила его.

     

     

    ***

    Мальчик чувствовал, что лежит на кровати завернутый в теплое одеяло и со взбитой подушкой под головой. Боль приглушенно пульсировала в теле, но это было уже не так страшно. Его охватила приятная усталость, которая обычно появляется, когда ты ложишься спать после тяжелого дня и знаешь, что завтра можно будет отдыхать. Совсем рядом, возможно, в соседней комнате, раздавался чей-то рассерженный голос. Какой-то мужчина орал, иногда делая паузы во время которых, видимо, что-то вставлял его собеседник, но слишком тихо, чтобы это было слышно сюда. Во всем чувствовалось что-то родное и знакомое. Мальчик счастливо улыбнулся и зевнул…

    Яркий свет пробивался сквозь закрытые веки, кровать с одеялом и подушкой куда-то делись, равно как и голос. А боль наоборот сделалась сильнее. Мальчик застонал и приоткрыл глаза. Над головой виднелось голубое, безоблачное небо и верхушки деревьев. Мир вокруг покачивался, словно при ходьбе, но вместе с тем мальчик лежал.

    - Очнулся? – довольно-таки обеспокоено спросил знакомый голос.

    - Алукард? – не веря своим ушам, пробормотал мальчик.

    - Нет, папа римский, который нацепил на себя парик.

    - А… понятно…

    Он открыл глаза полностью и увидел, что вампир несет его на руках. Сейчас он уже не был похож на девочку, одежда тоже была обычной, отсутствовал только красный плащ. Спустя несколько секунд мальчик понял, что в плащ вампир завернул его самого. Боль возрастала. Он скривился и слабо застонал. Ему хотелось кричать, но на это уже не было сил.

    - Ничего, скоро доберемся, и все будет хорошо, - в голосе вампира звучала такая уверенность, что мальчик тут же поверил в это.

    - Мы… победили?..

    - Конечно, - он расплылся в улыбке. – Убили всех, а кого не убили, того накрыло взрывом. Если честно, я уже даже подумал, что ты тоже приказал долго жить. А нет, жив. Молодец, Ангел Смерти.

    Мальчик тоже улыбнулся и провел языком по пересохшим губам.

    - Хочешь пить?

    Он кивнул. Вампир положил его на землю и поставил рядом гроб. Порывшись в нем некоторое время, он достал бутылку и поднес к губам мальчика. Рот наполнился холодной водой. При каждом глотке горло начинало болеть с новой силой, но он стал жадно пить, не обращая на это внимания. Вода была застоявшейся и, на самом деле, совершенно невкусной, но мальчику показалось, что он никогда не пробовал ничего лучше. Он мог бы пить ее вечно, но вскоре вампир вырвал у него из рук бутылку.

    - Хватит, - железным голосом сказал он, - сейчас будешь пить как можно меньше. Воды и так мало, а мы еще не на месте.

    - Ты… ты сказал… скоро… - прошептал мальчик, почувствовав внезапную злость на своего напарника. Разве он хотел так много? Просто утолить жажду, уж это-то ему можно было позволить!

    - Скоро не значит сейчас, Ангел Смерти. Потерпишь.

    Он снова взвалил себе на спину гроб, взял на руки мальчика и пошел дальше. Деревья мелькали над их головами, вызывая головокружение, палило солнце, только усиливая жажду. Мальчик в изнеможении закрыл глаза, чувствуя теперь, как тени деревьев мелькают по его лицу. Темно, светло, темно, светло, темно, светло… Тошнота подступила к горлу.

    - Потерпи еще немного, - сказал вампир, будто почувствовав, как ему плохо.

    - Как ты думаешь, что случается с людьми после смерти? – вдруг спросил мальчик, сам не зная, к чему.

    - А то ты Библии не читал? Ад, Рай, Страшный суд…

    - Я имею в виду… на самом деле…

    - На самом деле? Ты что же, не веришь в Бога, дворецкий Хеллсингов, Рыцарь Веры? – судя по тону, вампира это развеселило.

    - Не знаю… верю, наверное… не знаю… не после того, что видел… я имею в виду, если бы Бог существовал… он бы… он бы не позволил… случаться таким вещам… эти… эти лаборатории… эти… чудовища… это все… - он стал тяжело дышать, устав говорить.

    - Это печально, Ангел Смерти, - задумчиво произнес вампир, - печально видеть, как кто-то в твоем возрасте так рассуждает. Хотя я с тобой согласен. Бог? Чушь. Если он и существует, то он либо несказанно жесток, либо бессилен, либо ему наплевать на нас. Я не знаю, что случается с людьми после смерти, и не хочу знать. Я не человек и никогда им не был, так какая мне разница? Но это правильно, что мы не знаем наверняка, Ангел Смерти. Кто знает, возможно, вас, людей, ждут такие прекрасные вещи, что, узнай бы вы об этом, то сразу бы расхотели мучаться на этой Богом проклятой земле и разом покончили бы с собой. И чем я тогда буду питаться, а? Пить кровь животных меня не привлекает.

    - Я умираю… - вдруг тихо сказал мальчик и только в этот момент понял, что это правда. Он умирал, но страшно ему от этого сейчас не было.

    Вампир издал тихий смешок.

    - Как же, умрешь ты! – фыркнул он. – Только попробуй, Ангел Смерти, и, клянусь, я укушу тебя. Так что если не хочешь становиться вечно малолетним вампиром, то живи.

    - Не могу…

    - Кто не борется, тот уже проиграл.

    - А может… может я и… хочу… стать… вампиром, откуда… откуда… ты знаешь?

    - Не смеши мой автомат, Уолтер, - все также весело ответил вампир, но то, что он назвал мальчика по имени, говорило о том, что сейчас ему совершенно не до шуток. – Ты не хочешь этого. Ты просто боишься боли.

    - Нет… устал…

    - Хорошо, - вампир пожал плечами и откинул волосы с лица. – Если тебе так хочется… но пока ты умираешь, мы можем поговорить.

    - О чем?.. – безразлично спросил мальчик. Не смотря на плащ, ему все равно было холодно, видимо, от потери крови.

    - О чем угодно.

    - Что… что было на базе у… у тебя?..

    - Да ничего особенного, по сути. Я шатался по коридорам и убивал всех, кого видел. Потом обнаружил у них гранаты, и решил подорвать все к чертовой матери. Ну, и пошел взрывать, - беззаботно протянул вампир. - Ах да, я еще того парня, который тебя чуть не задушил, видел. Потом еще толстяка-майора из машины, какого-то сумасшедшего ученного и еще пару их людей. В общем, стандартный набор. Толстяк болтал всякую чушь, как и положено опасным психам. Я имею в виду, себя я к нормальным, конечно, причислить не могу, но этот тип вообще особый случай шизофрении. «Война – это такая радость, ты-то это должен понимать, вампир! Иди к нам, и получишь столько крови, сколько захочешь! Кровь будет литься ручьями вокруг нас!», - поразительно похожим на майора тоном заявил вампир. - Не хватало ему только сказать: «Вместе мы будем править миром!».

    - А ты что? – невольно улыбнувшись, спросил мальчик.

    - А что я? Я сказал, что в данный момент хочу попробовать именно его кровь, но после обязательно подумаю над таким заманчивым предложением. А потом обвалился потолок, так что они лишились жизней, а я своей закуски. Печально, должен тебе сказать. Потом добил остатки тех, кто там был, и обнаружил, что давно ничего не слышал о тебе. Стал рыскать по развалинам и искать. Ничего. В итоге напал на след. Нашел тебя уже чуть ли не плавающим в собственной крови недалеко от базы. Сделал с раной, что мог, но тут уж нужен профессиональный врач. Чего ты туда вообще пошел?

    - Не знаю… - мальчик слабо передернул плечами, - не помню… я… выпрыгнул там… из окна… а потом… потом не помню вообще… ничего…

    Мир вокруг растворялся, боль захватила его с головой. Зачем же еще жить, когда так больно? Может, стоило попросить вампира убить его?

    - Алукард… ты… ты можешь… можешь добить меня?.. пожалуйста…

    - Извини, - все так же жизнерадостно ответил вампир, - когда хозяин отправлял меня сюда, он сказал, - его голос резко изменился, сделался очень злым и вместе с тем каким-то недостаточно серьезным, каким он всегда был у Артура Хеллсинга: - «Не смей что-то сделать мальчику, ты меня понял, монстр?! Если я только узнаю… если я только узнаю, что ты ему что-то сделал… ТЫ МЕНЯ ПОНЯЛ?!» - последнюю фразу он выкрикнул, спугнув с деревьев несколько птиц.

    Мальчик скривился, слишком громкие звуки причиняли боль.

    - Так что, - с ухмылкой резюмировал вампир, - как видишь, я не могу убить тебя. Иначе… не знаю, возможно, иначе он даже накормит меня чесноком, – он весело рассмеялся, вызвав громкий звон в ушах мальчика. – Как бы то ни было, я не могу ослушаться его приказа. Если ты хочешь умирать, то делай это сам.

    На глазах выступили слезы. Он не хотел мучаться и дальше. Нет, что угодно, но только не это. Хотелось продолжать говорить, это отвлекало от плохих мыслей и, главное, от боли.

    - А как ты жил… до того… как… стал… служить Хеллсингу? Столько… лет… не скучно… было?

    - Я уж находил, как себя развлечь. Когда-то я правил, знаешь. И по меркам тех времен даже не был настолько жесток. К тому же, в моих владениях царил относительный порядок, - он задумчиво ухмыльнулся. – Скучно? Наоборот, я часто мечтал об отдыхе. А потом, когда пришел к выводу, что не могу и дальше оставаться официально живым и не привлекать к себе внимание тем, что не старею, я ушел. Подстроенная смерть, гроб с чужим телом, могила в одной из церквей, которые я построил - да, можешь не удивляться, я строил церкви, положено было - наличие наследника, который может занять мое место. Не вампир, конечно, но все равно, так сказать, моя плоть и кровь. И, наконец, долгожданный отдых. Ты не представляешь, как это прекрасно чувствовать полную безответственность за все вокруг. Никакой политики, никаких переговоров, никаких действующих на нервы турков, никаких проблем с тем, чтобы прятать свой вампиризм. Ничего. Я объездил весь мир, а в начале девятнадцатого века обосновался в Трансильвании. Возвращение на родину, что ли. Хотя Трансильвания в мои владения и не входила. А там уж кровавые пиры с друзьями, охота, всякие увеселения, женщины… много женщин. Нет, скучно не было. Кому-нибудь из нас всегда приходило в голову что-нибудь новое.

    - «Из нас»?

    - Да… - мечтательно протянул вампир, - я и мои подданные… большинство еще со времен моего правления, трое подобраны во время странствий по миру. Мои друзья, если так можно сказать, - он помолчал, а потом уже совсем другим тоном прибавил. - Жалкие предатели. Но в те далекие времена, когда я считал их своими друзьями, с ними было весело.

    - Что… с ними… сейчас?

    - Шестерых убил я, одного Ван Хеллсинг. Что касается остальных четырех, то не знаю. Может, Ван Хеллсинг еще и до них успел добраться. Или еще кто-то из охотников за вампирами. Если так, то это доказывает, что от них была хоть какая-то польза.

    - Они… предали тебя?

    - Именно. Так сильно и со вкусом, - задумчиво подтвердил он, - и как всегда, в самый неподходящий момент. Никакого чувства такта. Ужасная и кровавая история, как и все истории о предательствах, - он немного помолчал. - В общем, как видишь, скучать мне не приходилось. А уж с Ван Хеллсингом вообще было не до скуки. С сумасшедшими не поскучаешь. Знаешь, все эти Хеллсинги психи. Если так об этом подумать, то самый нормальный из тех трех, которым мне доводилось служить это предшественник Артура. У него были свои замашки, но в целом терпимо. Хотя уж после его отца мне бы любой показался терпимым. Кажется, шизофрения у них наследственная. Ван Хеллсинг, например, был сумасшедшим ученным. Из разряда тех, которые работали на наших друзей-фашистов. Дай ему лабораторию, какую-то новую идею и хорошую жертву, и ему уже все равно, что и для чего он делает. К тому же он страдал манией величия и навязчивой идеей уничтожить всех вампиров. То, что он заставил меня подчиняться, сильно ударило ему в голову, так что старик Абраам не упускал ни единого случая, чтобы как-нибудь продемонстрировать свое превосходство надо мной. А учитывая то, что он вдобавок к этому был еще и порядочным садистом… веселая была жизнь, - он снова замолчал, будто предавшись воспоминаниям. - Что касается сына Ван Хеллсинга, то тот и прожил недолго после смерти своего отца. Он вообще предпочитал просто оставить меня в покое. Зато ужасно боялся, что его кто-то отравит. Хотя практика показала, что не зря – отравили же.

    - Да? – удивился мальчик. – А ты… не помешал?

    - Как? В мои обязанности не входило пробовать его пищу. Для этого у него отдельно человек был. Но как раз он беднягу Джона и отравил, - вампир хохотнул.

    - Помню… его… - пробормотал мальчик, - мне… восемь… было… когда… он… умер… не знал, что он… что его… отравили…

    - Да-да, он этот проект с тобой и осуществил. Ты можешь гордиться, Ангел Смерти, тебя еще Ван Хеллсинг запланировал, да только не успел привести в исполнение. Но материал на нити он вырабатывал. Его на мне тестировали.

    - Как?

    - По разному. Нити ведь должны были действовать на вампиров смертельно. Плюс иметь еще кучу качеств.

    - Ты все еще жив, - заметил мальчик. - В каком-то роде…

    - А я и должен был оставаться жив. Попутно вырабатывался мой иммунитет к этой гадости. Это у Ван Хеллсинга тоже такая замашка была – делать меня иммунным ко всему, к чему только можно.

    - Полезно…

    - Знаешь, я бы тогда предпочел умереть от серебряной пули какого-то любителя охотника на вампиров, чем продолжать жить таким образом. Думаю, ты меня сейчас хорошо понимаешь.

    - Кто не борется… тот уже проиграл… - заметил мальчик, выдавив из себя улыбку, - твои… слова…

    - Мои, - согласился вампир. – Но мне тогда проиграть не дали, пусть и не из добрых побуждений, а я сейчас не дам тебе.

    - Почему?..

    - Не знаю, - задумчиво протянул он. – Ты забавный. А вообще мне интересно будет посмотреть на твоих детей.

    - Детей?

    - Ну, знаешь, когда мужчина и женщина очень любят друг друга, то… эм, как бы тебе это объяснить… - вампир изобразил на лице выражение святого мученика, - знаешь, тогда аист приносит им ребенка.

    - Мой аист… наверное, был пьян и вместо моих… моих родителей принес меня в… в Хеллсинг…

    - Ничего, аист, который додумается принести ребенка тебе, Ангел Смерти, будет как минимум опасным маньяком, - пообещал вампир и ободряюще погладил мальчика по голове.

    Ощущение ледяных пальцев вампира на горячем лбу было ужасно приятным и отдаленно знакомым.

    - У меня… у меня не будет детей… - он хотел прибавить «потому что я сейчас умру», но на это уже не хватило сил.

    - Еще как будут. Такие же маленькие и невыносимые, как и ты.

    - Я… не… маленький…

    - Конечно, нет, - утрировано нежным голосом ответил вампир и снова погладил его по голове, - ты у нас уже совсем большой. А будешь хорошо есть кашу, станешь еще больше. Ну давай, Уолтер, веди себя хорошо, и тогда я куплю тебе большой автомат, когда мы вернемся в Англию.

    - Три автомата… - мальчик снова улыбнулся.

    Вампир тяжело вздохнул.

    - Хорошо, хорошо… чем бы дитятя ни тешилась…

    - Такой… как у тебя… автомат… и перчатки… я свои… потерял…

    - Будут тебе перчатки, а автомат хоть свой тебе отдам, хочешь?

    - Я… сказал… три…

    - Совсем ты меня не ценишь, мальчик! Да я с этим автоматов на войне бился, за твое светлое будущее кровь проливал!

    - Пил… не проливал… козел…

    - Вампир, а не козел. Можно летучая мышь, но НЕ козел. К парнокопытным никакого отношения не имею.

    - Все равно… три автомата… за тобой…

    - Убить тебя за такое мало, ангелок хренов. Вымогатель… давай уладим все бутылкой водки.

    - Пять бутылок… - криво ухмыльнулся мальчик.

    Все это начало его забавлять. Это была еще одна веселая игра. Вот он умирал, но сейчас говорил с вампиром так, будто выживет. Будто у него еще действительно будет возможно получить автоматы, водку и перчатки. Это было неправильно, что он умрет без перчаток на руках. Так ужасно неправильно… они были его частью, и должны были уйти с ним в могилу, так он, по крайней мере, всегда считал.

    - Значить живи хотя бы поэтому, если нет лучшей причины, - вдруг очень серьезным голосом сказал вампир.

    - Что? – немного вздрогнув, переспросил мальчик.

    - Две бутылки, и это мое последнее слово, - уже обычным насмешливым тоном ответил он.

    - Ч-четыре…

    Мальчик никогда не думал о том, что вампир может читать его мысли. А может, ему это просто послышалось? Ведь если он сделал это сейчас, то кто сказал, что он не делал этого раньше? Мальчику совершенно не нравилось то, что кто-то мог бы читать его мысли, тем более вампир, о котором он за этот месяц думал больше всего. Это было как-то стыдно и слишком лично.

    - Давай сойдемся на трех.

    - Три с половиной.

    - Ладно, уговорил. Три с половиной, хорошо.

    - Автоматы тогда можешь… оставить… себе… но перчатки… достань…

    - Если ты пообещаешь мне выжить, то я пообещаю вернуть тебе твои перчатки.

    - Не я… решаю…

    - Ты, - железным голосом ответил вампир. – Мы сами творим свою судьбу.

    - Не могу…

    - Можешь.

    - Мне… плохо…

    - А кому в этом мире хорошо?

    - Больно…

    - Потерпишь.

    - Не могу…

    - Можешь.

    - Не хочу…

    - Да, - резко сказал он, - именно в этом и проблема. Ты уже сдался.

    - Я не могу так… мне больно… я не могу!

    - Ты слаб, человек, - в голосе прозвучало острое презрение.

    - Я НЕ МОГУ! – заорал мальчик.

    «Гу.. гу… гу…», - эхом отдалось в голове. Он тихо всхлипнул и уткнулся в рубашку вампира.

    - Я не могу… не могу… Алукард, я не могу…

    Ответом послужило тяжелое молчание, а мальчику вдруг стало страшно обидно. Разве он не пытался? Разве он не сделал все, что мог? Он полностью выложился на этой последней базе, неужели этого было не достаточно? Он отдал свою жизнь за Хеллсинг, ну и что? Это ведь была его работа. Как вампир мог требовать от него еще больше? Как он мог требовать, чтобы мальчик жил дальше, когда у него уже не было сил? Что это чудовище вообще понимало?

    - Может, тебя просто оставить тут, раз ты все равно почти мертв? – скучающим голосом спросил вампир. Так просто, будто интересовался о погоде.

    («Он и так уже полумертвый»)

    - Нет, - резко ответил мальчик.

    - У меня еще есть револьвер, - так же небрежно продолжил вампир. – Если хочешь, могу дать тебе.

    - Зачем?

    - Приставишь к виску и выстрелишь. Ты же хочешь этого, или нет?

    - НЕТ! – рявкнул он, почувствовав примерно такую же ярость, как и на базе.

    («Ты слаб, человек»)

    Как он вообще мог такое говорить?!

    - Нет? Но ты же хочешь умереть, - со спокойной рассудительностью заметил его напарник. – И раз я не могу убить тебя, то это можешь сделать ты сам. Это же так просто. Или на это у тебя тоже не хватает духу?

    В мальчике пробудилось неудержимое желание дать вампиру по роже. Так, чтобы сломать нос. Да, обязательно сломать нос. Или, еще лучше, взять этот револьвер, который так мило предлагал монстр, и отстрелить ему голову. В глубине души мальчик понимал, что это глупо, но теперь, когда вампир согласился помочь ему умереть, ему захотелось жить дальше. Хотя бы для того, чтобы доказать вампиру, что он не слаб.

    - Поставь меня на землю, - прошипел мальчик.

    - Что?

    - Поставь… меня… на землю. Я сам… пойду.

    На лице вампира появилась издевательская ухмылка.

    - Хорошо, Ангел Смерти.

    Идти оказалось намного тяжелее, чем мальчик мог себе представить. Ноги упорно отказывались держать, колени подгибались, а вампир шел, не замедляя шага. Мальчик видел только его спину, которая, казалось, тоже ухмылялась. Ненависть к этому вечно издевающемуся монстру давала силы.

    - Хочешь пить? – спустя две минуты радостным голосом спросил вампир.

    - Нет, - соврал мальчик.

    Он сделал еще несколько шагов, а потом лес начал кружиться. Деревья подступили ближе и сомкнули вокруг него плотный круг без единого просвета. Мальчик перестал чувствовать свое тело. Нет, так это не закончится! Он будет жить! Он будет жить, чего бы это ему не стоило!

    - Молодец… - прошептал кто-то и взял его на руки.

    Нет нечего проще,ранить словом.Нет нечего проще,словом убить.Слов не окинуть сожиленьем взором.Как жаль,что словом не оживить.
  • Цитата

    • Присоединяйтесь к обсуждению

    Вы можете опубликовать сейчас и зарегистрироваться позже. Если у вас есть аккаунт, войдите сейчас, чтобы публиковать с вашего аккаунта.
    Примечание: Ваш пост требует одобрения модератора перед публикацией.

    Гость
    Ответить на эту тему...
    Вернуться к списку тем

    Последние посетители 0

    • Ни одного зарегистрированного пользователя не просматривает данную страницу.

    Важная информация

    Я согласен

    Аккаунт

    Навигация

    Поиск

    Настроить push-уведомления в браузере
    Chrome (Android)
    1. Нажмите на значок замка рядом с адресной строкой.
    2. Выберите Разрешения → Уведомления.
    3. Настройте предпочтения.
    Chrome (Desktop)
    1. Нажмите на значок замка в адресной строке.
    2. Выберите Настройки сайта.
    3. Найдите пункт Уведомления и настройте параметры по своему усмотрению.